Дия Сёмина – Княжна попаданка 2. Призраки прошлого (страница 6)
— Помолчи!
— Значит, всё-таки свадьба? — кидаю в тарелку остаток бутерброда, всё равно не лезет в рот.
— Замуж я тебя выдам, но на моих условиях, и за того, за кого посчитаю нужным. Ты прежде всего женщина из моего рода. Я глава тебе и хозяин.
— А вы сегодня с коня, случаем не упали? Я не Ксения, а Катерина. Вас кто-то дезинформировал. И моего рода уж не осталось! Ана погибла, одна Радмила теперь «родственница» и нам с ней не по пути!
— Я прекрасно знаю, кто ты! Это Дмитрия и его банду могла за нос водить, но не меня.
Настал черёд мне удивиться, вытерла рот и руки салфеткой, села в кровати по-турецки, укрывшись одеялом.
— Да? Вот с этого момента подробнее, пожалуйста. А то я сама-то и не знаю, что я такое есть. И не забудьте упомянуть, с какого это испуга вы мой глава?
Он точно так же вытер руки, отодвинул столик, причём не касаясь – силу продемонстрировал. Ну-ну, Дмитрий тоже так смог, находясь рядом со мной. Молча жду, когда он соизволит ответить.
— Помнишь ли ты отбор? — о боже, он начал совсем уж издалека.
— Какой? Тот, когда гребень выбрала?
— Именно! Этой забаве лет тридцать-сорок, сначала проверяли знатных девок, потом мещанок, а теперь уже отчаявшись, каждый клан и нищенок проверяет.
— Магичек ищут? У них одна была, бабка Матрёна, что с ней не так? — вспомнила, что я дознаватель, и, кажется, сейчас передо мной человек, способный приоткрыть завесу старых тайн, глупо упускать неожиданную возможность.
— Старая и не девственница. Но когда-то огромной силой обладала, она бастард одного из князей, тоже тёмная, чёрная. Но речь не о ней, не перебивай, когда старшие говорят.
— Хорошо, не буду, само внимание! — я всё же перебила его.
— Все уже и забыли, зачем этот обряд проводят, а дело в том, что только одарённая и невинная дева может забрать нечто очень ценное. Тебе это так же просто, как украшение выбрать из шкатулки. Заметь, я не принуждаю, силу не применяю, ведь тебе уже интересно? Раз дознаватель, то, может, разведаешь, что произошло с нашими родственниками много лет назад?
И теперь он улыбнулся, вот прям родню встретил и облагодетельствовал.
— Уточнить хочу для протокола. Первое, что такое вы про меня знаете, чего не знает князь Дмитрий. И второе, а что вдруг сейчас? Почему раньше не приехал и не спас из дома Аксёновых?
— Приезжал, смотрел, и ты была пустышкой. В Радмиле магии больше. А что я знаю про тебя сейчас? То, что ты Ксения, погибла и восстала, прошла сквозь врата Смерти, вернулась, но с её дарами. У тебя магия восставших, она самая мощная, и теперь у меня появился к тебе интерес.
Он смотрит, не мигая, как перфоратор в бетонную стену вгрызается, но я уже поняла, что сила на моей стороне, и не позволяю себя «вскрыть» и проверить. Улыбаюсь и очень мило даю от ворот поворот:
— А у меня интереса к вам нет. Вот нисколько. Я лучше с Гуннаром союз заключу, он хотя бы честный и прямолинейный. Родственной связи с вами вообще не ощущаю.
— Мы не спешим, подумай до утра, пока я по-хорошему предлагаю тебе соучастие. Ты же понимаешь, что кроме меня и тебя, да восставшего Гуннара, сейчас никого нет достойного силы. И через некоторое время мы трое станем каждый сам за себя и тебе не выжить, так или иначе, я заставлю тебя вскрыть тайник с магическими сокровищами, а потом оставлю жить, если покоришься. Или убью, если почую угрозу. Я с тобой тоже честен, Ксения.
— Ксения погибла, и вы тоже виноваты в её смерти, безразличие – ваша вина, такая же как у Мелиховой. Я – Катерина Матвеевна Лебедева! И с вами не родня.
— Надо же, так мою бабку звали, такая же упрямая была, говорят, и норовистая. Так что, может, и не родня, но характер наш. Поздно спорить, Катя, завтра северный князь Соболев, получит подтверждение нашего родства. О проклятии Лебедевых все предпочтут забыть, я скоро верну свою фамилию и стану единственным мужчиной рода. А по закону, мужчина – глава, а ты и Радмила, теперь под моей безграничной опекой. Мне решать, за кого…
Вот тут я рассмеялась.
— Рада противная, но ушлая, она уже недосягаема для вас, замуж вышла за Григория Черноводова вчера! Первая рыбка уплыла.
— Этот вопрос мы уладим, она не самого плохого жениха выбрала. В отличие от тебя.
— А что не так с моим женихом?
— Его род приложил все усилия, чтобы стереть наших с тобой предков в порошок. За врага не отдам тебя, лучше убью!
Он резко встал и вышел.
— Да, стучись оно поленом! Ромео и Джульетта на новый лад. Вот же невезуха такая…
Что-то мне в груди сдавило болью. С одной стороны, не верю этому хитро сделанному «родственничку», но с другой стороны, стоит ему только рот открыть и сплетни распустить, то все западные и северные воспротивятся и не дадут добро нам на счастливую жизнь…
Глава 7. Дмитрий
Из Южной слободы путь неблизкий, вместо отдыха опять седло и дорога по вечернему городу. Солнце уж скатилось за горизонт, пожелав спокойных снов розовым отсветом на небе. Но кому сейчас спокойно? Мало таких осталось.
Завидя конников, люди спешат укрыться за воротами, улицы опустели, что случается крайне редко, бойкий народ живёт в Новь-граде, его мало чем напугать можно. Слухи поползут, что залётная банда диких грабителей ворвалась, не стесняясь зевак, делов натворила и исчезла. И без того гадкое событие разукрасят длинные языки так, что и бывалые креститься начнут от каждого шороха.
Ладно бы только банда, тут что ни день, то происшествие. Сначала нечисть показалась, не стесняясь всему честному люду, потом разодранные мужики, разорение и гибель Аксёновой, а теперь и девицу у самого воеводы из-под носа увели. Это небывалая дерзость, если так дальше пойдёт, то и смута не заставит себя ждать. Выйдут на площадь требовать от власти порядка и защиты от тьмы, а у власти, похоже, и ответить нечем. Три месяца, как последний избранный князь помер, а Вече не спешит, что-то крутят, мутят, на кону выбор правителя на ближайшие годы, и никто не желает уступить. Но и ни один род себя не проявил достойно. Добром такие замутки никогда не заканчивались…
С тяжёлыми мыслями князь Воронцов возвращается домой, сейчас по темноте Катю не найти, а отдохнуть надо, завтра день закрутит так, что присесть не удастся.
Пока Фирс Демидович уехал немного вперёд, давая указания подручным, Дмитрий Васильевич решил расспросить Феню.
Этот бесовский свидетель сейчас самый ценный.
— Ну что, Феня, пора нам поговорить.
Анчутка встрепенулся, похоже, что задремал, пригревшись на косматом, широком воротнике княжеской шубы.
— Спрашивать будешь, али по порядку рассказать?
— Про Черноводова, что с ним случилось на самом деле? Когда он Катерину в Управе пытался напугать, ты же рядом был?
— Шутки бы пошутить по сему поводу, но подозреваю, что только он нашу госпожу, как ищейка найдёт и из-под земли достанет. Подох, настоящий-то Черноводов, теперь в теле боярина старый князь Гуннар, какой нашу Катю в доме-то пугал. Он точно найдёт, тут и к бабке Матрёне можешь не ходить. Но Катя ему не по зубам, слишком сильная, но и отстать не сможет, они крепко повязаны.
— Вот ты меня удивил, а сам, чего ж? Разве ты не сможешь найти её и кольцо? — вся надежда на анчутку была, и как теперь искать Катю, вообще непонятно.
— Тот, кто её украл, мощный непрогляд поставил. И хитрость в том, мил человек, что её пока сонную по городу катают туда-сюда, какие-то грабители и магия у них иная, а Катерина спит мертвецким сном.
Не успел Феня договорить, Дмитрий вздрогнул, как от удара, жаром бешенство пробежало по телу, этот всплеск силы почуял конь и пару раз ретиво взбрыкнул. Пришлось его усмирять.
— Ты что такое говоришь? Он её убил?
— Нет, это магическая защита. Я чую, что её куда-то везут к северу, но точное место могу указать, если они задержатся где-то на одном месте, а мы рядом проедем. И то, только купол этот распознаю. С Катериной сверчок был, но боюсь, что его выкинуло за пределы защиты, сегодня, завтра вернётся, может, и расскажет больше.
Князь вздохнул, но вопросов ещё много:
— А ты почему за Вестой уцепился?
— Так надо было понять, кто ей уплатил, я видел, и этого человека знаю где найтить! Он в центре служит стряпчим.
— Дело не в нём, так? Что ты не договариваешь? — князь почуял подвох, есть какая-то тайна…
Феня попустил мордочку вниз и виновато пробурчал:
— Монеты меня в кармане старой графини притянули, падкие мы на такую гадость, нам магия могильная, как вино для пьянчужки. Прости мою слабость. Не устоял. Но вот что почудилось…
Не успел виноватый Феня договорить, князь громко свистнул и окликнул Фирса.
— Слушаю, что-то вспомнилось? — дружинники расступились и позволили Фирсу немного, придержав коня, поравняться с Дмитрием Васильевичем. Дорога расширилась, можно какое-то время рядом ехать.
— Храм, Катя помнишь на опознании этого убиенного Тихона Хмурого, сказала, что гроб с князем Гуннаром забрали в храме иноверцев. Я что-то помню об этом месте, но никогда не был. А съездить надо, сдаётся мне, что многое сокрыто именно там, если в городе не найдём Катерину, то сразу туда. Сейчас, по словам Фени, её по городу катают, следы путают. Придётся ждать!
Фирс почесал бороду, пытаясь припомнить точное место.
— Подождём, а про усыпальницу Гуннара я уже спросил знающих людей, старый тракт там, болотина немыслимым образом захватила округу. Костёл на взгорке, но с дороги из-за леса не видно. Зимой, особенно в мороз проехать можно. Взять бы кого-то с магией. Вы сильный, но надо бы ещё опытного. Отец Нестор в такие гиблые места не поедет, он человек церковный, ему нельзя. Говорят, там бесов столько, что и в аду нет. Никто в здравом уме не сунутся. И мы без Катерины Матвеевны там, аки глупые дети, приедем, посмотрим и ничего не увидим. Разве только похитители туда не отвезли нашу княжну…