Дия Сёмина – Фрейлина Её Величества (страница 4)
— Мы тебя там и оставим, жаль, что теперь кассиров нет, кассы автоматические. Но будешь работать курьером – с твоими-то способностями только пиццу доставлять…
Мы невесело рассмеялись, жаль, мама не видела современных доставщиков в том мире, о котором я мечтаю.
А у меня когда-то вспыхивала бредовая идея открыть там самую скоростную и тайную службу доставки, а почему нет? Идеальный бизнес-план…
Глава 5. Первые проблемы
Багаж собран с особой тщательностью, самые лучшие платья, но скромные. Шляпки, из украшений только жемчуг, перчатки на все случаи жизни, несколько упаковок шпилек, при дворе локоны под запретом. Строго официальный стиль. Вот сокурсники удивятся, когда увидят вместо меня фифу фрейлину.
Вечером собрались все вместе за столом, вроде как торжественный ужин и проводы меня в светлое будущее – на настоящую должность, с хорошим, между прочим, жалованием.
Но Арсений расстроился, я себя чувствую предательницей и виноватой, мама грустная, потому что не смогла меня удержать около себя. А отец печальный, потому что не смог меня защитить.
— Я же не в другой город уезжаю! У нас будут выходные, — пытаюсь оправдаться и развеять общую тоску.
— Ты уже не будешь такой, как прежде. Весёлой и беззаботной. Юность так быстро закончилась для тебя, мы печалимся по этому поводу. Так хотелось, чтобы ты подольше оставалась ребёнком.
Мама не выдержала и промокнула слезинки.
Её слова, как холодная вода окотили меня и заставили вздрогнуть, об этом я и не подумала. А ведь и правда, эта проклятая должность лишает меня юности, мои друзья сейчас радуются жизни, начнут гулять, дружить, проводить время в салонах и кафе. А я как солдат на плацу, начну штудировать дворцовую жизнь…
Настроение было не очень, а стало ещё хуже.
Молча обнялись и разошлись по своим комнатам.
Всю ночь ворочалась, не могла уснуть. А на рассвете сама встала, облилась холодной водой, по всеобщему обыкновению и традиции, сделала подобие укладки, оделась и уехала во дворец. Пусть родители спят, для них это слишком раннее время.
Город замер в тишине, даже завсегдатаи баров угомонились под утро, а дворец как огромный муравейник не спит, кажется, никогда. Даже сейчас, я приехала вовремя, водителя отпустила и со своим багажом ожидаю в шикарной парадной распорядителя или надсмотрщика.
Даже скамейки нет, волнение нарастает, и тревога тоже, очень хочется схватить свои саквояжи и рвануть домой, пусть пешком. Неожиданно довольно приятный голос меня выдернул из хаоса панических мыслей:
— Графиня Чернышёва, Верника Матвеевна, добро пожаловать. Следуйте за мной.
Поднимаю взгляд, смотрю на строгую женщину преклонных лет, улыбаюсь и приседаю в реверансе, кажется, свой багаж придётся тащить самой.
— Меня зовут Наталия Фёдоровна, я одна из старших фрейлин Её Величества, и отвечаю за таких, как вы, новеньких девушек, учу, помогаю, наставляю. Ваша комната готова, на столе лежит расписание. Ваши занятия в университете учтены, нам нужны переводчицы, но теперь за вашей успеваемостью буду следить я!
Боже, у меня от страха ком в горле. С таким апломбом она произнесла слово «следить», словно я её новая непутёвая дочь, и уж она за меня возьмётся и докажет моим нерадивым родителям, что они никчёмные воспитатели.
Быстрым шагом поднялись на третий этаж, это жилой корпус дворца, для таких, как я – элитных служанок самой царицы.
— Вот ваши покои. Для знатных девиц, вашего положения выделяют отдельные элитные комнаты. Для девушек менее знатных комнаты на две-три кровати. Столовая дальше по коридору, расписание очень строгое, вот оно на столе, советую выучить наизусть. Час на то, чтобы разложить вещи, выучить распорядок дня и завтрак. Потом представление Её Величеству, так что советую одеться более торжественно, и к началу занятий в университете вы успеете. Вас отвезёт извозчик, но платить придётся самой. Есть ли какие-то вопросы?
— Благодарю за подробные инструкции, вопрос только один, за мной придут, чтобы пройти на поклон к Её Величеству?
— За вами придёт специальный лакей, первое время вам будут помогать. Не бойтесь, мы прекрасно понимаем ваш трепет, вы слишком юная, на моей памяти в шестнадцать лет на подобную должность брали девиц лишь дважды. Так что не переживайте, мы отдаём себе отчёт и берём всю ответственность за вас перед родителями, — Наталия Фёдоровна проговорила эти слова, как почтмейстер, забирающий ценную бандероль, а на самом деле, показалось, что я для неё лишняя обуза.
— Благодарю вас! — снова реверанс.
Наталья Фёдоровна ни разу даже не улыбнулась, лишь кивнула и вышла. Представляю, как они возьмут за меня ответственность. Мало не покажется ни мне, ни родителям, ни университету и моим преподавателям.
Времени в обрез. Быстро развешиваю платья и разбираю бельё, сейчас с собой взяла самую малость, позже отец обещал привезти остальную одежду.
Нижнюю юбку оставляю, а вот верх сменила на более торжественный, приколола небольшую брошь и сняла серьги, помню, что до восемнадцати лет я не смею щеголять в драгоценностях. Только в особо торжественных случаях нитка жемчуга на шее.
Несколько раз перечитала свой распорядок, в принципе, не такой пугающий режим. Но забот полно.
— Теперь завтрак и ждать, когда за мной придут! — шепчу сама себе, чтобы не думать об остальном. Как проходит представление, бог его знает. — Опозорюсь и запомнят меня, как фрейлину с самой быстротечной карьерой.
Приятно, что на столе рядом с расписанием лежит ключ, комнату можно закрыть и не переживать о личных вещах, что мне в бельё подложат мышь или ещё как-нибудь пошутят. Уж про местные шутки в городе легенды ходят.
Вышла в столовую и сразу попала в водоворот событий:
— А, новенькая? Какая прыткая, отодвинула других, более достойных, и заняла чужое место, просто тебе не будет, отправляйся домой! — вдруг слышу шипение за спиной.
— Так уж получилось, вы сюда рвётесь, а меня взяли в наказание и на перевоспитание, так что умоляйте Её Величество, чтобы меня выгнали, вдруг у вас получится! Скажу большое спасибо! — вот теперь повернулась, улыбнулась и пошла за небольшой столик у окна, в этой фешенебельной «столовой» завтраки подают официанты.
Две фрейлины так и стоят в центре просторного зала и прожигают меня взглядами, одну так и вовсе перекосило от ненависти.
Прекрасно помню эту девицу. Та самая, что вырвала бутоньерку у Тёмы на балу.
Вот это я попала…
Глава 6. Клетка с дикими кошками
Наша стычка грозила перерасти в скандал, и это в первый час моего пребывания во дворце. Как вам такой рекорд недружелюбия?
Девица покраснела и сделала решительный шаг в мою сторону, а сжатые кулаки красноречиво говорят о самых недружественных намерениях.
Уже присматриваю на какой-нибудь предмет на столике, чтобы защищаться. А сама вдруг улыбнулась: вот родители обрадуются, я к обеду уже вернусь домой.
— Она ещё и смеяться смеет! Пошла отсюда, выскочка малолетняя, тебе не место среди…
— Сударыня, меня сюда направили подтянуть свои манеры, но смотрю на вас и понимаю, учиться-то мне здесь нечему. Так выставлять себя хамкой недостойно моего положения в обществе, тем более это недостойно фрейлины Её Величества. Или я чего-то не понимаю?
— Ах, ты!
— Госпожа Шевелёва, покиньте столовую, до обеда вы наказаны! — прогремел властный и спасительный голос очень серьёзной госпожи в пенсне. Она приказала и тут же стукнула об пол тростью.
Все девочки присели в реверансе, и я тоже вскочила, слегка прогремев стулом, и с уважением присела, демонстрируя свою покорность. И вообще, я здесь новенькая и какие ко мне могут быть претензии.
Шевелёва повернулась, метнула в меня взгляд, наполненный ненависти, и вышла, достаточно резко, чтобы продемонстрировать свою непокорность.
Я здесь не единственная на перевоспитании, кажется, это вообще «школа непростых девиц».
— Сударыни, действительно, если вы смирились с таким поведением, то чему можно у нас учиться? Вероника Матвеевна права, с первых минут мы преподнесли ей не лучший пример.
Мои уши начинают гореть, какое счастье, что они спрятаны под укладкой.
Стою и молчу. Вообще, не понимаю, как себя вести в этой ситуации, чтобы не нажить себе ещё больше соперниц.
— Извините, я старшая по группе новеньких, не успела пресечь ситуацию. Такого больше не повторится, — вдруг вперёд вышла девушка, довольно взрослая, не слишком красивая, что удивительно, казалось, что фрейлины проходят отбор по всем статьям. Однако я теперь увидела, что у нас есть старшая или староста, это внушило надежду.
— Представьтесь, будьте любезны, — чтобы мы вас узнали, а остальные девочки представятся по очереди.
Предложила староста, и я назвалась: «графиня Вероника Матвеевна Чернышёва»
— Очень приятно, я Антонова Нина Михайловна, камер-фрейлина. С любым вопросом обращайтесь ко мне.
— Благодарю вас, непременно обращусь, — снова реверанс.
Девушки одна за другой представились, и в их голосе я не заметила неприязни. Похоже, что я здесь взбесила только Шевелёву и её можно понять.
Обер-гофмейстерина что-то тихо приказала камер-фрейлине и вышла.
Нам сразу же вынесли подносы с завтраком, и ко мне подсела улыбчивая, миленькая девушка.