Дита Терми – Недотрога в академии магии (страница 29)
Надо быть внимательнее на зельеварении.
– Адептка Финингем, ещё одно неправильное действие с вашей стороны, и будете оставаться на отработки до самого новогоднего бала! А пока… с вас доклад по основам зельеварения. На тридцати страницах!
Ох, только не это! Мало мне отработок по УБМ… Хотя, надо признать, что Монаган будто сам пребывает уже в предновогоднем настроении и не хочет нас сильно напрягать. Уже несколько занятий мы даже по залу не бегаем, а просто пишем тесты по теоретическим знаниям. Ашер воет, что терпеть не может писанину, так что я ему тайком помогаю.
К счастью, Флекса не слишком расстроила новость, что мы с Рэем теперь вместе. По крайней мере, ведёт он себя снова беззаботно, как и прежде. И это, признаться, большое для меня облегчение. Я так переживала, что раню его чувства…
А ещё Ашер составил для меня список тех, кто гулял в ночь, когда пропала Дебора Майлз. Всего в список попало шесть старшекурсников, среди которых оказался и Рэймонд. Но с ним-то всё ясно, он ведь был в ту ночь со мной. Так что его мы с Хилари сразу вычеркнули из списка.
Осталось разузнать, кто из нашего общежития отлучался и с кем. Это занимает некоторое время, но всё-таки картина ясна. Все девушки нашлись, только вот Дебора… Ни с кем из этих пятерых она не могла уйти, потому что они были заняты в эту ночь другими…
Значит, я с самого пошла в своих рассуждениях не на ту дорожку?
Зацепка канула в лету.
Кто-то из девочек написал письмо Деборе домой, но ответ так и не пришёл. Но я и не сильно рассчитывала. Если магистры покрывают это дело, то неудивительно, если они перехватили письмо и пока придержали его до выяснения обстоятельств.
И пока никаких новостей о девочке-первокурснице мы не получали.
***
В день, когда меня ждёт последняя отработка у магистра Монагана, на которой мы будем присутствовать с Коллинзом вдвоём, я впервые за всё это время пересекаюсь с Одри. Увидев меня в одном из коридоров учебного корпуса, я понимаю, что мимо она не пройдёт.
Выглядит она всё такой же уверенной в себе и блестящей, как обёртка от конфеты, но только её глаза остаются холодны. В них плещется самая настоящая ненависть. И по какому-то стечению обстоятельств именно сейчас мы с Хилари разминулись. Ей нужно было отнести домашнюю работу магистру Эпл, а я пошла в аудиторию одна…
– Лиззи, какая встреча! – усмехается Одри и тут же подходит ко мне. Она взмахивает рукой и её неизменная свита из старшекурсниц останавливается примерно в трёх метрах позади своей предводительницы.
– Привет, Одри, – отвечаю я, стараясь скрыть своё волнение.
– Ты счастлива, Лиззи, что смогла растоптать мои чувства?
– Я не…
– Ты забрала мой шанс на лучшую жизнь, довольна?
– Одри, я…
– Молчи! Не хочу слышать никаких оправданий! – Адамс наклоняется ко мне ближе так, что никто не слышит её зловещего шёпота: – Ты ещё пожалеешь об этом, Лиззи. Я заберу его назад, поняла? Рэймонд мой, плевать мне на всё. На новогоднем балу всё вернётся на свои места.
– Ты мне угрожаешь, Одри?
– Нет, я просто предупреждаю. Будь готова к поражению, Лиз.
Одри выпрямляется и натягивает на лицо улыбку. Со стороны, наверное, кажется, будто между нами идёт милая беседа. В этот момент как раз мимо проходят магистры, но на нас не обращают никакого внимания.
– Надеюсь, ты уже подготовила платье, Лиззи? Теперь ты у нас звезда академии, все будут с нетерпением ждать, в чём появится самая знаменитая первокурсница.
Одри даже не ждёт ответ на свой вопрос, машет своим приспешницам и огибает меня. А я чувствую себя раздавленной и униженной.
Вроде ничего и не сказала толком, но Адамс права. Я совершенно не готова к балу. И я очень боюсь теперь, что она выкинет на новогоднем вечере.
Глава 37. Последняя отработка
– Я даже буду скучать по этому времени, – усмехается Рэймонд, когда мы поднимаемся к спортивному залу.
Это последний раз, когда мы задерживаемся после занятий, чтобы отработать своё наказание по УБМ. Я раздумываю несколько мгновений, стоит ли поделиться с ним угрозой, которую кинула Одри, но решаю, что не сейчас. Ничего толком она мне не сказала, но всё же я предупрежу его после отработки, наверное, во время нашей прогулки.
А ведь мы так и не обсудили того, что нам делать с новогодним балом. Я планировала идти с Ашером, но теперь… всё изменилось. Но так неудобно заставлять друга искать себе новую пару. А Рэй? Наверняка, до того, как мы с ним стали встречаться, он хотел идти с Адамс.
– Я тоже буду скучать, – соглашаюсь я. – Это была удивительная неделя в моей жизни. Такое не забудешь.
Коллинз прямо на ступеньках притягивает меня к себе и на секунду касается моих губ. Смотрит с нежностью, отчего я таю в его руках. Похоже, что это никогда не пройдёт. С каждым днём мне кажется, что я его люблю всё больше и больше.
– Готова?
– Да, я знаю всю теорию УБМ, – смеюсь я.
Уж с теорией у меня нет никогда никаких проблем. Выучить учебник – что может быть проще? Обычно самое интересное начинается на практике.
– А я уверен, что сегодня нас ждёт что-то новенькое.
– Посмотрим.
Мы расходимся по раздевалкам, а вскоре уже входим в помещение спортивного зала. Монагана нет на месте. Хм, впервые опаздывает. Переглядываемся с Коллинзом.
– Чем займёмся пока? – с улыбкой спрашивает Рэй и красноречиво смотрит на мои губы.
О, нет, не здесь же?
– Спортом? – предлагаю я.
Коллинз делает шаг ко мне, а я от него. Его намерения написаны на лице. Только меня такой расклад не устраивает. Магистр Монаган может вернуться в любой момент! И что он увидит?
Нет, один раз он уже успел заметить, как мы целовались. Достаточно! Я не настолько свободна в нравах, чтобы творить такие дикие вещи постоянно. Поэтому надо отвлечь Рэймонда чем-то…
– А может сыграем в волейбол?
Коллинз только усмехается и продолжает напирать. А взгляд-то какой! Куда же мне от него спрятаться? Я нервно поправляю ленту в своих волосах.
– Может научишь меня правильно подтягиваться? Вечно я делаю что-то не так.
Жалкая попытка. Кажется, дракон твёрдо решил, что сейчас хочет получить. Моё отступление заканчивается тем, что я спиной достигаю края зала и упираюсь в брусья, которые используются для упражнений для равновесия.
– Походим по бревну?
Мгновение. И с дух сторон от моих бёдер устраиваются руки Рэймонда. А сам он так близко, что теперь мне некуда бежать. А может и не стоит? Может магистр вообще уже забыл о нашем существовании?
Моего лица касается мятное дыхание Коллинза, и я прикрываю глаза. Сердце стучит быстро, резво, а я уже вся в нетерпении. Но вместо поцелуя слышу шёпот Рэя:
– Пожалуй, мы с тобой займёмся… более тесными упражнениями.
– И это правильно, – вдруг раздаётся голос магистра Монагана на весь зал.
Я вздрагиваю и открываю глаза. Ну вот так и знала!
Только… почему магистр соглашается с Рэймондом? Опять! Это какая-то мужская солидарность, что ли? Я не буду участвовать в очередных странных заданиях Монагана.
– Идите сюда в центр зала и располагайтесь друг напротив друга, – тем временем командует магистр.
Рэймонд подмигивает мне и наконец-то выпускает из своего капкана. Приходится покорно проследовать на указанное место и сесть прямо на пол, скрестив ноги. Коллинз держится невозмутимо, как и всегда, а я… нервничаю… как и всегда.
– Ваша задача установить друг с другом энергетическую связь. Один раз уже получилось поделиться с адепткой Финингем силой, не так ли, Рэй? Попробуйте ещё раз.
– Хорошо, – кивает Коллинз.
– И вы, Элизабет, попробуйте со своей стороны установить с адептом Коллизном связь, -говорит магистр Монаган.
– Хорошо, магистр Монаган.
Да только я вообще не представляю, что должна делать и что чувствовать. И я очень надеюсь, что Рэймонд не полезет сейчас со мной целоваться. Только не сейчас! Но, к счастью, он только смотрит на меня. Сосредоточенно смотрит.
Не выдержав, я улыбаюсь.
Коллинз качает головой, так что приходится тоже сделать выражение лица посерьёзнее. Кое-что я уже успела почитать про передачу силы. Для этого нужно иметь огромный магический потенциал.
Мне с моими скромными способностями и пытаться не стоит. Правда, есть кое-что общее у нас. Я тоже стихийник. И раз Коллинз обладает больше огненным даром, то именно туда, наверное, и стоит направить все усилия.
Я мысленно представляю себе огонь. Успокаивающий, но в то же время такой непредсказуемый и яркий. Как и сам Рэймонд. Он такой противоречивый, как и стихия, которая отозвалась ему лучше всего.