Дита Терми – Измена. Я твоя истинная (страница 24)

Медленно собираю в руке сгусток тёплого шара. Я уже чувствую его перед собой. Но что делать дальше?

Открываю глаза и размышляю как переместить шар к ноге племянницы. Рядом вырастает Лорейн и проводит по спутанным рыжим волосам своей девочки.

– Я знаю, у тебя всё получится, – говорит сестра мне.

В её голосе столько уверенности, которая вселяет в меня безграничную веру в свои способности. Без колебаний я прикладываю руки с целебным светом на место ранения и наблюдаю, как рана начинает затягиваться, пока от пореза не остаётся и следа.

Эйми отлипает от Раналда и смотрит вниз на свою ногу.

– Тётушка Аделия! Так ты уже умеешь колдовать? – взволнованно спрашивает девочка.

– Теперь да.

– О, как здорово! Спасибо тебе. С этой секунды я буду с любыми ранками к тебе бежать.

– Только постарайся всё же быть аккуратнее, – советую я.

Клейт забирает Эйми из рук Раналда. Даже представить себе страшно, что успели испытать родители, пока не знали о судьбе своей дочери. Клейт вместе с Лорейн обнимают свою дочь. По щекам сестры текут слёзы облегчения.

Мне томительно страшно от мыслей о том, чем могло закончится приключение Эйми.

Я начинаю злиться, хочется начать ругаться от переизбытка эмоций и переживаний, но прячу чувства. Только мелкая дрожь по телу выдаёт моё душевное состояние.

– Всё хорошо, – Раналд прижимает меня к себе и целует в макушку. – Эйми в порядке.

Я пытаюсь включить рациональное мышление, чтобы не утопать в трясине своих эмоций. Что же девочка тут делала? Как же так? Неужели лезла куда-то наверх, пока не сорвалась вниз и не обвалила на себя тяжёлые камни?

– А вы знали, что в этом помещении проводили свадьбы между драконами и ведьмами? – любопытствует Эйми.

Мы все недоумённо смотрим на довольную девочку. Племянница выпутывается из объятий родителей и показывает рукой нам за спины. Мы оборачиваемся. Взгляд бежит к стене, возле которой оказалась заперта под завалом племяшка.

Там, ближе к верху, открывается вид на барельефы. Часть из них так и завалена камнями, часть облупилась и уже неясно, что на них было изображено, но один выглядит очень чётко. На нём изображена девушка с фатой, окружённая символами всех четырёх стихий. Она держится за руку с драконом, на голове которого устроилась корона.

Действительно выглядит так, будто этот барельеф показывает эпизод свадьбы. Видимо, именно ради него Эйми и полезла по ненадёжной конструкции.

Я вижу ещё одно почти целое изображение с ребёнком, который летает над землёй. Из его раскрытых ладошек расходятся в разные стороны лучи света. Ощущение, будто это маленький маг света.

Есть ещё несколько сцен с драконами и ведьмами, но там отсутствует слишком много деталей. Всё же большая часть стены разрушена и изображения откололись.

Но о чём нам говорят эти картины? Неужели драконы и ведьмы жили когда-то давным-давно рука об руку друг с другом?

Глава 32. Печальные вести

– Передай мне, пожалуйста, петрушку, – говорит мне Лорейн.

Я тянусь за пучком свежей зелени, который успел принести Блээн с нашего заросшего всем подряд двора. Удивительно, но там оказалось, по словам тёмного мага, и много полезных трав вперемежку с сорняками. Так что он щедро нарвал целый тазик витаминов.

Сама же беру с миски чищенную морковку и режу её колечками.

Мы все находимся сейчас в кухне и дружно готовим ужин. Ощущения от этого странные. Я бы даже сказала, чересчур неясные и необъяснимые, но в целом довольно интересные.

Мы всегда были с Лорейн вдвоём. Не считая, конечно, периода, когда мы жили с родителями. Но я была тогда слишком маленькой, чтобы хорошенько всё помнить. Большую же часть своей жизни я провела вместе со своей старшей сестрой. И вот сейчас мы ютимся большой компанией на кухне и каждый сосредоточенно занят каким-то кулинарным делом.

Кажется, словно моя семья выросла сразу в несколько раз.

Даже Эйми, очухавшись от своей передряги, помогает лепить булочки, вытащив изо рта от усердия язык. Да что там девочка! Даже Клейт, который и близко не подходил к кухне, когда я жила вместе с ними, сейчас помогает дочери, посыпая тесто корицей и щедро намазывая мёдом сдобу.

Мой взгляд встречается с глазами Раналда. Принц исподтишка наблюдает за мной, начищая картофель в ведро. Мужчина мне подмигивает, и я смущённо отворачиваюсь. Не стоит проявлять чувства на виду у всех, в особенности перед Блээном. Мне до сих пор довольно неловко находиться в его присутствии.

Кстати, оба тёмных мага занимаются приготовлением компота. Поскольку в доме появился ребёнок, то мужчины решили, что это будет самым подходящим напитком для всей компании. Никто не возражал.

Идея заняться ужином всем вместе пришла в голову Лорейн. Если уж она что-то решила, то построит всех кругом, лишь бы все были при делах. Это так сказываются в ней служебные замашки учительницы. Что делать, сестра уже много лет преподаёт детям начальную школу и умеет держать дисциплину в классе.

Уверенный жёсткий характер сестры и добродушный характер моего зятя – и как только они сошлись вместе? Клейт, в отличие от Лорейн, предпочитал тихую размеренную жизнь без стрессов. Он работал плотником и с удовольствием сутками напролёт мог заниматься деревом. Не зря Клейт сразу предложил свои услуги по обустройству восточного храма. С его золотыми руками тут всё приобретёт восхитительный уютный вид.

А с моей магией света вдобавок чистоту и свежесть.

Я поворачиваю голову в сторону сестры. Интересно, если я уродилась ведьмой с магией света, то что же тогда с Лорейн? Взяла ли она что-то от отца или от матери? И чем умела обладать наша мама помимо стихийной магии? Светом или тьмой, а может быть всем вместе?

– Я знаю, что у тебя много вопросов ко мне, – вздыхает тихонько Лорейн, заметив мой задумчивый взгляд. Сестра складывает в глиняные горшочки мясо и специи. И как будто собирается с мыслями, но пауза затягивается. Я уже и не рассчитываю услышать ещё что-то, однако она всё же продолжает: – Поверь мне, Аделия, я и сама не знаю всего, а обо всём, что успела узнать, обязательно расскажу.

– Ты хоть можешь составить уже какую-то картинку, а у меня пока полная каша в голове, – бурчу, передавая порезанную морковь сестре.

– Боюсь, что никто точно не знает всей информации. Для меня также как и для тебя открылось много нового и удивительного за последние несколько дней. И не все новости приятные.

Лорейн прячет глаза и замолкает. Нехорошее предчувствие подкрадывается к моему сознанию. Ощущение, будто сестра знает что-то такое, от чего мне будет очень печально.

Рядом со мной появляется Раналд, складывая в мою пустующую миску почищенный картофель. Он стоит близко ко мне и наши руки случайно соприкасаются. От тепла его тела мне становится спокойнее.

Ничего страшного. Что бы Лорейн не узнала, я смогу пережить это.

– У меня такое ощущение, что все присутствующие в помещении знают больше, чем я, – наконец выдаю свои мысли на всеобщее обозрение.

– Затягивание разговора нервирует многих, Лорейн, – замечает Раналд, продолжая стоять рядом со мной. – До ужина ещё столько времени, а вопросов меньше не становится. Может пора пролить свет хоть на какие-то вещи?

– Точно. Появляются только новые вопросы, – говорю, вспоминая барельефы из таинственной комнаты.

Лорейн продолжает упорно молчать, обдумывая слова принца. Может это и надуманно, но мне всё-таки кажется, что между всеми присутствующими возникает какое-то натяжение. В комнате явно становится тяжелее, и все взгляды обращаются к моей сестре.

В итоге Лорейн тяжело вздыхает и кивает головой.

– Ладно. Поговорить можно и в процессе готовки, тем более, дело почти завершено. Так вышло, Аделия, что наша мать была ведьмой.

– С некоторых пор мне это тоже известно, – замечаю, нарезая очередной овощ. – А давно ли ты об этом знаешь?

Неужели Лорейн меня целенаправленно обманывала? Она знала, что наша мама ведьма и ни слова мне не сказала? Ну же, сестрёнка, развей мои сомнения. Уже тошно от мыслей, что между нами может засиять пропасть обиды.

– Узнала только недавно. Правда! – горячо говорит Лорейн, отрываясь от раскладывания овощей в горшочки. – Я никогда не обманывала тебя! Я встретилась с Фадией, до того как случилось несчастье…

Я оторопело замираю с ножом в руках и его лезвие остаётся наполовину утопленным в картофеле. В горле резко пересыхает и перехватывает дыхание. С неимоверным трудом я перевожу взгляд на сестру.

– Какое несчастье? – хрипло спрашиваю.

– Аделия, дом ведьмы сгорел, – говорит мне Раналд, обхватывая за талию сзади и прижимая к себе, словно пытается отгородить от страшной правды. – Расследование ещё не завершено, поэтому пока рано о чём-то говорить. Пожар случился до рассвета в то утро, когда тебя объявили преступницей. Я именно туда улетал. Мы не можем достоверно знать, что случилось с Фадией…

– Можем, – вытирая слёзы тыльной стороной руки перебивает принца Лорейн. – У меня есть её прощальная записка.

От шквала эмоций я никак не могу остановить бешено стучащее сердце. Фадия ушла из мира? Кто это сделал? Зачем? Почему мне никто не сообщил сразу?

Сердце сжимается от боли. Кулаки сжимаются от бессилия. В глазах собираются слёзы. Становится труднее дышать и даже объятия принца не спасают от неминуемого погружения в настоящее горе.