Дирижабль с чудесами – Варечка. Ведьмина сила (страница 10)

– Очень.

– За всю нашу жизнь совместную в первый раз, – призналась женщина.

– А почему? – вмешалась Варя. Она об этой истории знала, но как-то не задавалась вопросом, отчего никогда не видела родственников теть Машиного мужа.

Женщина замялась. Было видно, что вопрос неудобный, но под пристальным взглядом ведьмы она все же ответила:

– Не приняла меня его мать. Сразу не приняла. У нее на примете уже была для него красавица-невеста. А тут он поехал к армейскому другу на свадьбу, там и встретил меня. Ну, как-то завертелось. Он предложение сразу сделал. На третий день. Я согласилась. А когда приехали знакомиться, его мать меня и на порог не пустила. Мы к соседям ушли переночевать… А потом уехали в мой родной город жить. Сколько он пытался наладить отношения, сколько звонил, письма слал… все без толку. Потом у нас детки пошли. Мы надеялись, что хоть они растопят лед. Но не сложилось.

– Дайте угадаю, – усмехнувшись, перебила ведьма, – Однажды вдруг все переменилось?

–Откуда вы знаете? – изумлённо спросила тетя Маша. – Вы ведь не целительница, да? Вы ведунья?

– Расскажите мне, как было, а там и посмотрим, кто я. Вы-то все равно уже здесь.

Тетя Маша посмотрела на Варю, и та кивнула, подбадривая.

– Вы правы, пару лет назад она сама позвонила. Просила у Стёпы прощения за все те годы, что была несправедлива к нам. Просила внуков привезти. Только внуки уже давно выросли. Своей жизнью живут. Они, конечно, не поехали. А муж очень обрадовался. Он любит мать. Сами понимаете… Мы взяли отпуск. Она нас очень радушно встретила. Меня дочкой называла. Просила прощения. Говорила, что была слепой, раз не разглядела такую невестку хорошую. Отпуск прошел, как один день. А потом мы домой возвратились и все вернулась на круги своя. Нет, со Степой она общается и сейчас. И приветы мне передает, но как-то с прохладцей, что ли.

– И сразу после поездки начались боли?

– Сразу. Мы даже подумали, что я там отравилась чем-то. Потом, когда прошло две недели, пошли по врачам. Но те только руками разводили.

За окном совсем стемнело.

– Врачи не помогут, – сказала ведьма, – А я вижу, что времени у вас осталось не так уж много. Она вам порчу на смерть сделала. Понимаете?

– И вы ничего сделать не сможете? – спросила тетя Маша.

– Одна не смогу. Свекровь ваша – сильная колдунья. Но есть кое-кто, с чьей помощью я могу с вас порчу снять. Только знайте, что порча никуда не денется. Кто-то должен будет за черное дело ответить. Таковы законы. Если я возьмусь за работу, то ваша свекровь долго не проживет.

Лицо у тети Маши сделалось бледным, вся краска с него сошла, а руки опустились на живот.

– Болит? – подскочила Варя.

– Потерплю, – ответила тетя Маша и через силу выдавила вымученную улыбку. – Я потерплю. Не нужно ничего делать.

Варя ахнула, поняв к чему клонит тетушка.

– Вы что же, хотите умереть? – в негодовании нахмурив брови, спросила девушка.

– Я не хочу, чтобы муж опять потерял мать. Он ее любит. А она его.

– Что же это за любовь такая? – снова не сдержалась Варя.

– Он был так счастлив, когда снова ее увидел. Я не могу взять грех на душу. Не проси.

– А как же вы? Разве он не будет убит горем, если вас не станет?

Тетя Маша не ответила на ее вопрос, только, тяжело вздохнув, задумалась.

– Я греха на душу не возьму. Не уговаривай, – твердо сказала женщина, но в следующий момент согнулась от боли. Варечка в ту же секунду оказалась возле нее.

– Пойдемте, тетя Маша, я вас спать положу. Завтра с утра поедем назад.

Она увела женщину в комнату, где для той уже была приготовлена постель. А сама вышла к Матрене на кухню. Ведьма налила чаю, и молча вдвоем они прислушивались к звукам из комнаты, пока оттуда не донеслось мерное посапывание.

– Вам же не нужно ее согласие? Вы же можете все исправить и без него? – робко спросила Варя.

– Могу, согласилась Матрена. – Но не стану. Мария, женщина взрослая, жизнь прожила. Как она решила, так пусть и будет. Решение это я уважаю. И ты должна. Это тоже закон.

Варечка спала с лица.

– Значит, это конец? – спросила она, стараясь сдержать слезы.

Но Матрена ответить не успела. Из комнаты послышались сдавленные кашляющие звуки, звуки удушья. Они услышали, как ногти женщины скребут по простыне, словно пальцы сводит судорогой…

Глава 13 Думай, прежде чем проклятье снимать

Первой спохватилась ведьма. Видимо, она сразу поняла, что происходит, и бросилась в комнату к спящей женщине. Варечка же сначала растерялась, не зная, что делать. Она метнулась вслед за Матреной, схватив со стола телефон и на ходу пытаясь разблокировать его.

– Я в скорую позвоню, – скороговоркой затараторила Варечка, непослушными пальцами тыча в экран, но не попадая по цифрам.

– Не нужна здесь скорая, – отрезала ведьма и так глянула на Варю, что у девушки сердце замерло. Зато ее перестало трясти и разум словно очистился от суеты и страха.

– Что с ней происходит? – тихо прошептала Варечка, глядя, как на кровати извивается, цепляясь за простыни, ее тетушка. Черные змеи сжимали ее живот и копошились, стараясь протолкнуться внутрь. Но их было так много, что твари мешали друг другу, не давая хода.

– Здесь мы уже ничего сделать не сможем, – ответила Матрена.

– Она умирает? – сдавленным голосом просипела Варечка.

– Или она, или та, что навела порчу.

При этих словах тетю Машу скрутило и согнуло пополам, она охнула во сне, так и не открыв глаза, и снова захрипела. Не веря в происходящее, Варечка смотрела, как толстая черная змея выползает из открытого рта женщины. Кожа змеи лоснилась, глаза горели красным светом, она угрожающе зашипела на ведьму, дернулась вперед, клацнув зубами.

Варя отшатнулась и упала бы, не окажись позади нее комод. На столешнице зашаталась старинная фарфоровая вазочка, но устояла.

Змея же продолжала выползать изо рта задыхающейся женщины, шипя и ощупывая пространство впереди тонким красным раздвоенным языком.

Женщина на постели покрылась испариной, вся подушка была залита слюнями, а простынь скомкана.

Черная тварь уже свесилась на пол, коснулась окрашенных досок, и кончик ее хвоста вышел из болезненного нутра тети Маши. Едва змея оказалась вне тела, как тут же стала бледнеть и в последнем броске в сторону Матрены с Варей растворилась в воздухе. Но не успела бедная страдалица сделать свободный вдох, как из нее полезла другая, еще более толстая и зубастая тварь.

У Вари потемнело в глазах, тело ее больше не слушалось. Она начала медленно оседать на пол.

– Не можешь смотреть, так иди, не мешайся под ногами, – рявкнула на нее Матрена. – Какая ж ты ведунья? Как ты людям помогать собираешься, если такой ерунды испугалась? – зло прошипела она и Варечка заставила себя собраться, встать на ватных непослушных ногах, опершись о комод.

Твари лезли одна за другой и так же, как и первая, растворялись, едва хвост их выходил наружу. Бедная тетя Маша уже не стонала, она лежала едва живая, хватая воздух лишь тогда, когда очередная тварь покидала ее ослабевшее тело. Но не открывала глаз. Все это время она спала! "И хорошо", – подумалось Варе. -«Разве может нормальный человек после такого не свихнуться. Пусть это кажется ей сном. А лучше, пусть она этого совсем не вспомнит».

Матрена молча наблюдала за происходящим, лишь изредка шепча себе под нос то ли молитвы, то ли заговоры. Варя не смогла разобрать. Наверное, прошло не больше часа, но ей этот час показался вечностью. И когда очередная гадина вышла из тела женщины и растворилась в темноте, а за ней не последовала следующая, Варя даже не поверила своим глазам. Тетя Маша задышала ровнее, а Матрена подошла к кровати и поправила сбившуюся простынь, насколько это было возможно.

– Это вы сделали? – прошептала Варечка, когда поняла, что все, наконец, кончено.

– Не я. Проведение. Судьба, если хочешь, – отозвалась та.

– С тетей Машей теперь все будет в порядке? – с надеждой в голосе задала следующий вопрос девушка.

– Этого я сказать не могу. Я не ясновидящая. Но от проклятья она не умрет, – ответила Матрена. – Пойдем, чаю попьем, потолкуем.

Когда обе они уже сидели, словно ничего и не произошло, за чашечкой чая, Матрена снова сделалась серьезной и даже суровой.

– Вот что я тебе скажу, девочка… Как бы тебе не было жаль того, кто проклят, как бы ни хотела ты ему помочь, к колдовству всегда нужно подходить с холодной головой. Ты ведь не знала, кто пакость сотворил, а уже готова была броситься в омут с головой. Так бездумно могла бы и ее и себя загубить! А что, если б колдуньей оказалась мать твоя?

– Она бы ни за что..

– Цыц! – перебила ее ведьма. – Я тебе слова не давала. Люди по незнанию могут наделать дурного, по глупости. Потом жалеют, а исправить не могут. Или не жалеют, но то другой разговор. Чаще, чем ты думаешь, порчу на смерть делают родственники близкие, не понимая, что это их род, что на их жизни и жизни их детей отразится это зло… Что я сказать хотела? – спросила она сама себя, выпустив пар. – Не зная, кто порчу наложил, за снятие не берись! Только хуже сделаешь! Только представь, что стало бы с тобой и с ней, если б это оказался кто-то из твоих близких или из ее… Дочь ее, например. Или мать твоя…

Матрена замолчала. Но Варя уже поняла, что пыталась донести до нее ведьма. Конечно, она не верила в то, что ее мать могла бы быть причастна к таким делам. Но сама мысль о том, как бы она жила дальше в таком случае, повергала ее в ужас.