Дионисий Шервуд – Расследования доктора Пеллэма (страница 10)

– Значит, – прошептал он, – убийца – не человек. И он не в палате. Он… везде. И мы не можем его арестовать.

– Пока не можем, – поправил его Пеллэм. – Но мы можем попытаться понять его логику. Если это месть Грейвза, то кто следующий? Кто ещё в этом старом списке? Нам нужно найти связь между Дэлримплом и Лондоном восемнадцатого века. И сделать это как можно скорее. Потому что следующий "долг", инспектор, может быть оплачен уже этой ночью.

***

Тишина в их импровизированном кабинете становилась взрывоопасной. После убийства Дэлримпла Пеллэм и Хоуксби действовали с лихорадочной целеустремленностью, но их усилия были направлены в разные стороны. Хоуксби, верный своему ремеслу, пытался выстроить вполне себе приземленные связи. Он изучал служебное дело Дэлримпла, опрашивал его сослуживцев, искал хоть какую–то зацепку, которая связала бы грубого сержанта с утончённым капитаном Лоуренсом. Результат был нулевым. Их пути едва пересекались.

Пеллэм же погрузился в архивы. С помощью сэра Гилберта, чьё влияние оказалось поистине безграничным, он получил доступ к историческим документам, хранившимся в подвалах Скотленд–Ярда и Британского музея. Он искал не улики, а тени. Тени давно забытых жизней.

Второй удар пришёл через сорок восемь часов. На этот раз в Блумсбери, где в своём кабинете, был найден зарезанным почтенный судья в отставке, сэр Реджинальд Эштон. Пожилой, уважаемый человек, известный своей благотворительностью. Убийство было совершено с той же неестественной жестокостью. Тело было уложено в вычурную, нелепую позу перед камином, а на полированном дубовом столе тем же острым лезвием был вырезан тот же символ – искривлённая "R", перечёркнутая зигзагом.

Когда Хоуксби и Пеллэм прибыли на место, инспектор был в ярости. Не только от самого преступления, но и от собственного бессилия.

– Связи нет! – сквозь зубы процедил он, осматривая кабинет. – Никакой связи между выпившим сержантом–садистом и этим… этим столпом общества! Лоуренс, опять–таки, под замком. Это просто какая–то насмешка над общественной безопасностью!

Пеллэм не слушал его. Он стоял на коленях перед столом, внимательно изучая вырезанный символ. Потом его взгляд упал на фамильный портрет, висевший над камином. На нём был изображён суровый мужчина в парике XVIII века, в мантии судьи.

– Инспектор, – тихо позвал он. – Как звали судью, председательствовавшего на процессе над Джонатаном Грейвзом?

Хоуксби оторвал взгляд от тела.

– Как это может быть связано?!

– Просто проверьте! – голос Пеллэма прозвучал на этот раз довольно резко.

Хоуксби, бурча, достал свою записную книжку, где были зафиксированы результаты их бесед с "Грейвзом".

– Судья… – он пробежался глазами по строчкам, – сэр Уолтер Эштон.

В кабинете мёртвого судьи повисла звенящая тишина. Оба мужчины медленно перевели взгляд на портрет над камином.

– Потомок, – прошептал Хоуксби. – Сэр Реджинальд – прямой потомок того самого судьи.

Пеллэм вскочил на ноги. Его глаза горели.

– Логика! Вот она! Сила, стоящая за "Грейвзом", не просто мстит. Она исполняет договор. Она методично устраняет всех, кто был причастен к гибели Джонатана Грейвза в его прошлой жизни! Сначала – сержант, олицетворяющий грубую силу и несправедливость системы. Теперь – потомок судьи, вынесшего неверный приговор. Она действует через разлом между мирами, созданный клинической смертью Лоуренса! Она использует его тело как якорь, но действует самостоятельно!

Хоуксби, наконец, увидел чудовищную картину целиком. Это была не цепь случайных убийств. Это был ритуал. Воздаяние, отложенное на полтора столетия.

– Значит, следующий… – начал он.

– Следующий, – перебил Пеллэм, – будет тот, с кем Грейвз заключил сделку. "Тёмный джентльмен". Исполнитель договора теперь пришёл за платой с самой второй стороны. За самой душой.

Они помчались обратно в госпиталь. Пеллэм, не церемонясь, ворвался в палату к "Грейвзу". Тот сидел, уставясь в стену, но в его позе уже не было прежней растерянности. В ней появилась некая усталая отрешенность.

– Джонатан! – бросил Пеллэм. – Твой "тёмный джентльмен". Как его звали? У него было имя?

"Грейвз" медленно повернул голову. В его глазах плескалась тёмная, бездонная усталость.

– Имя? Нет… он не назвал имени. Но… он дал мне знак. Показал перстень на своей руке. На нём был герб – птица, чёрная птица с распростёртыми крыльями, и в когтях у неё… пылающее сердце.

Пеллэм не стал ждать дальнейших объяснений. Он и Хоуксби снова ринулись в архивы. Теперь их поиски были целенаправленными. Они искали не судью и не сержанта, а аристократическую семью с таким гербом. Работа в читальном зале, пахнущем пылью и древностью, заняла несколько часов. И, наконец, Пеллэм, листая гербовник, издал короткое восклицание.

– Вот. Род Фэлконер. Девиз: "Cor meum in igne" – "Моё сердце в огне". Чёрный сокол с пылающим сердцем в когтях. Основатель рода, Мортимер Фэлконер, прославился в восемнадцатом веке как… удачливый делец и коллекционер редких диковинок. О нём ходили тёмные слухи. Говорили, что его богатство и удача были куплены дорогой ценой.

– И где сейчас обитают потомки этого мистера Фэлконера? – спросил Хоуксби, вглядываясь в гравюру с гербом.

– Основная линия пресеклась, – ответил Пеллэм, пробегая глазами по тексту. – Но есть побочная ветвь. Последний прямой потомок по мужской линии, майор в отставке Аларик Фэлконер, проживает в фамильном особняке на окраине Хэмпстеда. Дом… как здесь пишут, "известный своей дурной славой и странными происшествиями".

Они обменялись взглядами. Сомнений не было. Охотник приближался к своей главной цели.

Особняк Фэлконеров предстал перед ними в сумерках – мрачное, заброшенное на вид здание георгианской эпохи, скрытое за высокой оградой и разросшимся садом. Казалось, сама атмосфера вокруг него была мрачнее и темнее, чем в остальном городе.

Хоуксби распорядился выставить наружное наблюдение, но Пеллэм настаивал на том, чтобы устроить засаду внутри.

– Наружная охрана бесполезна против того, что может проходить сквозь стены, инспектор. Нам нужно быть там, где будет нанесён удар.

Им удалось уговорить перепуганного, но сохраняющего остатки аристократической надменности майора Фэлконера. Тот, выслушав их безумную историю, лишь тяжело вздохнул: "В нашем роду всегда ходили тени. Я лишь ждал, когда одна из них материализуется".

Они устроились в кабинете майора – комнате, заставленной чучелами экзотических животных и завешанной потемневшими от времени портретами предков. Среди них выделялся портрет самого Мортимера Фэлконера – худощавого мужчины с пронзительным взглядом и тонкими, почти бесплотными пальцами, на одном из которых был перстень с чёрным соколом.

Ночь опустилась на особняк, как саван. В доме выключили свет, оставив лишь одну керосиновую лампу, прикрытую абажуром, чтобы не привлекать внимания снаружи. Хоуксби, вооружённый револьвером, сидел в кресле, вслушиваясь в каждый шорох. Пеллэм расположился у окна, устремив взгляд в тёмноту сада. Майор Фэлконер, обхватив ладонями стакан с виски, неподвижно сидел за своим столом, словно ожидая приговора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.