Дина Зарубина – Взять дракона на карандаш (страница 11)
– Далеко не всегда!
– В смысле?
– Ну, жена может остаться в доме, дракон не всегда требует уйти.
Вот это перспектива! Стать приживалкой в собственном доме или служанкой новой пассии дракона?!
– Иногда удается уживаться рядом и жене, и истинной, – как-то неуверенно сказал дракон. Не сомневаюсь, такие случаи крайне редки. – А иногда истинная во всем уступает жене, ее после рождения сына отпускают…
Что?! Отпускают? Выгоняют, чтоб своей простотой не мешала родовитой и знатной жене! И ребенка отнимают! Вот же твари чешуйчатые! А врут-то, врут, что истинная – единственная, верность ей вошла в легенды, а они тут просто ищут инкубатор для своих ящерок?! Возмутительно! Мне еще не забыть с гаремом местным разобраться, лично я не потерплю другой женщины в доме и постели. Нет, ну свинство, на самом деле! Если спишь со мной, значит, спишь со мной, и я соответственно, тебе не изменяю. Нет – так нет, разбегаемся.
Ильд передал меня Ольду, мы сплясали кадриль, и я совершенно запыхалась. Вот это тренировочка! Надо отдышаться и глотнуть воды.
– Надеюсь, ты скоро сдохнешь! – негромкий голос рядом заставил меня поперхнуться.
Рядом стояла высокая, ладная девушка, с буйными рыжими кудрями, в золотистом платье. Она злобно смотрела на меня.
– Это вы мне? – уточнила недоуменно. За женихами охота охотой, но как-то уж чересчур! Обычно вином обливают или канапе с жирной рыбкой прицельно роняют… но с улыбкой! И с извинениями!
– Тебе, тебе. Сдохнешь, как и все предыдущие призванные! Проклятие этой семейки тебя погубит!
– Все предыдущие? Что это значит? Я у Стейна первая…
– Так он же не один будет! – расхохоталась девица. – Все будут тебя насиловать один за другим, пока не понесешь!
– Глупости! Понести может кобыла, женщины беременеют! – тут же поправила я. Чего сразу насиловать-то? Я может, и не против буду… пять многовато, вот два-три партнера я бы попробовала. Для повышения сексуального мастерства. Подруга очень рекомендовала. Говорила, после двух на одного и размениваться лень.
– Ровена! – рявкнул Фред, появляясь рядом. По вискам его поползли мелкие черные чешуйки, я аж засмотрелась. – Я предупреждал!
– Хотела посмотреть на новую истинную, – девушка побледнела, ее руки задрожали. – Простите, дрей!
Она опустила голову и торопливо стала пробираться к выходу из зала. Фред взял меня за руку и повел танцевать. Павана. Ладно, похожу вокруг него кругами. Разговаривать удобно.
– Что она тебе рассказала?
– Пожелала сдохнуть, – вяло ответила я. Не ожидала, что так устану.
– Не стоит верить бредням ревнивой отставленной любовницы, – улыбнулся Фред. Однако в его глазах все время менялся зрачок с круглого на вытянутый, а у драконов это признак сильнейшего волнения.
Я не ответила, сосредоточенно пытаясь не сбиться в ногах. Любовницы, значит?
– А чья она любовница?
– Уже ничья, – быстро ответил Фред и я поняла, что врет. – Надо было удалить ее из замка.
– А! – до меня дошло. – Эта девушка из ваших наложниц, что в гареме живут?
Фред нервно улыбнулся, уходя в поворот. Похлопали трижды в ладоши.
– Ну, что ты, нет никакого гарема, парочка гостий…
Я махнула на него рукой: понятно же, что будет врать и изворачиваться. Надо искать другой источник информации. И заново обдумать его пламенную речь в кабинете. Кажется, там были такие сильные купюры, что смысл меняется до прямо противоположного. Мне выдали благопристойную, урезанную версию происходящего.
В этом свете проживание вместе взрослых парней объясняется не сильной семейной связью и инстинктом гнезда, а банально общим гаремом. Им так просто удобнее жить, а для мужика удобство – это главное в женщине.
Про гнездо Фред говорил с закатыванием глаз. Род, овеянный славой. Гнездо, значит, как тип драконьей семьи. Несколько мужчин и несколько женщин. Побочные братья верой и правдой обязаны служить законному наследнику. В «Брачных традициях» четко написано, что дреи полигамны. Ну, люди тоже, в рамках одного вида половое поведение не различается, это уже воспитание и христианская (и не только) мораль. То есть, вранье. Биологически – полигамны. А уж вопрос, сколько в нас от обезьян, так же труден, как и вопрос, сколько в драконах от крокодилов.
Отсюда вопрос – что они навертели с этими истинными пара и в чем реальный смысл ритуалов?
Получается, что никакой романтики нет. Есть биологически обоснованное поведение, подбор максимально подходящей пары для зачатия потомства. Этакая магическая генетическая экспертиза. И соответствующая генная модификация, направленная на выживание вида. У людей отбор плохо работает, социум сильнее и диктует свои стереотипы, да и демография сильно перекошена, тут лишь бы какого самца ухватить. Плодятся далеко не самые лучшие образчики гено- и фенотипа, чего уж.
Я бы только после строгого экзамена и медосмотра разрешение выдавала ребенка родить. Водить машину ведь учат, и экзамен сдают, а детей воспитывают, кто во что горазд, или вообще не воспитывают. Ибо некогда, не хочется, да и не умеют.
И по этому крученому-верченому ритуалу, я – максимально подходящая самка для Стейна. И он обязан мне тут петь серенады, дарить подарки, умильно заглядывать в глаза, а не требовать подчинения и послушания с первого мига, как увидел. Я в рабыни и наложницы не просилась.
– Вы так серьезны, – заметил Алькандр.
Я так задумалась, что не заметила смены танца и партнера.
Чудно! Как показывает опыт, люди необщительные и неразговорчивые меньше врут и чаще бывают откровенны в ответ на прямые вопросы. С Альдом я и пары слов еще не связала, он показался мне довольно замкнутым.
– Тут была девушка Ровена, она кто? Ее Фред прогнал, – я доверчиво похлопала ресничками и состроила наивные глазки олененка Бэмби.
– Не самая подходящая тема. Мне бы не хотелось отвечать на этот вопрос, – Серые глаза посмотрели прямо. Все зеленоглазые, кроме него. Но синие волосы и серые глаза отлично сочетаются. Красивый просто до умопомрачения. Вот почему мне достался изнеженный Стейн, а не этот викинг?
Отрицательный результат – тоже результат, значит, Ровена любовница Стейна, это же ясно! Зачем еще скрывать правду?
– У тебя была истинная? – бестактно, но мне нужна информация.
– Была, – последовал лаконичный ответ. Ты ж моя прелесть синеволосая! А Фред нагнал, что ритуалы не получились. Все у них получалось, но почему-то не срослось.
– Она жива?
– Да что ей сделается, – неопределенно дернул плечом Альд. – Живет за озером, ни в чем не нуждается.
– Чем занимается? – жадно спросила я. Трудоустройство для женщин в Драгане меня очень волновало! Погостить в замке интересно, но надо же будет и жизнь устраивать.
– Держит публичный дом, – равнодушно ответил Альд, пропуская меня под рукой.
– Лучше бы она модисткой была! – не удержала в себе мысли. Или булочницей. Или таверну держала. Да хоть огородницей! Приличная работа, уважаемая. Не себя продавать, а плоды своего труда.
– Мне тоже так кажется, – согласился Альд.
– А работает по зову сердца или ради денег? – осторожно спросила я. Тема была уж очень не очень. – Она тебе нравилась?
– Истинная не может не нравиться. Любая истинная. У нее особый аромат, на который реагирует дракон. Ты, например, пахнешь убийственно! – резко закончил он.
Я покраснела. Нельзя не вспотеть, активно двигаясь. Дезодорантов тут не придумали, мир натуральных тканей и естественных запахов.
– Не думала, что это так заметно, – пробормотала я. Обоняние у драконов наверняка чувствительнее, чем у людей. Ему удалось меня смутить! Скорей бы танец кончился!
– Запах твоего смущения меня волнует, – Альд чуть сильнее прижал меня и провел носом по щеке. – Я чую течную самку, разгоряченную, возбужденную, и жаждущую соития!
Вот это прямота! Меня переиграли на моем поле. Я даже зауважала Альда. Прозвучал последний аккорд. Все! Я дернулась, но Альд не отпустил мою руку.
– Ты знаешь, если истинную вызывают два брата, она подходит обоим? – глаза Альда хищно блеснули.
– Вас пятеро, – хмуро уточнила я, нервно оглядываясь. К чему это он?
Как-то незаметно мы оказались в самом конце зала, да еще и за колонной. Сборчатая поднятая штора показывала укромный альков с широкой кроватью, зеркалом и пуфом. Все бы хорошо: поправить прическу и чулки в укромном месте порой необходимо, но кровать явно намекала на иное предназначение алькова. Кажется, я влипла.
Потому что Альд за секунду сделал множество дел: обвил мою талию крепкой рукой, приподнял меня над полом, нырнул в альков, занося меня внутрь, опустил штору и припал к моим губам.
Глава 8. Дела альковные.
Я протестующе замычала. Нет, губы были вкусные и упругие, руки горячие и приятно согревали поясницу. Но сам факт!
Пока жила одна, иногда желание охватывало так, что мечтала о каком угодно мужчине! Сантехнике, электрике, связисте, заблудившемся госте к соседям. Вот позвонит, открываю дверь голая и на все согласная… Тут меня насиловать собирается красавчик-дракон, а я кочевряжусь?
Нет, не спортивно это! Пусть у меня эротический отпуск, но выбирать, когда и с кем, я буду сама! И никак иначе! Я, может, о наложнике мечтаю, а не о насильнике!
Поняла, что зря теряю силы и покорно обвисла тряпочкой в сильных руках. Пусть он силы теряет. Меня заботливо уложили, сняли туфельки и… я не сдержала громкий стон наслаждения! После трех часов танцев на среднем, но все же каблучке, ловкие и опытные пальцы разминают мне ступни! Я растеклась бескостной лужицей, забыв о коварных планах типа улучить момент, оглушить и убежать.