Дина Зарубина – Племянница из провинции (страница 10)

– Может, не пойдешь? – Спросил Бум, посыпая кашу сахаром. – Вдруг приедет?

– Не приедет. Ешь, Бум, меня люди ждут, – Дэн встал и хлопнул по плечу товарища.

– Погоди, я что придумал. Закину вас туда, и вы пойдете не в лес, а из леса. Так ведь оно безопаснее будет?

– Наверное, – идея была хорошая, намного проще, чем тащиться в лес, а потом обратно. – Если не в гнездо виверн закинешь.

– Ой, да когда такое было-то? Один раз, и то случайно! Нет, они в предгорьях нынче расплодились. Разведчики видели два клубка. Матерые с молодняком, навскидку хвостов десять-двенадцать.

– Опять? – застонал Даэнир. Ну, и какая ему жена? Он дурак, а она умница.

Но если он будет сидеть в крепости, а она в Опусе, так никакой разницы нет, что Опуса, что столица. У сослуживцев жены, невесты и подружки живут в городке, вроде не выглядят несчастными. У Лучано, у Алессио, у полковника, у разведчиков. Только жена коменданта живет в крепости и командует кухней.

Даэнир тяжело вздохнул. Жена с ним даже поговорить не пожелала, отделалась запиской. Жениха у нее точно не было, но может быть, был возлюбленный? В этом возрасте девушки особенно влюбчивы. Какой-нибудь смазливый соседский мальчишка мог похитить ее сердце.

Она в своего кузена могла быть влюблена! Как же он сразу не догадался? Вот и согласилась сразу же спасти его, благородно пожертвовав собой. А что кузен гад и сволочь, так и не таких еще мерзавцев любят. Внешне он вполне приятный парень. Женское сердце непостижимо. Хороших людей считают скучными занудами, а хвастунов и бабников готовы на руках носить.

– Я все, – Бум сгреб хлебные крошки в широкую ладонь и закинул в рот. – Идем?

Во дворе крепости уже толпились местные охотники, четверо, со своим старшиной и пятеро травников. Мужчина в возрасте, двое парнишек, и женщина с девочкой-ученицей лет тринадцати. Все с мешками и корзинами.

Даэнир поморщился. Не надо бы малолеток в лес брать. Видно, нужда прижала, по доброй воле туда никто не пойдет. Ладно. Десять человек, справится.

– Порядок знаете? На тропе впереди идет старшина, двое охотников, потом травники, потом я, замыкают двое охотников. От меня идти поблизости, не разбредаться, держаться в пределах видимости. Не орать, не визжать, кому понадобится в кусты, только с охотником. Плевать, что вам там неудобно или стыдно, они и не такое видали, зато причиндалы никто не откусит. На поляне для сбора делитесь парами травник-охотник.

– Не беспокойтесь, ваша мрачность, помним, – прогудел старшина и погладил бороду.

Ну да. Какое из черного мага «сиятельство» или «светлость»? С чьей-то легкой руки пошло гулять прозвище. А многие искренне считали, что это настоящий титул. Все логично. Светлым – светлые, темным – темные. Ваше темнейшество, ваша мрачность, ваша безрадостность… Нашлись остряки, над принцем шутить. Ничего не поделаешь, прозвище ушло в народ.

– Давай, Бум, – махнул Даэнир рукой.

Патрик надул щеки, выпучил глаза и слегка присел. Парнишка хрюкнул от смеха, но тут же получил подзатыльник.

Охотники смерили новичка недобрыми взглядами. Маг работает, а как – не простолюдинам разбирать! Хоть стоя на голове, кому как легче.

Воздух зазвенел, уплотнился, в паре метров от Бума дрожание эфира превратилось в свечение, раздался звук, будто кто-то прочертил ножом по стеклу. Не все его слышали, но все передернулись. Возник овал с синеватыми краями, за ним марево листвы, и душный парной запах Чародейного леса.

Прохлада и цветочные ароматы? Хвоя, полынь, можжевельник? Это вы тут не бывали! Душное тошнотворное дуновение разлагающейся тухлятины заполнило двор.

Травница и ученица тут же нацепили ватные маски, ожидая сигнала. Тот же шустрый подросток было сунулся в щель, но моментально получил еще один подзатыльник, уже от старшины охотников. Не лезь поперек батьки! Главный охотник охлопал снаряжение, вынул клинок из ножен.

– Готов!

– Пошел! – скомандовал Даэнир, запуская вслед тройке охотников «Купол надежды». Охранное заклинание.

Травница с ученицей шагнули следом, травник с парнишкой тоже. Второй парнишка замешкался, пришлось дать пинка. Парень влетел в мерцание, как птичка. Бум ведь не железный! Десять человек провести, это он до вечера будет без сил лежать.

Двое замыкающих охотников шумно выдохнули за плечами принца, шагая в портал.

Скрежет на грани восприятия, и прореха в пространстве захлопнулась. Миру не нравится, когда его рвут, он сопротивляется и мстит.

***

Почта! Волшебное место! Указом Эромила Доброго еще при прежнем царствовании были учреждены почтовые конторы во всех городах.

Не нужно нанимать курьера, отправлять гонца или искать оказию с караваном. Письмо, посылочку, пакет документов стало можно отправлять через почтовые порталы. Это, если экстренное отправление.

При крупных конторах, торговых домах обычно своя курьерская служба имеется. Если совсем отдаленное место, можно доплатить, чтоб письмо доставили прямо до дома. Нет лишних денег – ходи на почту, спрашивай.

В Уноа-Коэс на почте работала престарелая сплетница, знающая наперечет всех в округе. Вся почта – крошечная комнатка со стойкой, кассой и журналом отправлений. Почтмейстерша принимала письма и складывала их в мешки по направлениям, какое куда. Возницы дилижансов забирали свои мешки и везли дальше.

Отделение на Почтовой было по столичным меркам совсем небольшим, занимало первый этаж двухэтажного особнячка. Небольшой зал с тремя окошками, стол с пером и чернильницей, три деревянные скамьи, стол для упаковки, карта на стене.

Из зала, подняв перегородку, можно было попасть во внутренние помещения. Слева – кабинет почтмейстера. Заслуженный маг воздуха, он тут тридцать лет служит! Я сделала восторженное лицо. С ума он со скуки не сошел еще?

Трое сотрудников посмотрели на меня без всякого интереса. Один пожилой мужчина и две женщины средних лет, толстая и тощая.

Комната персонала, со шкафчиками, столиком и диванчиком.

– Вот, – почтмейстер дон Ливано встряхнул форменным платьем. – Размер меньше некуда, никому не подошел. Вот остальное. Надевать только на работе. На улице полную форму имеют право носить только почтальоны. Коронные служащие! С именным жетоном! – Дон Ливано поднял вверх палец. – Их же в любой дом пускают! Даже ради шутки не надевай кепи, это подсудное дело.

Я покивала. Удерживала сосредоточенное выражение, внутренне ухмыляясь. Они сотрудников по размеру одежды выбирают? Неожиданный подход!

– При нашем отделении нет курьерской службы. Наша задача – собрать и переправить письма на почтамт. Нужно быть очень внимательной! – вещал дон Ливано, провожая меня в заднюю комнату за операционным залом.

Светлое помещение, картотека, полки, карта страны, карта города, размеченная квадратиками, и длинный стол, заваленный письмами.

– Сначала сюда, – почтмейстер показал на ящичек с локоть длиной. – Без этого сортировать не начинай.

Я подняла брови.

– Людишки как только не изощряются, чтоб друг другу напакостить! Иголки вставляют, сыплют ядовитые порошки, конверты пропитывают ядом, заклятия накладывают. Первыми страдают почтовики! Это определитель вредоносного содержимого. Загорится зеленым – опасности нет, кладешь в ящик города. Внутри столицы – желтая коробка, это на главпочтамт. За границу – красный ящик. Все остальное в синюю коробку.

– А если ядовитое или проклятое? – мне совсем не улыбалось нахвататься проклятий через чужую переписку.

– Тогда вот, в черную коробку, она опечатана и с рунами защиты, – дон Ливано указал на ящик с прорезью на крышке. – Это для исходящей корреспонденции. Входящая – в мешке, поступает с почтамта, ее там уже проверили, только надо разложить по фамилиям, по алфавиту, по этим ящичкам, – дон указал на стеллаж с мелкими полочками на стене. – По адресам тебе бегать не придется, у нас нет почтальонов, все они на почтамте. У нас остается лишь неоплаченная доставка. Лежит месяц, потом отправляем обратно.

– Ясно.

– Раз ясно, то приступай, за тобой донна Роза сегодня проследит. – Дон Ливано, покряхтывая, отправился в свой кабинет.

А я – примерять форму. Вишневый мундир с золотыми пуговицами мне шел. Золотые погончики, кант на стойке. К мундиру прилагалась слегка расклешенная строгая юбка до середины икры. Мундир хорошо лег по плечам, но оказался широк в талии. Почтовые служащие должны быть потолще, я сразу поняла. Впрочем, вся готовая одежда обычно свободна в поясе. Ничего, ремень это исправит.

В комнату, шумно сопя, вошла донна Роза. Очень полная, шарообразная женщина с красным лицом и тремя подбородками.

– Объясню тебе, что к чему, – она села на протестующе скрипнувший табурет напротив меня. – Надо бы мага-воздушника, по-хорошему, но на такое жалованье мага не найдешь, берут, кого попало.

– А почему при отделении нет почтальонов?

– Зачем? Почтамт рядом. Район тихий, домов мало, люди небедные живут. Им лакея за письмом послать, или собственного курьера отправить не трудно. – Донна Роза схватила широким пинцетом первый конверт и сунула в лоток проверки.

Аппарат пискнул, зеленый кристалл мигнул.

– Ничего опасного нет, можно брать руками, – донна Роза прищурилась. – Очень мелко написано. Прочти!

Написано было вовсе не мелко, зато по-чапильски.

– В Луангву, коменданту крепости дону Ярве, – прочитала я.