Дина Зарубина – Невеста с опытом работы (страница 16)
Папенька посмотрел на меня сурово, но, кажется, не намеревался скрывать правду.
– Его отец… очень любил твою мать, мою супругу.
– Маму!?
– Да, – король вздохнул. – С детства. И наше вечное соперничество за ее внимание… она вышла за меня. А он отравил ее! Убил! Доказательств не нашли, поэтому казнить мерзавца не удалось. Но его род был лишен привилегий и земель. Поэтому лэрд Денвер лишен герцогского титула. Вымаран из родовой книги. Ни одна знатная девушка не захочет навлечь на себя такие тяготы, ни одна не пойдет за него.
Вот обидно стало за Денвера ужасно, даже на глазах навернулись слезы.
Если они тут так дела расследуют, то Дэнвер-старший запросто и не виноват может быть, разве для мужчины характерно травить ядом? Напиться-подраться, кровь пустить, от ревности в сердцах зарезать, это да, но яд – дело тихое, требует рассудительности и тонкого расчета, это женское дело. Кто-то не спал ночь и теперь излишне слезлив? Работай! Соберись! Мне нужна информация.
– А моя сестра?
– Лилиан была влюблена в Адемара, и когда все это случилось, ушла в монастырь.
– Так его ведь убьют сегодня? Нет человека – нет проблемы.
– Дочь моя! – папа строго простер руку. – Я хотел показать тебе, к чему приводит глупое кокетство, и взять тебя на поединок.
О, нет! Реалити-шоу «выпусти кишки» смотрите без меня, я такое не люблю! Всегда думала, что лишние глаза тут ни к чему, дуэль дело личное, интимное, противники и секунданты с доктором. Не турнир же!
– Я не пойду! Хочу спать! – взвизгнула я. – Еще так рано!
– Умирать – всегда рано! Через десять минут в гостиной. Если не будешь готова – вытащу в сорочке! Как ты могла допустить такие слухи о себе?!
– Это клевета! Ложь! Вы же не поверили, что я могла…
– А никто и не сомневается, что это ложь. Но Карим объявил тебя своей. И все твои женихи, все вызвали принца на бой! Даже почти совсем не владеющий шпагой лэрд Деровер.
– Ух, ты, – только я могла я сказать. Ребята погорячились, что я могу сказать. Хорошенькое дело – из-за чьих-то чужих шашней погибать. Дело чести, видите ли. И не девицы даже. И вообще, причем тут я, уж и переспать нельзя по-тихому, чтоб весь дворец не знал!
– Итак, жду через десять минут.
Я застонала в голос. Мне сейчас идти смотреть, как один любовник убивает другого? Как один прекрасный самец калечит другого, не менее прекрасного? Что за пещерные нравы! Дайте два, и пусть все будут счастливы! Вон, в Империи мужские гаремы, справляются же как-то женщины. И я бы справилась! Зачем –так-то уж радикально проблемы решать?
Карим, конечно, гад, но ведь он искренне полагал, что я только и мечтаю попасть в его жены, стесняюсь только признаться. На войне и в любви все средства хороши, конечно, он намеренно проболтался. Спровоцировал всех своим хвастовством. Все-таки во дворце рос, сын одной из наложниц, знает он все эти интриги, соперничество, знает и цену каждому слову. Все эти мысли у меня проносились в голове, пока я обливалась холодной водой, быстро растиралась, отдавалась в руки проворных служанок, и через десять минут была готова на выход – затянутая в корсет, с прической-башней, в строгом и одновременно невероятно соблазнительном утреннем платье цвета пыльной розы. Чтоб вас всех!
Глава 7
Не хочу, не хочу, не хочу, не буду я на это смотреть. Когда, вот когда они успели уже нагородить трибуны для зрителей? Приволочь троны и даже нацепить балдахины над ними? Я плюхнулась на свое место, обводя тоскливым взглядом обширную площадку, засыпанную песком. Я вам не трепетная весталка Древнего Рима, которая спокойно могла вопить «Добей его!» глядя на окровавленного умирающего гладиатора. Я дитя другого мира, я – за гуманизм и мир во всем мире! И любовь quantum satis.
– Папенька, а нельзя, чтоб принц извинения принес, чтоб никого не убивать сегодня? – заныла я.
– Тогда он будет считаться лжецом. Он на это не пойдет, – мрачно ответил папенька.
Лучше живой лжец, чем мертвый правдоруб, но моего мнения тут никто не разделял. Пф-ф, да пусть сплетничают, это же реклама!
– Принцесса, вы так бледны сегодня, – влезла лира Кларисса. – Синячки под глазами.
Как будто одна я тут со следами любовной усталости! Я покосилась на женихов. Вон Виленн тоже бледноват, лицо опухшее. Деровер мрачен и хмур. Бедный ювелир, ему пинцет надо держать, а не смертоносные тяжелые железяки. Денвер выглядит не ахти. Ромео, видно сразу, тоже не выспался, а он-то почему? Что у них за порядки, нельзя в обед дуэлировать? Почему ранним утром? Все бы выспаться успели. Один Кларенс свеж и бодр.
– Мне страшно, – застучала зубами я. – Папенька, прекратите это! Они все поубивают друг друга, и вам не за кого будет выдавать меня замуж.
– Поздно, о дуэли и ее причине стало уже известно всему городу, – с сожалением ответил папенька. – Город после вчерашнего суда гудит, а тут еще и это.
– А кто посмел вынесли из дворца сплетни? Разве слуги не дают подписку о неразглашении?
Папенька посмотрел на меня долгим внимательным взглядом. Я что-то не так сказала? У них нет такого понятия?
– Слуги дают магическую клятву, – наконец объяснил он.
– Значит, это спланированная акция против моего имиджа! То есть, репутации, – тут же поправилась я. – И Карим тогда такая же жертва, как эти заложники дворянской чести. Давайте отменим! Тут дело Тайной стражи разбираться, кто кого спровоцировал, и кому это было надо!
На площадку вышел герольд и громко объявил о начала поединка. Я чуть не взвыла. Еще бы билеты продавали, поп-корн, разве нельзя скромно, тихо, без шума друг друга резать? И главное, без меня!
На площадку вышли принц Карим и лэрд Денвер. В белых рубашках, узких брюках, высоких сапогах. Ни защиты, ни маски! За что мне это?
– Папенька, я согласна с тем, что сказал Карим, остановите это мероприятие! – потребовала я.
– Что вы несете, ваше высочество, вас слышат! – прошипел папенька, багровея.
– Пусть я прослыву гулящей девкой, чем кто-то из-за такой ерунды умрет!
Лира Кларисса ахнула и зажала себе рот рукой.
– Вы нездоровы! Вы не можете поступиться репутацией!
– Принцесса, молчите, ведь вас в монастырь сошлют! – зашептала торопливо лира Кларисса. – До конца жизни!
Монастырь не тюрьма, оттуда сбежать можно! Я радостно закивала, показывая, что согласна на монастырь.
– Наследника трона нет, а они тут про монастырь бред несут! Одна дочь уже там, и второй лишиться!? – возмутился папенька.
На площадке переминались с ноги на ногу женихи, уставшие ждать отмашки короля. Наше препирательство привлекало все больше внимания.
– Ваше величество! – вперед прошла бывшая фрейлина Сесиль. Ее гадкая улыбочка говорила о том, что меня ждет огромная пакость с ее стороны. – У меня есть доказательство того, что принц Карим не солгал! Принцесса не невинна.
– Что!? – взревел папенька.
– Принцесса принимает пипюли, препятствующие беременности! Девице, блюдущей, как должно, свою честь, они ни к чему!
Так, кажется, кровопускание на сегодня отменяется, переходим к кровной мести, устранению принцессы из списков порядочных невест? Я всегда недоумевала, почему почтенные авторши насаждают книги героинями робкими, стыдливыми и краснеющими при мысли о том, например, что мужчины носят подштанники? Ой, стыдоба-то! Нет, с одной стороны, равда, стыдоба – фасон панталонов до колен с рюшками как-то не мужественно смотрится. С другой… ну, откуда порядочной приличной девице такое знать? Мне можно, мне Ромео продемонстрировал свое нижнее белье под большим секретом. Делает ли это меня развратной особой, недостойной попать в увлекательную историю? Или авторам просто неясно, что делать с героиней раскованной, эмансипированной и далекой от предрассудков? Ой, для этих замшелых героинь фэнтези, кажется, я не подхожу. Но я уже тут. Я выдохнула. Очень… странно себя ощущаю. Но я же стараюсь соответствовать! Поклоны, реверансы, улыбки, я же все делаю, как полагается! Но на воздержание не подписывалась!
Сесиль потрясла небольшой коробочкой с моими пилюльками. Да я эту коробочку в первый раз вижу, и на ней нет моих отпечатков! А у них тут смотрят отпечатки? Я задумалась. Кругом ахали, восклицали, с жадным интересом рассматривая меня, Сесиль и коробочку.
– Сегодня принцесса не ночевала в своей спальне! – заявила Сесиль торжествующе.
– А вы спали в спальне герцога Виленна! – сказала я, ни секунды не сомневаясь. – Как и прошлую ночь, и предыдущую!
Сесиль сбилась с обвиняющей речи и покраснела. Глупая нерпа, зачем портить другим жизнь, если ты тоже весело проводила время? Ага, спать с мужиками, значит, можно, но чтоб никто не знал? А если все знают, то низзя и фу-фу-фу!
– Я лично разбудил принцессу сегодня рано утром в ее спальне, – папенька дернул себя за бороду с раздражением. Сесиль тут же заткнулась и побледнела.
Лир Эванс доложил о наличии недремлющего караула под моими дверями. Ага, под их задорный храп стадо слонов пройдет, и никто не заметит. Но не в моих интересах обвинять стражников в халатности. Здоровый сон всем необходим.
– Не надо выдавать свои средства за мои, – пожала я плечами. – Пусть лекарь скажет, что это. Кстати, ожерелье так и не нашлось. Нет ли тут попытки опорочить меня, чтоб самой избежать наказания?
– Я честная девушка! – взвизгнула Сесиль.
Герцог Виленн вышел вперед, с кем ночевал, признался сразу же, без дополнительных вопросов, абсолютно полно рассказал, как и с кем коротает ночи во дворце. Ему бы рекомендации девицам в публичном доме давать, вон как у зрителей глазки заблестели масляно! Сесиль стояла вся красная, с горящим взором, сжимая кулачки. О поединке все забыли. Карим у края площадки мирно закусывал ломтем хлеба с ветчиной, а Адемар задумчиво ковырял шпагой песок у своих ног, опустив голову.