Дина Высоцкая – Струны жизни (страница 3)

— Скажи мне, перед кем я так провинилась, что мне Бог послал тебя, козла такого? — С горечью сказала женщина и вздрогнула от резко открывшейся двери.

— Ромашка, ты опять молодых специалистов обижаешь? — Засмеявшись сказал, входящий в кабинет рослый мужчина с благородной сединой на висках.

— Олег, я просила не называть меня так в отделе, — обиженно ответила Влада, нервно засовывая смятую фотографию под книжку на столе. — Можно просто Романенко и без фамильярностей.

— Ой, посмотрите на нее. Сама серьезность. — Передразнил Гаврилов, притянув ее за талию к себе.

— Лежик, убери руки, мы же на работе. — Ласково прошептала Влада и обняла его. — Чего тебе дома не спиться?

— Вышел в магазин. За томатным соком. — Небрежно кинул он и уселся за ее стол. Олег взял в руки лист и стал бегло читать. — Вот решил заскочить, посмотреть, что тут у вас твориться. Ты читала эту жалобу?

— Да, опять браконьерство в лесу. Егерь приходил, жаловался. Расставил капканы по всей территории, но боится, что звери начнут в них же попадать. — Без интереса рассказывала Влада, делая небольшие глотки кофе. — Тебе налить?

— Нет. Спасибо. У меня давление высокое, сейчас выпью, потом таблетки глотать буду, а мне нельзя. Что делать собираешься по этой жалобе?

— Пока не знаю. Нужно думать. А зачем тебе томатный сок ночь-полночь понадобился?

— Ну ладно. — Выдохнув сказал Гаврилов и положил листок на стол. — Реши этот вопрос, чтоб потом он ко мне не пришел, жалуясь на то, что ты никак не помогла. А то придется тебя наказывать, а ты же знаешь, я этого не люблю. — Не обратив внимания на ее вопрос, ответил Олег и снова обнял ее.

— Ясно. Так, а сок тебе зачем? — Не унималась Влада.

— Ну, что ты пристала с этим соком? — Сорвался Гаврилов. — Захотел и вышел за соком. Я что не имею на это права?

— Так, не темни, Олег Анатольевич! У тебя изжога и ты никогда не пьешь томатный сок! — Грозно со знанием дела сказала Влада и всмотрелась ему в глаза.

— Ромашка, не начинай. Всегда была изжога, а сейчас захотелось. И вообще не понимаю, ты должна быть рада, что вот так по середине ночи, я вместо того, чтобы спать пришел проведать тебя, а ты тут мне допрос с пристрастием устроила. Всё. Я пошел. Настроение всё испортила. — Изрядно разбушевавшись ответил он и хлопнул дверью.

— Так я тебе и поверила. Томатный сок он захотел. Уверена, пришел проверить меня. Чем я тут занимаюсь. И вы ж гляньте на него, деловая колбаса, сразу за стол уселся, смотреть, что у меня тут есть. — Обиженно шепнула Влада и села на свое кресло. Она кинула взгляд на жалобу и подумала, что завтра поговорит с участковым. — Хотя зачем завтра? Сейчас вызову к себе. Пусть примет во внимание.

— Просененкова, ко мне в кабинет. Срочно. — Твердо приказала Романенко, сняв трубку телефона внутренней связи.

Спустя несколько минут в кабинете появился невысокий мужчина средних лет. По его помятому лицу было видно, что между вызовами он решил вздремнуть.

— Спишь на рабочем месте, старший лейтенант? — Грозно спросила она, не поднимая взгляда на подчиненного, а сосредоточенно перечитывая жалобу.

— Никак нет, товарищ майор. — Твердо отчеканил мужчина и подавил подкатывающий зевок.

— Жалоба поступила на участившиеся случаи браконьерства в восточном лесу. Отписываю тебе. Проведешь проверку.

— Так это не мой участок, Влада Витальевна. — Возразил Просененков.

— Проведешь проверку по факту поступившей жалобы. — Повторила Влада тоном, не терпящим возражений, и протянула подчиненному лист. — У меня всё. Можете идти.

Еле сдерживаясь, чтобы не высказать всё, что он сейчас о ней думает, мужчина вылетел из кабинета, придержав дверь, чтобы ни коим образом не заставить начальницу повышать на него голос еще раз.

Романенко откинулась на спинку кресла и закатила глаза. «Уже полночи почти прошло, еще немного и утро. Эх, старею, уставать стала», подумала женщина и скинула с ног неудобные туфли. «Вот это наслаждение. Как гудят, мои бедные ножки», вслух без малейшего стеснения, сказала Влада и закинула ноги на стол. «Вот сейчас прям ощущаю себя детективом из американских фильмов. Где мой плащ и шляпа?» Размышляла женщина и улыбалась, не открывая глаза.

— Опергруппа на выезд. Стрельба в Марьино.

Романенко открыла глаза и резко вскочила. Сон как рукой сняло.

— Надо же и именно в мое дежурство. — С досадой произнесла она

— Стрельников на вызов. — Раздался голос по громкой связи. — Стрельников на вызов.

— Не поняла, а этот, где, что его не дозовутся? — Выходя из кабинета, произнесла удивленно Романенко.

— Стрельников на вызов. — Снова послышался голос дежурного.

— Что случилось, Андрей? — Спросила Влада.

— Стрельба в Марьино. Есть жертвы. А Стрельникова нет. Машина уже готова к выезду. Его все ждут.

— Поняла. — Кинула женщина и быстрым шагом направилась к кабинету следователей. — Открой дверь! — Забарабанила она со всей силы.

Ключ медленно повернулся, она влетела в кабинет и чуть было не сбила с ног пьяного полицейского.

— Ах, ты скотина! Нажрался на дежурстве! — Закричала она и одним ударом повалила его на пол. — Сколько я тебя покрывать буду?! Ничего! Я вернусь, и мы еще поговорим. — Грозно сказала она и направилась к выходу.

— Андрей, я поеду сама на вызов. — Крикнула Романенко дежурному и вылетела из отдела.

3

Все за столом шутили и смеялись. Арина, наряженная в красивое шелковое платье с маленькими жемчужинками, аккуратно разбросанными по всему материалу, встала на стул и громко зачитала трогательное стихотворение о своей любви к бабушке.

Лёля и Стас не могли на нее налюбоваться и нарадоваться, что Бог был настолько к ним благосклонен, что подарил им самое больше счастье, которое только могло придумать человечество. Они нежно держались за руки, но в их поведении чувствовалась какая-то натянутость. Бывает смотришь на пару, вроде, казалось бы, у них все хорошо, но при этом они будто в одетых на них масках, играют отведенные им роли в том обществе, в котором они находятся, а стоит им оказаться дома, и они становятся совершенно другими. Вполне возможно какой-то кризис отношений, а может просто обычная бытовая ссора перед выходом создавала видимость неловкости или нежелания находится вместе в том или ином месте.

Стана быстро вскочила и подбежала к фортепиано. Только она начала играть, как Ариша уже стояла рядом и, весело подхватывая мелодию, пела вместе с тетей.

— Станэк, — обратилась она к брату, — возьми гитару. Давай нашу семейную песню споем.

— А где она, мама? — Поднимаясь из-за стола, спросил Станислав.

— В моей спальне сынок, за шкафом. Там сбоку. Посмотри. — Ответила Люба и схватила телефон, чтобы начать снимать это трио.

Она всегда гордилась детьми и внучкой. Ведь они были для нее смыслом жизни. Будучи уверенной, что создала крепкую и сплоченную семью, как залог успешного будущего, Люба позволила себе быть более расслабленной и перестать гнаться за хорошим заработком. Чаще была дома, меньше работала и иногда баловала себя маленькими радостями. Для нее самое важное было благополучие детей, и она этого никогда не скрывала, говорила об этом везде и всем, не думая о том, что ее открытость может сыграть с ней дурную шутку.

Женщина смотрела на своих любимых через камеру телефона и весело смеялась. Стоило только гитаре оказаться в руках у Станислава, как она моментально начинала звучать совершенно по-другому.

«Вот о чем многие мечтают. Дом — полная чаша. Счастливые дети и близкие, надежные друзья. У меня все это есть», с гордостью подумала Любовь и вытерла скатившуюся слезу.

— Жаль, что Лёля нам не подпевает. — Пробормотала Стана, вставая из-за фортепиано. — Я обожаю ее голос.

— Я сегодня не в форме, дорогая моя. Как-то нет желания, чтобы петь. — Спокойно ответила Елена и откинулась на спинку дивана.

— Стана, ты совсем закопалась в своей работе. Когда познакомишь нас со своим парнем. — Подшутила над девушкой Лариса.

— Ой, теть Ларис, был бы этот парень. Откуда ж мне его взять? — Расстроенно сказала она и сразу же загрустила.

— Я никогда не поверю, что у такой красавицы, как ты, нет толпы поклонников. — Ответила Светлана, улыбаясь

Свету считали членом семьи дома у Любови, потому что дети знали ее с детства и очень любили и уважали ее. Когда Люба много работала, то соседка всегда приходила и приглядывала за беспокойными подростками. Женщины считали друг друга сестрами и вечерами сидели за чашкой горячего кофе и обсуждали как прошел день.

— Какие толпы, теть Свет, на меня вообще никто внимания не обращает. У меня каждый день, как день сурка. Выезжаем, пишем репортаж, редактируем, верстаем, выпускаем. Вечно в каком-то поиске. Бывает полночи сижу на работе, а потом уже пешком по лестнице в темноте спускаюсь в редакции, потому что лифты уже все отключили.

— Да, девочки, представляете, мне приходится ходить за продуктами, готовить ей, чтобы потом через несколько дней прийти и половину холодильника выкинуть, потому что все испортилось, а Стана ничего не ела. — Расстроенно пожаловалась Люба. — Я бы так хотела, чтобы она кого-то встретила.

— Мама, мой принц в пути. — Успокоила дочь мать.

— Главное, чтоб он не потерялся по дороге. А то вон, у Инки, принц тоже в пути. То ли заблудился. То ли сдох. — Засмеялась Лариса, указывая на свою подружку.