Дина Шинигамова – Двери в полночь (страница 36)
— Найдем замену, — уронил Оскар из темноты над ними, и оба притихли, остыли. — С вопросом комплектации понятно. Нам необходимо разобрать ситуацию. Чтобы было дальше?
— Она побежала за ним, — вдруг вступила в разговор Крапива, несмотря на то, что Оскар ее еще не вызывал. Она смотрела в одну точку, и огненно-рыжие волосы казались выражением ее мыслей. Ее никто не прервал, и она продолжила, — Зена перекинулась и побежала за ним, постоянно его окликая и веля остановиться. Он отвечал, что все нормально, он справится. Но тут туман сформировался... в нескольких Представителей.
Удивленно дрогнули брови Оскара, ахнула Вел, прикрыл глаза Черт. Я, опять ничего не понимая, посмотрела на капитана, но Оскар перехватил мой взгляд и объяснил:
— Представители не собираются группами. Это для них несвойственно, и еще ни одного такого случая я не встречал, — стало понятно, что если уж Оскар не встречал, то такого и быть просто не может, — минимальное расстояние между ними — около 5 метров.
Я кивнула и, как и все, вновь повернулась к Крапиве.
— Один коснулся Джо, но Зена с разбегу выбила его из лап Представителя. И увязла сама.
Крапива замолчала, опустив голову и завесив лицо волосами. Вел поморщилась, и шепотом пояснила:
— Они были подругами, и Краппи очень переживает. На грани истерики вообще. А я это все чувствую.
— Что ты делала в это время и что пыталась сделать? — уточнил Оскар, не обращая внимания на разбитое состояние группового врача.
— Я быстро осмотрела Джо, как только он оказался свободен, видимых повреждений не было, — продолжала она, не поднимая глаз, — и я... Я...
— Продолжай, — надавил Оскар.
— Я попыталась связаться с остальными, но когда они подошли было уже поздно... — Крапива чуть слышно всхлипнула. — А пока... Я... я не имела права вмешиваться...
— Правильно, — вздохнул Оскар, прикрыв рукой глаза, — все правильно. Дальше.
— Когда мы подошли, — вступил в разговор Михалыч, переложив руки на груди, от чего, казалось, вокруг колыхнул воздух, — ее уже не было.
— Джо?
— Ее утащило в туман быстрее, чем я успел оглянуться, — хмуро ответил пес, — у меня был небольшой порез на предплечье, я обработал его и сразу повернулся, чтобы помочь, но... ее уже не было.
— Подведем итоги, — Оскар оперся о стол и посмотрел в окно, где чернота становилась чуть светлее. — Второй по силе оборотень в группе погибает от нескольких Представителей, появившихся разом в одном месте из-за того, что последний по силе ослушался приказа и полез туда, где его возможностей явно не хватало.
Джо молчал, только ноздри раздувались от сдерживаемого гнева.
— Хорошо. Черт — останься для инструктажа, Черна — уже сказано, остальные свободны. Сбор через полчаса.
С нестройным шумом отодвинулись стулья. Не глядя друг на друга вышли из кабинета. Я оглянулась: усталый Оскар оперся о стену, и даже глаза его будто потускнели. Черт, отвернувшись ото всех, молча смотрит в окно.
— Мо-ло-дец! Нет, ну правда, я не понимаю, тебе что, так нравится мой кабинет? Так ты бы так прямо и заходила, не надо искать повода! Ну правда, Чирик, в следующий раз ты разнесешь мне весь НИИД, чтобы на кофе напроситься?
Шеф сидел за столом, откинувшись в кресле, курил трубку и откровенно издевался. Я стола на пороге, ожидая, когда его поток измывательств закончится, и смотрела на свои сапоги. Опять я на работе сутками, обувь на мне просто истлеет. Были промокшие кеды за шестьсот рублей, стали промокшие сапоги за шесть тысяч. А я все так же стою в кабинете начальства и жду, когда меня отчитают.
— Что ты молчишь? — весело спросил меня начальник, будто он мне тут анекдоты рассказывал, а я почему-то не смеялась.
— А что мне говорить? — вскинулась я, — Вы все равно скорее всего уже все знаете! И я никому тут не докажу, что это пес начал меня задирать первым!
Шеф задумчиво выпустил дым через нос, став дико похож на дракона.
— Ну, положим, я и правда все знаю. И про то, что он просто искал на ком бы сорваться, и нашел самого слабого, и про то, что пьян был... И вообще. Ладно, — он хлопнул рукой по столу, как бы заканчивая разговор, — иди, скажи, что я устроил тебе жесткую выволочку. И держи глаза на макушке!
— Где?! — ахнула я.
— Ну ты меня поняла, — Шеф уже склонился над бумагами.
— А черт вас знает, какие вы тут трансформации придумаете, — пробубнила я под нос и вышла в коридор.
А на выходе меня уже ждал Черт.
Я открыла было рот, чтобы извиниться за драку с Джо, но он только махнул рукой и сразу заговорил:
— Мы начинаем в совершенно авральном режиме, так что технику поведения буду тебе рассказывать сейчас, пока время есть. И лично я не отказался бы от чашки кофе.
Я кивнула, и мы уже привычной дорогой завернули к автомату. Хоть меня и передернуло при воспоминании об инциденте с Джо, по коридору распространялся такой дивный аромат кофе и сливок, что устоять было просто невозможно.
Черт привычно ткнул в кнопку и привалился к стене — у меня вообще создалось впечатление, что он едва на ногах стоит.
— А разве вам сейчас не полагается отдых? — я рискнула начать разговор.
Черт выдернул себя из задумчивости и пару мгновений непонимающе хмурился на меня, пытаясь понять, кто я такая. Потом помотал головой, ополовинил одним глотком чашку кофе и кивнул:
— Полагается. Но Оскар тут у нас не даром главный. Он еще и психолог. Отпусти он сейчас группу по домам отдыхать — начнутся сопли и переживания. Ты Крапиву видела, она вообще едва на ногах держится. Они подруги... были. Ей досталось больше всех — она же не имела права вмешиваться.
— А почему, кстати? — я задумалась над выбором между «шоколадом» и «кофе».
— Тебе Оскар уже наверное объяснял, что обычное оружие, как то пистолеты, гранатометы и танки Представителей не берут? Думаю, понятно, что стрелять в туман, даже живой и плотный, несколько бесполезно?.. Вот и отлично. А теперь представь, что может сделать обычный человек. Да, не забывай, Крапива хоть и врач — но человек. Справиться чисто физически могут оборотни, вампиры, да еще там парочка видов...
Я вопросительно приподняла брови, но капитан снова махнул рукой:
— Они в рейдах практически не участвуют, так что тебе знать пока что не обязательно. Хотя теперь, с повышенной активностью, демон знает, что там будет с группами... — Он сонно поводил пластиковой ложечкой в чашке. — Знаешь, Черна...
Он замолчал. Я уже была готова окликнуть его, ожидая продолжения инструктажа, но капитан сам продолжил — глухо, медленно:
— Знаешь, мне кажется, что теперь уже ничего не будет как раньше. Наша работа была странной, интересной, временами опасной — раны от Представителей для нас губительны, — но никогда не была
Он смотрел в сторону, на разбитое моим крылом стекло, которое еще не успели заменить. А я смотрела на него, и думала, как странно слышать от совсем молодого мужчины, что он тут «больше сотни лет». Как странно, что мы сейчас стоим тут и пьем кофе, и гнет чуждой смерти давит на меня невыносимой тяжестью непонимания их скорби, а еще несколько месяцев назад Шеф и Оскар шутливо спорили тут же, сколько кофе мне можно. Как странно, что нелюдь, которого я вижу второй раз в жизни вдруг разоткровенничался со мной, будто мы давние друзья. Неужели старый интриган Шеф был прав?! Черту нужна замена, пусть он и сам еще этого не понимает, и вот я тут как тут — со мной надо проводить инструктаж, надо учить жить и смотреть, чтобы я не влипла в историю. О, Шеферель, знать бы только, что ты задумал...
— Ладно, дальше. — Черт хлопнул по автомату, требуя добавки. — Крапива, как ты уже понял, врач. Соваться она не имеет права, потому что все равно толку от нее мало, а помощь как от человека бывает неоценима. Запомни сразу: если она говорит, что это надо обработать, даже если там крохотная царапина — сиди и не дергайся! Ей лучше знать, а просто так отвлекать оперативника она не будет. Это понятно?
Я поспешно закивала — тон у Черта был хоть и усталый, но суровый.
— Вот и хорошо. А то знаю я эту вашу браваду молодежную — а потом в больницу, заражение...
— Заражение? От чего? — не поняла я.
— Видишь ли, я в химии не силен, — Черт почесал в затылке, — Это лучше, к Оскару, он у нас гуру по всем вопросам. В общем, туман сам по себе безвреден. Но когда он формируется, то обретает некоторые свойства... А, демон его знает! Короче, он выделяет яд — считай так для простоты! Разлагает кожу на ура, небольшой порез может обернуться настоящей раной. И что хуже всего — тормозит регенерацию. Поняла? Слушаться будешь?
— Буду! — я спешно проглотила остатки шоколада и, с молчаливого согласия Черта, закурила.
— Так, что еще... Фиксированный пар у нас нет, работаем все вместе на одном отрезке с некоторым разбросом. Недалеко от слабого обычно есть сильный, так что смирись: тебе ближайшее время — если ты у нас конечно не вундеркинд как Жанна — предстоит патрулировать с Михалычем. Если возникает ситуация, типа... Зови меня. Связь через Вел -работа эмпата как раз в том, чтобы чувствовать активность тумана, предупреждать о ней, и поддерживать связь между нами.