Дина Серпентинская – Лезвием по уязвимости (страница 17)

Время перевалило далеко за полночь, их кухня светилась тусклым огоньком в кромешной темноте. Дегустация корейских алкогольных напитков давно переросла в пьянку, и окосевшая Алла взяла на себя смелость признаться подруге кое в чем:

– Я слушала ее, и, знаешь, к ощущению грязи, всего того дерьма примешивалось какое-то странное любопытство: мне было мерзко ее слушать, и в то же время я не хотела, чтобы она останавливалась, я ловила каждое слово и даже спустя время смогу все с точностью пересказать… Наверное, каждого хоть немного, но влечет темное, запретное. Мне было любопытно, как становятся такими? Как с этим живут? И что с ними становится потом, когда они стареют и уже не привлекают клиентов смазливой мордашкой?

– И ты нашла ответ?

– На первый вопрос – да. Они соблазняются деньгами, к этому толкает их нужда, но не всегда крайняя. Деньги действительно неплохие, и когда мы с ней говорили, в какой-то момент я… Испугалась своих мыслей. В этом бесконечном потоке грязи промелькнула секунда, когда меня осенило, что деньги легкие, быстрые, за них не надо вкалывать от зари до зари, и если отбросить мораль, то как вариант вполне… Но нет, я быстро прогнала эту мысль! Без вариантов!

– Пьяная дурочка, сама не знаешь, что несешь… Удали ее номер телефона, – настойчиво сказала Яна.

– Уже удалила. Мне он ни к чему. С завтрашнего дня начинаю поиски работы. И вот увидишь, я найду.

– Все будет, стоит только захотеть, – подняла бокал подруга.

***

Алла поставила цель найти приличную работу и начала поиски с объявлений на «Фарпост Владивосток». В разделе «Работа» ее ждала масса предложений, начиная от своей родной вакансии экономиста и заканчивая нейтральными – администратором отеля, ресторана, менеджером по туризму, продавцом-консультантом в магазин, где специальное образование не требовалось, но, как и везде, приветствовался опыт. В стремлении попробовать себя на новом поприще Алла принялась штурмовать турфирмы сайта, рассылать резюме с фото, как требовалось в объявлениях. Она верила на слово прописанным цифрам: оклад от пятнадцати до тридцати тысяч рублей плюс тридцать процентов от продаж путевок – как ей казалось, сумма выходила неплохая.

«Или выслуживалась в банке за двадцать пять тысяч. И было бы за что… Столько грязи вылили, что отбили всякое желание работать. Туда я больше ни ногой!» – решила Алла.

Работа в туризме казалась ей жутко интересной, а заработок воодушевлял. Алла смотрела в этом направлении, но не упускала из виду другие «денежные» вакансии. К ее удивлению, продавец-консультант зарабатывал больше, чем администратор в отеле. Если зарплата продавца составляла от двадцати пяти до сорока тысяч рублей за счет процента от продаж, то для администратора двадцать пять тысяч – потолок, и даже самый крутой отель, построенный южнокорейцами Hyundai, не мог предложить больше. Хотя от претендентов на эту должность требовались знание английского языка, внешность и опыт…

Дорогая жизнь диктовала свои условия, и объявления с зарплатой ниже тридцати тысяч в месяц Алла даже не рассматривала: теперь она должна снимать жилье, а найти во Владивостоке однокомнатную квартиру (не «гостинку») за восемнадцать тысяч было большой удачей. И, само собой, не в центре, а на окраине. Помимо турфирм она отправила резюме в магазины, которые предлагали зарплату не ниже обозначенной, откликнулась на вакансию хостес в ресторан Korea House и администратора в салон красоты. Дальше оставалось ждать, когда с ней свяжутся.

А тем временем во Владивостоке, наконец-то, установилась жара. Солнце слепило, давая понять, что лето в разгаре. Пляжи влекли, манили, звали. Алле сложно было пересилить себя, но она поставила цель найти работу в кратчайшие сроки: почти два месяца как безработная, а дыра в кармане все шире и шире с каждым днем. Совесть не позволяла тянуть деньги с родителей, стеснять Янку. Алла ждала, что на нее обрушится шквал звонков, но, к разочарованию, откликнулись лишь две турфирмы и три магазина… И тем не менее она с радостью согласилась на собеседование, чтобы прояснить детали и решить, какое место ей подходит больше всех.

Первым на собеседование пригласил магазин нижнего белья, расположенный в торговом центре Clever House. Администратор опаздывал. С Аллой заговорила шустрая девчонка-продавец, настолько простая, что в первую же минуту выдала: «А мне еще нет восемнадцати, я их обманула! Я окончила десятый класс, подрабатываю на каникулах, чтобы в следующем году поехать учиться в Кейптаун, в ЮАР. Только ты им не говори!» И Алла задумалась, нужно ли ей, серьезной девушке с высшим образованием, это место, раз сюда несложно попасть любой школьнице.

А выслушав администратора, окончательно убедилась в том, что ловить здесь нечего: испытательный срок – от месяца до трех, зарплата на этом этапе – двадцать тысяч рублей, после – до тридцати, график – три через два (три дня работает, два отдыхает) с девяти утра до девяти вечера. Сама не зная зачем, она все же заполнила анкету на должность продавца; с ней, как и с каждой, «пообещали» связаться. Вакансия преподносилась под таким соусом, чтобы у всех сложилось впечатление, что торговать бельем в этом павильоне очень престижно; кандидатам старались внушить, что к отбору подойдут со всей серьезностью и из всех выберут лучшую. Возможно, повезет, и ей станет именно она.

Аналогичные условия предложили в парикмахерском магазине в районе Третьей Рабочей. Тот же испытательный срок, та же зарплата в разбросе от двадцати до двадцати девяти тысяч в месяц; из преимуществ – график два через два и огромная заинтересованность со стороны работодателя. Здесь не разыгрывали из себя невесть кого, а положа руку на сердце, сказали как есть: мол, в зал срочно требуется консультант, если согласитесь – устроим вас с завтрашнего дня, а вакансию закроем, но прежде обдумайте все сами. Приятная девушка-администратор не давала пустых обещаний из серии «ваш заработок будет зависеть только от вас», когда ясно, что выше потолка не прыгнуть и на ту баснословную сумму, с которой вышел бы кругленький процент в зарплату, не продать. Она также поинтересовалась, как обстоят дела с жильем, и когда услышала, что Алле предстоит снимать квартиру, развела руками.

– Буду искать однокомнатную квартиру тысяч за восемнадцать, не дороже. А для этого нужна зарплата не меньше тридцати, и чтобы сразу, без испытательных, – обозначила условия Алла.

– Квартиру? За восемнадцать? Вам придется хорошенько поискать! Одна из наших девочек снимает с парнем однушку за двадцать, но им повезло, нашли через знакомых, хоть агентствам не пришлось платить. И им легче: они вдвоем, а вы одна… Тогда вам лучше поискать что-то еще.

– Я тоже так считаю.

– Максимум, что могу сделать, – это поставить вам месяц испытательного срока, но за этот месяц вам нужно настолько хорошо изучить ассортимент, чтобы вы смогли проконсультировать любого покупателя. Помогли выбрать профессиональный фен парикмахеру или разрулить ситуацию на случай, если очередная «блондинка» перемудрит с выбором краски для волос, а потом заявится с претензиями к нам. Это специализированный магазин, где мало стоять на кассе и пробивать товар – здесь нужно работать с покупателем, подсказывать, помогать. И быть внимательной на случай краж: вся недостача возмещается с зарплаты продавца, но вычитается закупочная стоимость товара, без наценки. Тем не менее вся косметика для волос у нас дорогая, профессиональная, так что в зале нужен глаз да глаз. И еще один момент: у нас нет официального трудоустройства, мы не делаем запись в трудовой книжке, а принимаем по договору на один месяц и каждый следующий месяц заключаем новый договор. Если для вас это так важно…

– Как же без записи в трудовой? Конечно, хотелось бы официальное трудоустройство. Когда пойду в декрет, будут хоть какие-то, но выплаты. А так… даже и не знаю.

– Я все понимаю, но не я так решила, сама работаю на этих же условиях. Хозяин – барин, а частнику не нужны лишние налоги, его интересует прибыль, а не наш декрет, сами понимаете…

– Тогда уж извините, поищу что-то другое.

– Удачи вам.

И Алла выскочила из магазина. Она спешила по третьему адресу: может, хоть там ей улыбнется удача?

И точно, в обувном магазине на Светланской ей предложили лучшие условия: испытательный срок, без которого никак, от месяца до трех с зарплатой двадцать две тысячи (Аллу заверили, что все это формальности, а по факту ей и месяца на обучение хватит за глаза); после – тридцать пять тысяч и до сорока в период активных продаж сезонной обуви: босоножек в начале лета и зимних сапог в конце осени – в начале зимы. Модная обувь известной марки была не каждому по карману, раньше Алла и сама любовалась туфельками с витрины, а сейчас представилась возможность поработать здесь.

Торговля, конечно, не то, чего хотелось Алле, но ее прельщала перспектива приличного заработка. Что же касается туризма, ее мучили сомнения, хорошо ли платят там?

Она пришла к выводу, что в объявлениях указана «минимальная» зарплата, с пометкой «от», а по факту это – потолок, выше которого не прыгнуть. В том же объявлении бельевого магазина прописали сумму от тридцати тысяч рублей, а на месте сказали, что тридцатка будет, но не сразу, а после испытательного срока. И это «от» создает иллюзию заработка свыше указанного, когда уместнее писать «до». Реальную зарплату можно узнать лишь на собеседовании, и то не факт: нередко обещают одно, а выплачивают другое.