Дина Сдобберг – Трудное счастье короля Артанаэша Первого (страница 25)

– Я требую объяснений! На каком основании почти все аристократы лишены возможности посещать королевский дворец!? – очень громко, в расчете, что его услышат и поймут, кто тут настоящий хозяин положения, начал лорд Дастел, едва завидев спешащего Гаэр-аша, решившего немного остудить голову на свежем и морозном воздухе.

– Вы, простите, что? – не так громко, но куда более весомо спросил Гаэр-аш, резко обернувшись к потерявшему половину своей уверенности лорду.

– Я хотел бы узнать... – попытка перефразировать уже прозвучавший вопрос провалилась.

– Да? А мне послышалось, что вы что-то требовали? – регент был совсем не в настроении тратить свое время и терпение на одного из тех, кого новая защита дворца не пропускала.

– Я, скорее всего, не так выразился, но и вы должны понять возмущение аристократов и глав родов... – начал лорд Дастел.

– Резкой недоступностью королевской кормушки? – навязчивое желание родственника Норта влезать во все дела и увеличивать свою мнимую значимость сейчас были очень некстати.

Гаэр-аш понимал, почему благодаря особенностям новой защиты, созданной Неемией и Риаллин, большинство лордов не могут пройти во дворец. Вот только и сообщить об этом во все услышанье он не мог, и это он тоже понимал. Потому что, во-первых, он разом выдавал обеих девчонок-артефакторов с головой.

Если станет известно об истинных свойствах их совместной работы, то даже о видимости свободы им обеим придется забыть! И дело даже не в жадных до власти и могущества лордах. Гаэр-аш ни секунды не сомневался, что в игру за право нацепить ошейник на хорошенькие шейки талантливых и сильных артефакторов, вступят, куда более серьезные силы.

Даже в лояльности императора он не был уверен. Более того, Гаэр-аш все больше подозревал, что император, он же лорд Нарг, совсем не прочь прибрать к рукам дочь-бастарда! Вот только предсказать реакцию девушки, уверенной, что в несчастной судьбе матери виноват тот, кто по иронии судьбы стал ее отцом, было сложно. Но явно она не обрадуется такому знакомству!

Как поведет себя она сама, а ее сила? Не получится ли, что когда неизвестный негодяй обретет лицо и имя, то в душе девушки проснется ненависть и желание мстить? А это не привыкшая лицемерить с пеленок аристократка, не смотря на все привитые бабушкой староимперские манеры. Лакомой для многих возможностью получить титул, Неемию не прельстить и не заставить изменить себе.

Чего не скажешь о большинстве представителей аристократии родного королевства. И сейчас перед регентом стоял яркий представитель так называемого «благородного сословия». Заявленного благородства там был такой мизер, что и величины такой не придумали. А вот гонора, гордыни и алчности с избытком. И вот таким дать в руки знания о способностях девушек? Вот уж в чем-чем, а в слабоумии Гаэр-аша даже ненавидящие его лорды обвинить не могли.

А вот, во-вторых, обнародовав по какому принципу, защита не пропускает аристократов во дворец, он разом объявлял большую часть этих самых аристократов предателями. И вот тут возникал уже другой вопрос. Объявив их предателями, он не мог оставить их в живых. Казнив, он бы развязал гражданскую войну в королевстве, чего пытался всеми силами не допустить.

– Небольшая ошибка моих воспитанниц. Пытались усилить защиту дворца, сделать магические двери. Не вышло. – Списать все на банальную ошибку было наилучшим выходом.

– А почему вы вообще позволили им лезть в защиту дворца? Две... Две малолетние... – закипал лорд Дастел.

– Прежде, чем вы произнесете свою фразу до конца, не мешало бы вспомнить, что одна из них – невеста вашего племянника и будущая королева. – Перебил его Гаэр-аш.

– Я еще вспомнил, что она, считаясь одной из лучших, участвовала в Мертвых Играх! И это лучшая? Чему и как вы обучаете в своем Некросе тогда? – возмущался лорд Дастел, получивший логичное и простое объяснение непонятного явления.

– У меня нет времени пересказывать для вас учебный план и знакомить с методами обучения в Некросе.– Холодно ответил ему Гаэр-аш, жестом обрывая надоевшую беседу.

Вернулся в собственный дом он далеко за полночь и к своему удивлению обнаружил, что его гостья спать не собирается. В мягком свете камина и что-то бурча себе под нос, она рассматривала выглаженные им обрывки карты. То один, то другой отправлялись обратно на пол. Некоторые укладывались внутри рамы. Или менялись местами с теми кусочками, что были уложены раньше. Неемия стояла на коленях на сложенном в несколько раз пледе с одного из глубоких кресел, волосы были собраны в высокий пучок, видимо, чтобы не мешали и не падали на лицо, когда девушка наклонялась.

Ректор тихо окликнул Мию, не желая пугать сосредоточенную на своем занятии девушку. Но она этого даже не заметила.

– Мия, ты так и сидишь над этими обрывками с моего ухода? – подошедший Гаэр-аш тронул девушку за плечо.

– А? – встрепенулись Неемия. – Вы уже вернулись?

– Понятно. А ну-ка быстро спать! – прервал занятие Неемии ректор.

– Я совсем не хочу... – начала протестовать она.

– Неемия! Спать, я сказал. У тебя еще два дня впереди! – настоял на своем ректор.

Не надеясь на добровольное прекращение процесса восстановления карты, он лично проводил девушку до отведенной ей комнаты, пожелал доброй ночи и дождался, когда за ней закроется дверь. И только после этого отправился дальше по коридору, где последней дверью, была дверь в его собственную спальню.

Звуки засыпающего города сюда не доносились, но мечущиеся в голове мысли не давали уснуть. Знакомая до последней завитушки резьба на потолке комнаты, еле различимая в проникающем в окно лунном свете, складывалась в непонятные узоры, мешая сосредоточиться. А накопившаяся усталость, заставляла перепрыгивать с одной мысли на другую, не позволяя довести рассуждения до логического конца и отбросить, как уже решенное, в сторону.

Не могла уснуть и Неемия. Но совсем по другой причине. Ее тянуло вниз, вот она же точно знала, куда нужно пристроить пару последних из рассматриваемых кусочков, и примерно представляла, где должны находиться еще несколько. Ей и надо-то всего несколько минут, не больше получаса!

Вытащив из своего мешка артефактную свечу, свет которой был виден только тому, кто ее зажег, и тщательно вспомнив свой путь по лестнице, Неемия вышла из комнаты. Легкой кошачьей походкой, несколько раз замирая, она миновала коридор и глубоко вздохнула перед лестницей. Вспомнив, что под ее ногой скрипнула одиннадцатая, седьмая и вторая ступеньки из двадцати семи, если считать снизу, она начала спускаться, отсчитывая ступени в обратном порядке. Не зря же она так старательно обиженно топала на лестнице! Разжечь еще толком не потухший камин, оказалось делом нескольких минут, а разложенные по полу кусочки картины уже манили к себе.

Промаявшись три четверти часа и смирившись с тем, что уснуть не удастся, Гаэр-аш оделся и решил спуститься вниз. Горящее в камине пламя всегда успокаивало его. Танец огненных языков прогонял даже самые тяжелые мысли и воспоминания. Вот и сейчас он решил воспользоваться проверенным рецептом. Подойдя к секретеру, он достал одну из хранившихся там бутылок, и отправился в гостиную. Благо в шкафу возле камина всегда стояли чистые бокалы.

Уже спускаясь по лестнице он увидел отблески огня на отполированном паркете на пороге комнаты. И даже не удивился, обнаружив Мию на прежнем месте и за прежним занятием.

– Говоря спать, я имел в виду, что спать будешь ты! – громко сказал он с порога, заставив Неемию чуть ли не подскочить от испуга.

– Ну, я чуть-чуть! Правда, тут вот несколько кусочков, а завтра придется заново вспоминать! – и такой просящий взгляд, что Гаэр-аш чуть не рассмеялся, глядя на эту картину.

– Если только несколько кусочков. – Согласился Гаэр-аш.

Но вскоре не только Мия ушла с головой в восстановление карты, но и ректор увлекся настолько, что даже не заметил, что стакан с вином, который он наливал для себя, перекочевал на другую сторону тяжелой рамы к Неемии. Спустя еще два часа, и незаметно распитой до конца бутылки вина, очертания улиц на обрывках совсем слились с символами деревьев и небольших речушек. А потому два реставратора, чтобы не переделывать завтра, решили на сегодня прекратить работу по сбору самодельного пазла.

– Ты сегодня хоть поела? – спохватился ректор.

– Вроде... Вроде да. – Неуверенно ответила Неемия. – Это ведь не просто карта, да?

– Да, Мия. – Гаэр-аш решил не скрывать то, что скоро станет известно и так. – Помнишь, когда вы устанавливали ваш артефакт, он вытянул силу из той броши, что относилась к королевским регалиям. Но на самом деле, та брошь была всего лишь хранилищем, в котором был спрятан камень, служивший тюрьмой для души моей матери. И у меня есть основания полагать, что на этой карте, которую так любил безумец, изображено его убежище, где я надеюсь найти ее тело. Завтра сюда прибудет мой дед, лорд Веридан. Это лучший целитель во всем королевстве.

– Надеетесь... Что ее можно... Можно будет вернуть? – тихим шепотом, словно боясь спугнуть удачу, спросила Мия. В ответ Гаэр-аш только кивнул. – Лорд Гаэр-аш... Я обязательно соберу эту карту, как можно скорее!

– Спасибо. – Просто ответил ректор, неотрывно глядя на пламя камина.