Дина Сдобберг – Шаманка Сумеречных Сов (страница 37)

— Может, расскажешь мне, почему решила уйти? — начал я с самого простого на мой взгляд вопроса.

— А что непонятного? — тут же разозлилась Саяна.

— Ну, мне ничего не понятно. Неожиданно на голову сваливаются Хранители с девицей, объявившей себя моей Истинной. И Мириох, вытащенный Хранителями из этих самых, кстати, болот, её слова подтверждает. Но мне приходится тратить все силы на то, чтобы сдержать ярость своего Зверя, которого каждое слово леди буквально доводит до бешенства. Странная реакция на появление пары. Мои люди эту леди готовы спустить с лестницы, хотя должны были единодушно встать на её защиту от всего. Так действует песня Мириоха. И именно это я видел в замке Чёрных. Я сам должен был почувствовать интерес, желание, влечение, — рассказывал я.

— Можно избавить меня от подробностей! — перебила меня Саяна, и мне послышалась в её голосе ревность.

— А я почувствовал злость и раздражение. Эта женщина мне была совершенно не нужна. — Продолжил я, пряча улыбку. — И вот, объяснив наутро гостям, надо заметить, что ночь я провёл в коридоре на полу и под дверью комнаты собственной жены, что им здесь вообще не рады, я обнаружил, что меня бросила собственная жена!

— У тебя появились сомнения, нужна ли тебе жена, потому что тебе вдруг понадобилось время для принятия решения! — обвинила меня Саяна. — И как ты при всех заявил, я не должна лезть в дела драконов!

— При всех я заявил, что Нильс мой сын, что у него сильный проявленный Зверь и вопроса о его судьбе давно уже не стоит. А вот моей жене рисковать и лезть в скандалы на эту тему ни к чему. Сомнений в том, что мне нужна моя жена у меня не было. В тот день, я хотел поговорить с тобой о пересмотре соглашения между нами о нашем браке. — Я подошёл ближе и начал осторожно поливать горячей водой на шею и грудь жены. — Ещё в поселении я окончательно понял, что взаимное уважение, верность и спокойствие в браке меня совершенно не устраивают. Мне этого мало, Саяна. Я хочу забрать твое сердце, моя драгоценность. Я хочу, чтобы стала моей половинкой, крыльями моего Зверя, даром полёта и жаром огня.

Пальцы осторожно скользили по нежной коже, смывая грязные разводы, оставленные неожиданным подарком болот. Шея, плечи, грудь… Тишина накалялась от нашего дыхания и напряжения взглядов. Её губы манили прижаться к себе, почувствовать, что это не сон и жена рядом…

— Если ты планируешь, что вот сейчас поцелуешь, обнимешь и… и вот дальше всё, и я тут же растаю, то очень зря! — предупредила Саяна, прищурившись и упрямо сжав губы.

— Но если моя жена меня ревнует, то могу я надеяться, что вызываю у нее что-то большее, чем уважение? — улыбнулся я.

— Я тоже хотела с тобой поговорить в тот день, — шёпотом и отвернувшись в сторону произнесла она. — Но мои новости оказались не к месту.

— Ничего, что касается тебя, нас, Нильса не может быть не к месту. — Я почти с силой повернул её головку и, снова заметив слëзы, просто стал целовать её глаза. — Дракон не ошибся? У нас будет малыш?

— И родит царица в ночь,

Не то сына, не то дочь,

И не птичку, не змеюшку,

А неведому зверюшку. — Непонятно пробурчала Саяна.

Я не сдержался и, подняв её на ноги, прижался к животу. Зверь рванул вперёд. С его силой я чувствовал пламя внутри жены. Я видел две огненные звезды, серебряную и золотую.

— Саяна? — неуверенно протянул я, заглядывая в небеса её взгляда.

— Я сама не знаю. Нужно ехать к брату. Мой амулет показал и сына, и дочь. Одновременно драконов и шаманов. Но так не бывает. Наш союз не первый между драконами и совами. Без такой огласки, конечно. Но если были дети, то либо был дар, либо дракон. — Вздохнула Саяна. — Поэтому и ушла. Не хватало еще из-за споров за мужика, что сам за себя решить не может, с лестницы случайно упасть или также случайно съесть чего несвежего.

— Значит поедем. — Обнял я жену, прижимая к себе.

— Я же вся мокрая! — попыталась вырваться она.

— Нашла проблему, — засмеялся я, понимая, что обида жены растаяла. Иначе она бы мне просто ничего не сказала.

Я стянул себя штаны и залез в бадью, усаживая жену к себе на колени.

— А медальон этот ты зачем на меня нацепил? — спросила Саяна.

— Видишь ли, драгоценная, я его не цеплял. И пока не вытащил тебя из болота, был искренне уверен, что этот артефакт навсегда покинул земли Серебряных. — Улыбнулся я.

— Ничего не понимаю, — призналась она, рассматривая камень. — И тут камень другой. Похожий, но другой. Смотри сам. Он не мутно-серый, а словно жидкое серебро постоянно переливается. И искрит, как снег в лунную ночь. А тот просто по контору светился.

— Последнее, что известно о Мириохе Серебряных, это то, что мой дед отдал его своей пленнице, Цапле. Но как мы знаем, она была его женой. И, я подозреваю, что его Истинной. Девушка и Бертран погибли на болотах, где-то в этих местах. И, похоже, Мириох, почувствовав новую Истинную Серебряного дракона, дотянулся до твоей шеи прямо из топей. Что вполне совпадает с описанием особенностей этих артефактов. — Произнёс я, ведя по витому шнуру.

— А что тогда за ожерелье было в замке? — задала она мучивший и меня вопрос.

— Я не знаю, драгоценная. Но после гибели деда, Хранители чувствовали себя в замке хозяевами. Да их просто некому было остановить. Та башня, что обрушилась… Возможно, её обрушили Хранители, чтобы скрыть следы своих дел. Что они нашли? Может мастерские или лаборатории кого-то из моих предков. В конце-концов, у Серебряных сильная родовая связь с Алмазами. А знания именно Алмазов легли в основу при создании Мириохов. Похоже, что орден смог изготовить вполне верную копию и подсунуть мне, скормив ещё и пророчество. — Поделился своими мыслями я. — Хотя вот в то, что пророчество настоящее, и дорого стоило тому Хранителю, я верю.

— Почему? — тихо спросила Саяна.

— Потому что я почти задыхался от безысходности и горя за сына, я был лордом, но не имел своей воли, всё больше превращаясь в слугу орденов. А потом я обрёл истинное сокровище. И как было предсказано, на земли моего рода возвращается благоденствие и былое величие. — Усадил я жену себе на живот. — Моя жена вернула мне надежду и будущее. Благодаря тебе Нильс обрёл Зверя, а вместе с ним и свободу. Даже легендарная Чума оказалась бессильна вонзить свои гнилые зубы в род Серебряных. И чем больше света проливается на события прошлого, тем яснее я понимаю, что клеймо безумца на имени моего деда было ложью. Но главное, даже очень убедительная ложь Хранителей, в их последней попытке вернуть на мою шею удавку, не смогла заглушить голос моего собственного сердца. Я легко расстался с возвращённым Мириохом. Даже на секунду не задумался. Но я совсем не готов лишиться даже дня рядом с тобой, Саяна Серебряная.

— Кто-то говорил, что готов разделить со мной свой замок, земли, даже людей, но не готов предложить мне своё сердце. — Напомнила мне Саяна, мягко улыбаясь.

— Что ж у тебя такая память-то хорошая? — притворно тяжело вздохнул я, поглаживая её живот. — Саяна, ты примешь моё сердце?

— Рихард… — сразу стала серьёзной моя жена. — Я буду очень бережно его хранить. Я потребую у тебя свою собственную сокровищницу, и единственным сокровищем там будет твоё сердце. Другого мне не надо.

— Моё сердце… — промурчал я, притягивая её к себе и впиваясь в её губы.

Много позже, когда я решил, что нужно устроить жене нормальную постель, мы пошли осматривать дом.

— А чей это дом, и откуда ты знаешь про ключи? — уточнил я.

— Вообще-то это дом твоей сестры. Она здесь жила. Он зачарован и без амулета, что она сделала, сюда не попасть. — Улыбнулась Саяна.

— Очень интересно. Но дом, скорее всего, не её. Один из охотничьих или домиков смотрителей. По моим землям много таких осталось ещё с древних времён. А этот видимо восстановили и обжили. Чему я, кстати, очень рад. — Догадался я.

— А что это за знаки? Вроде как в учебниках у Нильса, нет? — показала она на опорные столбы стен.

— Шаманка всегда увидит всё, что связано со знанием. — Улыбнулся я. — Но это действительно какие-то знаки и обрывки слов на древнем языке драконов. Молчание или скорее безмолвие, тайна, сокрытие, запрет, границы… Что-то странное, смысла никакого.

— Особенно если учесть, что поверх этих знаков, начертаны символы призыва… Только уже на языке Птиц. — Показала мне жена.

— Нужно будет тщательно всё осмотреть при свете солнца, — решил я.

Постель мы нашли в одном из сундуков, а поужинали хлебом и холодным мясом, что взяла с собой из замка Саяна. Засыпал я, бережно прижимая к себе свою жену и ощущая себя полностью счастливым.

— Уууугух, — раздалось ночью над ухом.

— Что случилось? — сразу почувствовал я неладное.

— Гарун видел чужаков, они идут к дому. И их много… — испугалась Саяна. — А здесь даже оружия нет.

— Саяна, я дракон! — напомнил ей я, успокаивая.

Глава 39.

— Рихард, я провалами в памяти не страдаю. Только дедушка твой тоже вроде драконом был. — Напомнила я мужу.

— И за это тоже Хранителям придется ответить. — Нахмурился муж.

— Думаешь, это Хранители? — спросила я, усевшись у него за спиной и прижавшись к его спине лицом.

— Уверен. Когда я выгнал весь этот лживый сброд из Замка, я произнёс слово-ключ, запирая замок от их присутствия навсегда. И по стенам прокатилась хорошо видимая волна силы. Один из орденцев закричал, что это результат пробуждения Мириоха. — Рассказал мне подробности Рихард. — Думаю, и остальные обратили на это внимание. А зная, что в замке пылится подделка, они поняли, что пробудился настоящий. А значит, их ложь скоро станет явной. И они просто идут к месту убийства деда. Потому что знают, что и Мириох там же.