Дина Сдобберг – Дорога к твоему сердцу (страница 32)

Звонок от Баграта раздался, кажется, через вечность. Я поднялся с пола, где сидел с Миланой в бессознательном состоянии на руках, схватил эти её бумажки, и поспешил вниз. Алине они точно понадобятся. Заодно и мне объяснит, что вот это всё значит. Баграт вопросов не задавал, но время от времени поглядывал на нас в зеркало заднего вида.

К дому мы подъехали почти одновременно с ещё двумя машинами. Из одной вышли Влад с Алиной, из другой брат и Злюка. Вот твою же мать! Я бегом поднимался по лестнице, остановился на мгновение, только увидев сидящего на верхней площадке Арлана, его взгляд наполнялся испугом и обидой.

Милану я понёс в свою комнату, следом за мной поднимались Алина и Оксана. Вид обеих не обещал мне ничего хорошего, но сейчас было на это, мягко говоря, срать. — Это что за? — выругался я, когда включив локтем свет, обнаружил, что в моей комнате, в кресле сидит Эльмира. — Я ждала тебя, — испуганно переводила она взгляд на меня, Оксану и Алину, а потом замерла, поняв, кто у меня на руках. — Алина, тут документы, что с ней было в эти дни. Может, помогут понять, что делать теперь. — Осторожно уложил Милану на кровать. — А с тобой, тварь, мы сейчас поговорим. Я выдернул её из кресла, только сейчас заметив, что она наряжена в вульгарную кружевную тряпку в облипку. — Значит, говоришь, Милана кому-то позвонила и ушла, передав тебе телефон? — я почти волоком стащил её по лестнице вниз. — А сама подсыпала ей отраву, да ещё и наврала, что я собрался на тебе жениться? Ты совсем дура? Думала, я об этом не узнаю? — Не думала, что ты побежишь за бросившей тебя престарелой подстилкой! — выкрикнула она. — Я только хотела избавиться от неё в твоём доме! — Повтори, что ты сказала? — прошипел я, сдавливая её горло. — Брат, угомонись! — вырвали её из моих рук Тай и Влад. — Ты был женат на моей сестре, я с детства жила неделями в твоём доме, ты оплачивал мои покупки. Сейчас все видели, что я вышла из твоей спальни! Ты не посмеешь отказать отцу, когда он потребует свадьбы! — визжала она. — А её выгонишь! И что, что я ей подсыпала? Она чужая. Ни нашей крови, ни нашей веры. Что? Будешь мстить мне за свою девку для развлечений? Я схватил её за волосы и вытащил визжащую дрянь во двор в чëм была. — Слушай внимательно. — Швырнул я её на дорогу перед домом. — Ты больше не то, что в мой дом не войдëшь, или приедешь в этот город, ты больше за забор дома своего отца морды не высунешь, поняла. Иначе, я узнаю, и ты отправишься в бараки бойцов, как развлечение. Ты меня услышала? — Я… — всхлипывала она. — Мансур, если через пятнадцать минут, эта дрянь всё ещё будет здесь, забирайте и развлекайтесь. — Отдал я приказ стоявшему на воротах бойцу под испуганный визг девки. Прежде чем переступить порог собственного дома я вдохнул, сжав кулаки. Тайгир стоял у окна, а на нижних ступеньках лестницы рядом сидели Арлан и Влад. Сын встал, когда я вошёл в дом. — Я же сразу говорил, что случилась беда, что не могла Милана уйти сама. — Припомнил мне он. — Ты мне не поверил, слушать не стал. — Арлан, послушай… — Нет. — Перебил меня сын, сжав кулаки. — Ты мне обещал, что всегда будешь слушать! — Сын, я виноват. И перед тобой, и перед Миланой. Я тебя сейчас очень прошу. Иди в свою комнату, пожалуйста. Я приду к тебе позже, и мы поговорим. Сейчас важнее, чтобы Алина смогла помочь Милане. — Просьбы сына и его крики очень хорошо сохранились в памяти. — Она нуждалась в помощи три дня назад. — Бросил мне сын и, развернувшись, пошёл наверх, не оглядываясь и не сказав больше ни слова. В гостиной была тишина. Мы все трое молчали. Мне нечего было сказать, а брат давал мне отсрочку, чтобы самому прийти в себя. Сверху раздались быстрые шаги. Ксана спускалась по лестнице разъярённой фурией. Губы сжаты, глаза сверкают от злости. Понятно, от чего увидев её такой, Тай прикипел на всю жизнь.

Не останавливаясь, она со всего размаха ударила меня по лицу. Удар был такой силы, что, не смотря на изящное телосложение невестки, я пошатнулся. — Ну, ты и муд@к! — армейское прошлое Ксаны порой давало о себе знать. — Милане нужно наблюдение и уход, — не смотря на меня, но сдерживаясь с заметным усилием, проговорила Алина. — Я забираю её в центр. — Тайгир, помоги перенести её в машину, пожалуйста. — Попросила Ксана брата. — Нет. Она не любит больницы, у неё с ними связаны плохие воспоминания. — Остановил я брата. — С тобой, зато у неё теперь связаны, зашибись какие воспоминания. — Высказалась Ксана. — Я понимаю, я наломал дров… — Чего? — всё-таки не выдержала Алина. — Наломал дров? Ты сейчас серьёзно или издеваешься? Девочку по твоей вине накачали отравой! И это не просто медикаментозное отравление, это гормональные препараты. То есть мало того, что отравление, так ещё и весь организм, все внутренние системы получили мощнейший удар! Да ни один врач не возьмется тебе гарантированно предсказать, как, где и на чëм подобное отразится. А она ещё и была в муниципальном заведении, где ей сделали промывание и немного сняли симптоматику. А ты вместо того, чтобы хотя бы попытаться узнать что произошло, накинулся и изнасиловал. И насколько я могу судить, особым проявлением внимания и заботы этот, простите, акт не сопровождался! — И согласно собственным правилам и убеждениям, ты сейчас должен подняться к ней и сообщить, что чтобы остаться достойной женщиной и не потерять твоё уважение, она должна в петлю влезть. Так же ты мне говорил во время нашего замечательного разговора? — шипела Ксана. — Уязвлëнное самолюбие, алкоголь и ревность. — Перечислил я, понимая, что если Милана сейчас уедет из моего дома, обратно она уже никогда не вернётся. — Ксана, помнишь тот день, когда ты мне позвонила и попросила о помощи? Сейчас о помощи прошу я. Я должен всё исправить и вернуть Милану. Ксана переглянулась с Тайгиром и медленно кивнула. — Если тебе будет от этого легче, — продолжил я. — То мне ещё нужно объяснить всё, что произошло сыну. — Уух ë… Слушай, может лучше мы его тогда к себе заберём? Ну, пока Милане не станет лучше? — даже голос у Злюки потеплел. — Не думаю, что он сейчас согласится отойти от Миланы. Он сразу понял, что что-то случилось, и требовал искать Милану, а я на него накричал и велел запереть в комнате. — Рассказал я. — Сад-то, который создавали Милана и Арлан хоть цел? Или ты велел туда бульдозер загнать? — вздохнул Тайгир. — Я, наверное, просто не успел об этом подумать. Или по бабам пойти. — Ситуация была дерьмовей просто некуда. — Амиран, держи. Милане нужно принять душ, смыть с себя всё… Ну, ты понимаешь. Гель для заживления. Я приеду, чтобы её осмотреть послезавтра утром. После восстановления, нужно будет сдать на все гормоны, возможно, понадобится консультация специалиста для корректировки. — Объясняла Алина, что-то быстро расписывая на листке бумаги. — Главное, Милане сейчас нужен покой. И сон. Впрочем, сонливость для неё сейчас нормальное явление. Главное, чтобы это был именно сон, а не беспамятство. Из симптомов головная боль, сонливость, как я уже сказала, боли внизу живота, хотя тут они в любом случае будут, отдельная твоя заслуга, и тошнота. — Ну, если её будет тошнить в твоём присутствии, то не факт, что в этом виноваты таблетки. — Добавила Злюка. — Возможно, тебе нужно будет просто выйти из комнаты, и ей станет сразу лучше. — Она сейчас пришла в себя? — спросил, не обращая внимания на упрёки обеих девушек. — Да, скорее всего этот обморок был защитной реакцией. — Объяснила Алина. Я проводил их до двери, закрыл замки и пошёл в свою комнату. Свет был приглушён. Она лежала завернувшись в плед, в котором я её привёз, и сжавшись так, что занимала места, как подушка. — Милана, — позвал я её, присев рядом с кроватью так, чтобы она меня видела, но реакции никакой не было. — Я сейчас отнесу тебя в душ, нам нужно всё смыть. И Алина велела обработать. Милана, я только помогу и ничего больше, слышишь? Я стянул с неё плед и понёс в душ. И на самом деле я старался всё сделать побыстрее. От того, какой была Милана, мне хотелось волком выть. Голова опущена, глаза полуприкрыты, тело непослушное, словно деревянное. Словно её здесь и не было, было только тело. А её саму не интересовало, что здесь происходит. Даже когда я провёл мочалкой по синякам на бёдрах и на плече от моих лапищ, Милана не вздохнула и не вздохнула.

Ещё и как назло в башке ожил голос отца. — Когда человек перед тобой голый, он чувствует себя более уязвимым, беспомощным и униженным. — Учил когда-то он меня. Ну, уж этого мне точно не надо, думаю достаточно она из-за меня себя начувствовалась и уязвимой, и беспомощной.

Моя футболка ей была как платье. А мои спортивные штаны были ей сильно велики по длине, и пришлось до отказа затянуть на её талии шнурок, чтобы они хотя бы с неё не падали. Уложив Милану в кровать, я прижал её спиной к своей груди. Я не знал, как вывести её из того состояния, в котором она была. — Я не знаю, как это объяснить, и можно ли будет здесь что-то вообще объяснить. — Начал я. — И сможешь ли ты простить… Но я всё сделаю, чтобы ты это забыла, всё что захочешь. Хочешь, давай вместе уедем на море? Арлана с собой возьмём. Нам же хорошо на море было. Может, там тебе будет легче всё это пережить. — Зачем? — впервые ответила она. — Чтобы встречать каждое утро с членом в горле? — Милана, девочка, забудь! Просто, пожалуйста, всю ту херню, что я нёс. Дебил. Я за каждое слово прощение вымаливать буду, я всё для тебя сделаю… Милана! — сейчас, когда она это повторяла, меня самого передёргивало. — Мы же сможем через это перешагнуть и жить дальше? Да? — Не хочу. — Тихо произнесла она. — Что? — не хотел я верить услышанному. — Не могу отделаться от ощущения грязи на теле. Чувствую себя использованной самым мерзким образом. — Привычное сочетание слов, вдруг резануло внутри напоминанием о собственной дурости и слепоте. — Почему? Я всё в жизни делала правильно, не бунтовала, не лезла выше всех. Не хитрила, не пыталась урвать кусок пожирнее… Сначала, диагноз. Следом муж с его двойной жизнью и похождениями, теперь это. Я устала. Устала разгребать всё это. Я устала от этой жизни. Больше не хочу, просто больше не хочу жить. Я остолбенел. В её голосе не было ни грамма истерики. Так не говорят люди, желающие просто привлечь внимание к себе. Она всё решила и была уверена в своём выборе. Я виноват в этом решении.