Дина Еремина – Тьма Дэниэлы (страница 2)

– Да хватит уже, Робби, не втягивай Дэн. Давай Дэни одевайся и пойдем.

– Постарайтесь ничего не натворить! – донеслось вслед веселой троицы.

Тревес и Робби были лучшими друзьями Дэниэлы с детства. Два ярко-рыжих брата близнеца, два главных оболтуса и задиры общины эве. Эве все были коренастые и рыжие, от светло-песочного до ярко огненного. Мама Дэн была блондинкой с большими голубыми глазами и золотистой кожей, а папа ярко-рыжий, красноватый с зелеными глазами. Внешность Дэниэлы сильно отличалась от всех. Волосы ее были черные, глаза миндалевидные серые, кожа белая. «Это ты в мою прабабушку» – объясняла мама, папа утверждал, что в его двоюродного дедушку. Друзья Дэниэлы ее внешность объясняли исключительно чихом мертвеца.

Сейчас друзья сидели за столом таверны, ели горячие гренки с чесноком и ароматными приправами, пили темный кварс, густой, насыщенный – любимый напиток эве. Дэн было очень тепло на желудке и душе.

– Себастьян тоже приехал, уже месяца три здесь прохлаждается, – сообщил Робби.

Сердце Дэниэлы замерло, и она даже перестала дышать от предвкушения. «Он приехал!».

– Восстанавливает фамильный замок, – обтирая рукавом густую пену с подбородка дополнил брата Тревес.

Сердце Дэниэлы дрогнуло и заколотилось, щеки залил румянец. Она опустила глаза и попыталась прикрыть свое лицо широкой кружкой. Себастьян был первым и единственным в ее списке потенциальных мужей. Младший сын барона Пятого Дома, влюбленный в нее с детства.

На следующий день они гуляли на болотах уже вчетвером. Дэниэла тщательно готовилась к встрече. Две юбки: верхняя плотная, чуть ниже колен, нижняя шелковая украшенная кружевом, свитер с медведем подпоясала тонким черным ремешком, сверху выправила черный кружевной воротничок, подвеска в форме ключика на тонкой золотой цепочке. Волосы у Дэниэлы были необычные, похожие на застывшее черное желе, она их расчесывала, и они тугими волнами стекали по плечам. Образ завершали высокие ботинки на шнуровке.

За восемь лет, что друзья не виделись, Себастьян заметно изменился: стал выше и бледнее. Длинная, белая, как снег, челка мягко спадала на лоб. Круглые очки с синеватыми стеклами и серебряной оправой скрывали задумчивые голубые глаза. Себастьян не был красивым, правильные благородные черты портил слишком большой рот, тонкой полосой разрезавший бледное аристократичное лицо. Высокая худощавая фигура была немного нескладной. Было в его внешности что-то особенное – что-то притягивающее Дэниэлу, манящее, родное, от чего щемило в груди, как будто они были одного племени. Возможно, это была таинственность, рассеянность, непохожесть на других.

– Здравствуй, Дэниэла! – голос Себастьяна стал немного хриплым.

– Себастьян, рада тебя видеть, ты ничуть не изменился. – Дэн улыбнулась и протянула руку. Себастьян наклонился и элегантно ее поцеловал.

Все друзья испытывали неловкость, но больше всех был смущен Себастьян. Его любовь к Дэниэле за эти годы никуда не делась. Он вернулся ради неё, ждал. Как только услышал, что Дэн приехала в деревню, сердце его болезненно сжалось, он не смог заснуть, а время до предстоящей встречи тянулось невозможно медленно. Как только он увидел её женственную фигурку, серые как пыль глаза, нежную улыбку, детская влюбленность в мгновение переросла в пылкую страсть. Себастьян так волновался, тело не слушалось его, и в итоге он провалился в воду.

– Ну вот, ты весь мокрый. – засмеялась Дэниэла. – Идем к тебе, а то ты простудишься! Давай я буду идти рядом и держать тебя под руку, чтобы ты снова не упал, – улыбнулась Дэн, ловко пристроившись рядом с молодым бароном.

Двое рыжих шли следом, засунув руки в карманы и им происходящее совсем не нравилось. В детстве они все вчетвером дружили, но, когда Дэниэлы не было рядом, дружба переходила в соперничество и постоянные потасовки. Себастьян был очень слабым и болезненным ребенком, но драки начинал всегда он. Синяки и ссадины они объясняли Дэн сражением с мертвецом – она всегда этому верила.

Весь оставшийся день они провели в уютных стенах замка, сидя у теплого камина. Яркие языки пламени плясали под звуки их искреннего звонкого смеха. Друзья играли в карты и вспоминали забавные истории из детства, вспомнить было много чего, вся деревня стояла на ушах от их проказ. Когда судьба их разъединила, жители вздохнули с облегчением.

Вечером, провожая Дэн до дома, Тревес серьезно спросил: – Дэн, ты что, решила встречаться с Себастьяном?

– Так заметно? – Дэн смутилась. – Думаешь у меня есть шанс?

– Да ну есть конечно, но зачем тебе это?

– У меня осталось всего четыре месяца, чтобы выйти замуж, поверь, для меня – это вопрос жизни и смерти. Если все получится, я обрету счастье. Мне очень этого хочется.

Парень почесал затылок: – Дэн, ну если ты так хочешь, решай сама, конечно. Но Себастьян не простой человек, ты уверена, что будешь с ним счастлива?

– Конечно буду! – Дэниэла не разрешала себе и мысли сомнения. Она так решила и так будет.

На следующее утро Себастьян стоял у порога дома Дэниэлы с корзинкой, полной абрикосов.

– Ну здравствуй, Себастьян! Как ты вырос! – смахивая слезинки с глаз и расцеловывая в обе щеки младшего сына барона кудахтала мама Дэн. – Повзрослел. Не женился еще? Ах, все еще по Дэнке сохнешь, – поняла она, увидев пылкий и смущенный взгляд молодого мужчины.

– Кто сохнет по Дэнушке? – папа по-отечески обнял Себастьяна.

– Кто-кто, все те же, – вздохнула мама. – Проходи, проходи, как похудел.

Себастьян так был смущен, что, когда Дэниэла появилась в дверях гостиной, вскочил со стула, чуть не опрокинул его и почти прокричал из другого конца комнаты. – Дэниэла, я всю жизнь тебя люблю, выходи за меня замуж!

Дэн застыла в дверях, она стояла в домашнем светло-лиловом платье с рукавами-фонариками и огромных папиных вязаных носках, такая растерянная и красивая. Она так мечтала услышать эти слова, и теперь не могла поверить, что все происходит на самом деле, как-то слишком быстро и просто.

– Я согласна, – тихо, почти шёпотом произнесла она.

Себастьян подошел и медленно надел на ее безымянный палец фамильное обручальное кольцо, Дэниэла почувствовала на себе тяжесть и прохладу драгоценного камня. Длинные холодные пальцы Себастьяна коснулись пылающей щеки Дэниэлы, он наклонился ближе и поцеловал её в губы. Теперь, когда мечта исполнилась, ей вдруг стало страшно.

Свадьбу решили провести через два месяца, в день рождения нового солнца. Все последние дни Дэниэла проводила с Себастьяном в замке. Здесь она чувствовала себя как дома, счастливо и безмятежно. Себастьян все время сидел за книгами, он был ими одержим: забывал есть, мог несколько суток не спать, ища нужную информацию. Всю жизнь его интересовала только одна тема – «Конец света». Дэниэле нравилось смотреть на Себастьяна за работой, это напоминало ей о детстве, казалось они и не расставались.

После смерти родителей Себастьяна взял к себе его старший брат, и Себастьян просто уехал, не попрощался, не написал ни одного письма. До Дэн доходили слухи, что он учился в Академии Темной Магии, но его отчислили, потом жил в столице.

Они сидели на зеленом диване у камина, Себастьян обнимал Дэн, нежно касаясь губами ее волос, вдыхал их запах, нежный абрикосовый запах счастья. Дэниэла держала в руках его ледяную ладонь, водила пальчиком по проступающим синим венам.

– Ты очень холодный, знаешь, в детстве я боялась, что ты растаешь на солнце, как тает лед – она улыбнулась.

– Не переживай, со мной ничего не случиться, я бессмертный.

–Ты ненавидел меня за то, что случилось? Себастьян, почему ты не писал?

– Нет, я тебя не ненавидел, – он крепче обнял Дэниэлу. – Прости, эти годы были довольно тяжелые, а в детстве я тебя боготворил. «Ты всегда была моей Владыкой», – прошептал он ей на ухо. От этой фразы Дэниэла вздрогнула, а Себастьян застыл, словно испугался своих слов, его мускулы напряглись, и он отстранился, казалось, он боролся с чем-то внутри себя. Себастьян закрыл глаза и потер виски. Его лицо стало очень серьезным.

– Дэни, пообещай мне одно, пообещай, что никогда не дотронешься до мертвого.

– Хорошо, я обещаю тебе Себастьян, никаких мертвецов.

– Я серьезно, Дэни.

– Ты слишком многое от меня просишь, мертвые часть нашего мира, я не могу их избегать.

– Разве ты встретила в замке хоть одного?

– Да, здесь их нет, но в мире много мертвых, что служат некромантам.

– Да, и это отвратительно.

– Я согласна с тобой, но я не могу жить только в гостиной замка.

– Давай ты не будешь спорить, пойми это важно, очень важно для меня, тебе нельзя касаться мертвых.

– Я не хочу спорить с тобой Себастьян, я тебя люблю. Я обещаю, что никогда их не коснусь. Не сердись. Давай я лучше обниму тебя и согрею твое холодное сердце.

Приближался долгожданный праздник Дара. В деревне во всю шли приготовления: на улицах и полях ставили яркие палатки, вдоль улиц развешивали фонарики и красные ленты. В воздухе витал аромат пряных трав и сладких угощений. Вся деревня ожила в радостном предвкушении праздника. Но угощения и фейерверки будут завтра, сначала нужно пережить таинство, а самое интересное по мнению Дэн случится через несколько дней после. Именно для этого она хранила в чемодане черную коробочку.

Мама Дэниэлы пекла булочки с пряной начинкой. Папа, Дэн и Себастьян украшали дом цветными лентами.