Дина Эмера – Женщина. Эволюционный взгляд на то, как и почему появилась женская форма (страница 35)

Поскольку большинство обезьян (человекообразных и нет) рожают редко и по одному ребенку за раз, они оказываются особенно преданными мамами (по сравнению с другими млекопитающими и, как вы вскоре узнаете, людьми тоже). Хрди описывает душераздирающие сцены, как мамы обезьян и шимпанзе на протяжении многих дней носят на себе трупы мертвых детенышей. Взяв на себя обязательства, эти мамы заботятся о каждом ребенке, независимо от его физического состояния. Такое поведение, скорее всего, стало преимуществом приматов в прошлом: их беспрекословная преданность наверняка сохранила жизнь не одному малышу. Для шимпанзе, которые рожают одного детеныша раз в шесть лет, в эволюционном плане это очень важное достижение.

Большинству матерей среди млекопитающих приходится быть беспощадными и четко рассчитывать, вкладывать ли ресурсы в каждого ребенка, и если да, то сколько. У многих видов (например, у нутрий), организм матери самопроизвольно прерывает беременность, если помет слишком мал либо не получилось идеальное соотношение самцов и самок. Домашние мыши кормят и заботятся только о самых сильных детенышах из помета, слабые остаются ни с чем. Самки золотистых хомячков съедают самых слабых особей из большого помета, чтобы уменьшить количество детенышей до численности, с которой можно справиться, и окупить свои вложения. Самки сирийских хомячков тоже едят своих детенышей, но чтобы скорректировать соотношение самцов и самок в помете. Даже мамы-приматы, особенно те, у кого больше одного ребенка, если условия далеки от идеальных, вынуждены принимать подобные решения. Один из примеров – тамарины, которые часто рожают двойню или тройню. Это редкий вид приматов, у которых воспитание потомства лежит на разных членах группы, а не только матери. Если мать-тамарин родила несколько детей, но у нее нет семьи, к которой можно обратиться за помощью, она бросит детенышей в течение первых дней их жизни. Она интуитивно понимает, что выращивание этого помета без какой-либо поддержки обречено на провал и при этом задержит ее следующую, возможно, более удачную беременность.

Как объясняет Хрди, обязательства всех матерей-млекопитающих, включая приматов и людей, во многом зависят от обстоятельств. Мозг и тело самок млекопитающих настроены на постоянные компромиссы: продолжить развитие или остановить его для размножения; вложить в ребенка сейчас или подождать лучших условий; инвестировать в большее количество детей или в меньшее; отдать ресурсы тому или этому ребенку? Решения матери никогда не бывают автоматическими и зависят от множества условий: от того, сколько лет самке, насколько она здорова, сколько у нее еды, сколько у нее детей и ждать ли ей помощи. Любая мать пытается оценить все эти показатели разом, потому что все они повлияют на то, насколько успешной матерью она будет в долгосрочной перспективе. Гибкий подход позволил самкам млекопитающих получать максимум пользы из непредсказуемых и зачастую сложных ситуаций.

А что насчет людей, которые относятся и к млекопитающим, и к приматам? Люди уникальны, с какой стороны ни посмотри: определенный набор черт позволил нашему виду за последние сто тысяч лет стать доминирующим на планете как физически, так и технологически. Одно из ключевых различий между людьми и нашими ближайшими родственниками-приматами, шимпанзе, заключается в том, что наших детенышей отнимают от груди гораздо раньше, в два-три года в группах людей, которые не используют противозачаточные средства, по сравнению с пятью годами у шимпанзе. Человеческие дети также развиваются медленнее, чем другие приматы, достигая репродуктивной зрелости и независимости на много лет позже детей шимпанзе. Получается, что мы раньше отнимаем детей от груди, но зависят они от нас гораздо дольше. У шимпанзе наоборот – когда ребенок отлучен от груди, он начинает питаться самостоятельно. Поскольку кормление грудью – естественный контроль над рождаемостью (обычно лактация у млекопитающих сдерживает овуляцию), более раннее отлучение от груди у предков человека привело к тому, что дети рождались с гораздо более короткими интервалами. И хотя большинство женщин, как и самки приматов, рожают по одному ребенку, раннее отлучение от груди и продолжительное детство вынуждают человеческих матерей заботиться одновременно о нескольких «пометах» разного возраста. Более высокая скорость воспроизводства людей по сравнению с другими приматами является одной из немногих причин, по которым мы стали доминировать на земном шаре, но это поставило наших предков в трудное положение. Как можно заботиться о стольких детях одновременно?

Мы докажем, что важнейшие изменения в организме человека, из-за которых удалось увеличить воспроизводство, стали следствием помощи, которую оказывали другие члены семьи – включая отцов, бабушек, дедушек, братьев и сестер – в воспитании маленьких детей. Люди развили кооперативное воспитание, что является редкой чертой среди всех млекопитающих (и приматов в частности). Но расчетливые материнские стратегии у людей тоже остались (например, как у хомячков), поскольку невозможно быть уверенной на сто процентов, что у тебя будут помощники. В книге «Мать-природа» вы вместе с автором отправляетесь в увлекательное путешествие по истории человечества, наполненное фактами отказа от младенцев, детоубийства и специфических половых предпочтений – все это встречалось в огромных масштабах. Например, в Европе в эпоху Возрождения миллионы младенцев были оставлены в приютах – специальных учреждениях для сирот – где у них были чрезвычайно низкие шансы на выживание. До изобретения смесей для вскармливания младенцу, чтобы выжить, нужна была редкая и дорогостоящая услуга кормилицы. По всему миру женщины и дети, рожденные поздно, живут чрезвычайно бедно. В культурах, где один пол ценится больше другого (обычно мужской), родители часто бросают или убивают новорожденных девочек, а теперь делают аборты с помощью ультразвуковой технологии, что приводит к сильному перекосу в соотношении полов. Мне запомнилась одна история из Пакистана начала 90-х о женщине, которая родила близнецов – мальчика и девочку. Мальчика мать оставила себе и кормила грудью, а девочку отдали родственникам, которые кормили ее из бутылочки. Пять месяцев спустя трио воссоединилось. Есть фото, на котором мать кормит пухлого здорового мальчика грудью и одновременно крошечную истощенную дочь из бутылочки. Вскоре после события на фотографии дочь умерла от недоедания. Эта история тронула самые глубины моей души, ведь у меня тоже есть брат-близнец, и, родись я в другое время и в другом месте, у меня могла бы сложиться похожая судьба.

На основании подобных историй и статистики была попытка доказать, что материнский инстинкт – это только культурная составляющая, не имеющая биологической основы. Ведь если это заложено природой, как люди могут на протяжении своей многовековой истории совершать столь бессердечные поступки? Но Хрди утверждает обратное, сравнивая решения, которые принимают женщины, с теми, которые регулярно принимают самки млекопитающих. Во-первых, часто человеческие матери бросают своих детей, если у них нет ресурсов или помощи для ухода за детьми, как обезьяны-тамарины, оставшиеся без поддержки семьи. Во-вторых, и в прошлом, и сейчас женщины живут в группах, где могут быть более влиятельные члены семьи, чем мать, которые могут продвигать свои установки, как муж или семья той пакистанской женщины, которые решили, что сын ценнее, чем дочь. У многих видов приматов (к счастью, не у нас) самцы охотно практикуют детоубийство – они убивают тех детенышей, которые кормятся грудью и которые, скорее всего, не от них – так самец получает возможность быстрее вернуть самке фертильность и оплодотворить ее, чтобы оставить собственное потомство. Поскольку самцы этих видов намного крупнее, сильнее и лучше вооружены, чем самки, самкам остается только покорно молчать (но этот вопрос еще изучается).

Еще один важный момент, который подчеркивает Хрди, заключается в том, что люди похожи на упомянутых ранее матерей-приматов, у которых меняется уровень гормонов и мозговая активность, когда дети начинают сосать грудь. После таких трансформаций они гораздо менее склонны отказываться от своих детей. Пролактин – это древний гормон, который вырабатывается у родителей многих видов (и мужчин, и женщин), которые участвуют в воспитательном процессе, в том числе у морских коньков, птиц и млекопитающих. У млекопитающих пролактин выполняет множество функций, но одна из самых важных – запуск лактации (в честь которой гормон получил свое название). Стимуляция сосков посылает в мозг матери сигнал о выделении пролактина, который, в свою очередь, воздействует на клетки молочной железы, производящие молоко. Пролактин также подавляет овуляцию, действуя как естественный ограничитель рождаемости у кормящих млекопитающих. Окситоцин – гормон, который обеспечивает нам положительный настрой во время грудного вскармливания и объятий со своими детьми (а также многих других действий, объединяющих большое количество млекопитающих – уход за собой, сексуальная активность и социальное взаимодействие) и побуждает нас продолжать выполнять эти действия. Окситоцин – это природный наркотик, активирующий клетки мозга, производящие дофамин, которые играют главную роль в системе вознаграждения мозга (об этом мы тоже уже говорили). Изменения в мозге у молодых мам выражаются в том числе в усилении связности тех его частей, которые отвечают за выработку окситоцина и реакцию на него. Грудное вскармливание и физический контакт с нашими детьми в прямом смысле изменяет структуру нашего мозга, подкрепляя материнское поведение. Как утверждает Хрди, чувство материнской ответственности появляется не сразу – большинство отказов от детей происходит в первые дни их жизни – но как только мозг принимает обязательства и подкрепляет их необходимой гормональной средой и нейронными связями, для матери становится очень трудно отказаться от своего ребенка.