Дина Дэ – Учитель из моих кошмаров (страница 50)

Я просто не могла позволить Горецкому придраться хоть к чему-нибудь.

Закончив контрольную в рекордно короткие сроки, я убрала пенал в рюкзак и резко встала из-за парты.

Горецкий медленно поднял голову и смерил меня взглядом голодного удава.

Нацепив маску равнодушной стервы, я неторопливо подошла к его столу.

Мне было плевать, что на мне было одето и как я выглядела. Я знала, что каждый мой шаг высекает искры, и готова была поспорить, что от моей дерзкой улыбочки у Руслана Александровича встал, как каменный.

— Я закончила, — хмыкнула я, роняя исписанный лист на стол. Приставка «за» была здесь явно лишней.

Ноздри Горецкого хищно колыхнулись.

— Может, стоит остаться и подумать еще, Аронова? — зловеще протянул он, впиваясь в меня немигающим взглядом.

Я усмехнулась.

— А смысл?

И не дожидаясь ответной реакции, направилась к выходу.

Если Горецкий захочет — он найдет меня.

Блять, да если он захочет, то прямо сейчас схватит меня и, развернув, поцелует при всех. Ему всегда было плевать на окружающих. Он делал только то, чего по-настоящему хотел.

И сейчас он хотел, чтобы я ушла.

Поэтому я беспрепятственно вышла из аудитории и, закрыв за собой дверь, спустилась на первый этаж.

В груди разрасталась буря такой силы, что я начала задыхаться.

Кое-как добравшись до туалета, я закрылась в кабинке и обессиленно опустилась на закрытую сидушку.

Меня трясло и колошматило, как наркоманку в завязке.

Я никак не могла избавиться от воспоминаний прошлой ночи, когда Руслан был таким страстным и открытым. Его хрипловатый смех звучал у меня в ушах. От его поцелуев до сих пор горели кожа и губы. А его искристые улыбающиеся глаза навсегда запали в душу.

Сука, как же глубоко он пробрался мне под кожу…

Звонок, обозначивший конец пары, встряхнул меня и заставил подняться. Я не могла вечно прятаться в тесной кабинке.

Включив ледяную воду, я умылась и, не глядя на себя в зеркало, выскользнула из туалета.

Да пошел ты, Горецкий!!

Больше я в твои игры «горячо-холодно» не играю!

У меня и без тебя до хрена проблем.

Так что можешь засунуть все свои пять коробок презервативов себе в одно место! Или затрахать всех стриптизерш до смерти!

Мне по хрену!

Я была так зла, что мне стало жарко. Кровь бурлила во мне, как кипящее масло. Задыхаясь, я выскочила на крыльцо.

Холодный воздух слегка отрезвил меня. Натянув капюшон, я обняла себя руками и, закрыв глаза, подставила горящее лицо колючему ветру.

Кровь, шумевшая в ушах, постепенно стихала, и я начала приходить в себя.

Я все еще в универе.

И на улице по-прежнему поздняя осень.

А еще в кафе меня ждал Алекс.

Поэтому хватит драмы.

Утираем сопли и идем на встречу с парнем, который по-настоящему любил меня и ценил.

Я невольно улыбнулась и, взявшись за перила, начала спускаться с крыльца.

Ветер с дождем бил прямо в лицо, и мне пришлось натянуть капюшон пониже и прикрыть глаза.

Но даже это не спасло меня от яркой картинки, разворачивающейся неподалеку.

Мужчина в черном пальто приобнял за талию хрупкую девушку в бежевой куртке и, с улыбкой уткнувшись лицом в ее темные блестящие волосы, оторвал малышку от земли и закружился вместе с ней на месте.

Ветер разносил их громкий смех.

Черт.

Парочка была такой красивой и трогательной, что у меня перехватило дух.

Эти двое души друг в друге не чаяли.

И третьему там явно не было места.

Я с силой сжала неровные деревянные перила и даже не заметила, как по пальцам потекла кровь.

Мне казалось, что я видела настоящего Горецкого?

Херня!

Только сейчас он открылся для меня с абсолютно новой стороны.

То, как Руслан заботливо одергивал короткую куртку девушки и нежно целовал ее в лоб, буквально прошило меня насквозь.

Я не могла о таком даже и мечтать.

И я поняла, что проиграла.

Проиграла этой миниатюрной крошке с нежным лицом и волнистыми волосами до попы.

Горецкий любил ее так сильно, что мерк весь мир вокруг.

И мне оставалось только крепко сжать окровавленную ладонь и, спрятав лицо, уйти.

Глава 39

— Эви, могла бы и заранее предупредить о своем приезде, — недовольно пробурчал я, усаживаясь в машину. — А не срывать меня посреди пар.

Расстегнув куртку, девушка весело рассмеялась.

— Боишься, что нас увидит кто-нибудь из твоих зазноб? Признавайся, Рус, со сколькими лаборантками ты уже успел замутить?

Сжав руль пальцами, я резко сдал назад и стремительно выехал с парковки.

— Я не собираюсь обсуждать с тобой эту тему, — угрожающе тихо проговорил я, выкатывая на широкую трассу.

В груди сжалось от непонятного чувства.

Я никак не мог выкинуть из головы всхлипывающую подо мной Виту и ее глаза, когда входил в нее до конца.

А еще меня никак не отпускало то, как я поступил с ней на своей паре…

— Боже, неужели мой дядюшка, наконец-то, влюбился?! — расплылась в широкой улыбке эта неугомонная заноза. — Кто она? Признавайся!

Я газанул так, что нас впечатало в кожаные сидения.