Дина Данич – Стану твоим парнем (страница 6)

– А вот теперь мы поговорим, ага? Будешь кричать – останешься без своей цацки.

Я беспомощно оглядываюсь и понимаю, что попала в ловушку. А вокруг никого!

– Ну что, договорились? – самоуверенно скалится первый из троицы.

– Нет! Пустите! – требовательно произношу, хотя у самой внутри все сводит от страха. Особенно когда тот, что стоит позади, нагло хватает меня за плечи и прижимается ко мне своим телом. – Хватит! Не надо!

– Да заткни ты ее, – требует, кажется, второй. Мне на лицо ложится ладонь, и я пытаюсь укусить ее. Не знаю, откуда в моей голове вообще такая идея. Я дергаюсь, и в этот момент слышу громогласное:

– А ну отвалили!

Двое отвлекаются на кого-то. Из-за слез я не вижу, кто это такой. Третий парень остается со мной, и как только удается укусить его, толкает меня так, что я падаю вперед практически в лужу.

Колени пронзает болью, а в ушах нарастает гул.

Закрываю глаза, стараясь выровнять дыхание. Получается плохо – рядом слышатся возня и чей-то скулеж.

– Валим! – вот эти крики я уже различаю особенно четко.

После этого тишина кажется особенно яркой и звенящей. Кое-как поднимаюсь на четвереньки, а когда меня резко дергает кто-то наверх, кричу что есть сил. Не только от неожиданности, но и от страха.

– Не надо!

– Эй, детка, ты чего?

Моргаю несколько раз, прежде чем соглашаюсь с реальностью и принимаю, что передо мной стоит Игнатов.

За что, Вселенная?!

8 Василина

Смотрю на Витю и жду, что этот мажор выдаст, чтобы зацепить пообиднее.

– Ты как? – спрашивает тот и хмуро окидывает меня взглядом. – Черт, в грязи вся.

Игнатов отпускает меня, и я тоже разглядываю себя.

Новые джинсы. Только купила – удалось классно сэкономить. Я так радовалась – оставалась последняя пара, именно моего размера.

Прикрываю глаза, стараясь абстрагироваться от того, что теперь на них дырка, которую и не прикрыть ничем. А еще боль в коленях, в ладонях. Мелькает мысль, что вообще-то надо бы промыть.

Учитывая, что своей подработки я фактически лишилась, такое отчаяние на меня накатывает.

Всхлипываю и тут же зажимаю рот ладонью, чтобы не показывать своего состояния Игнатову.

– Вась, ты чего, так напугалась? – его голос звучит растерянно и даже как-то неуверенно. Я молчу, понимая, что если попытаюсь ответить – тупо разрыдаюсь. – Они успели что-то сделать, да? Или… Черт, ты же бойкая такая…

Разворачиваюсь и, подняв сумку, которая тоже оказалась в луже, топаю в сторону общаги, так и не ответив наглому мажору.

– Вась! – даже странно, что этот спаситель чертов мое имя вдруг вспомнил.

Чувствую, как он хватает меня за плечо, и это становится последней каплей. Я резко разворачиваюсь и толкаю его в грудь.

– Отвали, ясно? Пошел ты!

Если бы я не была подавлена всей ситуацией в целом, конечно, я бы порадовалась, что мне удалось стереть с лица Игнатова самоуверенную ухмылку, с которой он сидел за столом буквально полчаса назад. Но мне сейчас не до этого.

– Василина! Да я помочь хочу!

С моих губ срывается истеричный смешок, а затем меня накрывает. Я больше не могу держаться и быть сильной. Глаза жжет, и слезы скатываются по щекам.

– Они что-то успели сделать? – голос Игнатова звучит напряженно.

– К-кулон забрали, – отвечаю, всхлипывая и мысленно ругая себя, что не починила несчастный замок на цепочке.

– Да черт с ним, с этим кулоном, – легко отмахивается Витя, снова хватая меня за плечи. – Я тебе десять таких куплю, ты чего, ну? Не плачь только.

– Ты идиот? – кричу ему в лицо, снова толкаю, но бесполезно. Стоит как скала. – Это все, что у меня от мамы осталось. Мне твои побрякушки зачем?!

Парень отпускает меня, и я отступаю на шаг. Не понимаю, что там у него во взгляде такое мелькает. Молча достает мобильный и утыкается в него.

Резко выдохнув, разворачиваюсь и иду к общаге.

Колени болят, и каждый шаг отдается неприятными ощущениями. Стираю слезы, но тут же вижу, насколько у меня грязные пальцы. Приходится притормозить и найти хотя бы влажные салфетки. Хочется поскорее дойти до дома, но я тут же представляю, как приду, а там Олеся. Станет спрашивать, а я сейчас … Не готова я кого-то видеть.

Но и в таком виде никуда не пойти. Злое отчаяние заливает меня по самую макушку.

– Так, идем, – внезапно догоняет меня Игнатов, пока я безуспешно пытаюсь оттереть грязь на ладони. Он окидывает меня оценивающим взглядом. – Давай, топай.

– Отстань, – огрызаюсь и делаю шаг в сторону, давая понять, что не хочу рядом находиться. – Чеши, куда там тебе положено, по своим мажорским делам.

Он вскидывает брови и смотрит недовольно.

– Вася, давай не спорь. Хочешь в таком виде заявиться? Так тебя комендантша не пустит.

– Тебе-то откуда знать?

Он морщится, словно я задела какое-то не очень приятное воспоминание.

– Давай, идем, тут есть одно толковое место.

– Да что тебе от меня надо? – уже даже не сдерживаюсь я. – Ты можешь оставить меня в покое? Надеешься, что поможешь, и я в благодарность захочу раздвинуть перед тобой ноги?

– А это сработает? – заинтересованно спрашивает Витя.

– Ты совсем идиот?

Он демонстративно закатывает глаза.

– Идем, заучка, тут рядом – сможешь привести себя в порядок.

– С чего это ты такой добрый?

Игнатов недовольно поджимает губы. Наверное, в его представлении я должна с радостными воплями повиснуть у него на шее не только от того, что он спас, но еще просто потому, что он обратил на меня внимание.

– Если бы не наша встреча, тебя бы здесь не было, – неохотно отвечает он. – Считай, успокаиваю свою совесть.

В чем-то он, конечно, прав. Если бы не мое желание расставить все точки над “и” и пресечь это глупое преследование, вряд ли бы я оказалась тут.

– И что за место?

– Не волнуйся, мы там будем не одни, – ухмыляется Вик. – Если ты, конечно, меня боишься.

Опускаю взгляд на свои джинсы, сумку. В одном он прав – Анна Степановна – комендант общежития – точно не упустит случая прицепиться.

– А еще там делают отличный кофе, – добавляет Игнатов.

– Ладно, – неохотно соглашаюсь. – Но только если это недалеко.

И действительно, оказывается все в минутах десяти. Даже странно, что живя здесь уже второй год, я не видела эту небольшую, но уютную кофейню.

Витя занимает столик в углу. Снова. А я сразу отправляюсь в туалет. Вроде бы не пафосное заведение, а в туалете не просто чисто и приятно, но еще и салфетки влажные, и даже мини-аптечка есть.

С сумкой я справляюсь быстро, а вот с джинсами сложнее, но благодаря тому, что они темно-синие, удается свести к минимуму грязные разводы. Еще и подсушить.

С ладонями я тоже вожусь долго, отмывая и обрабатывая царапины.

Когда возвращаюсь в зал, на столике уже стоят два кофе, а еще тарелка с клубничным чизкейком.