Дина Данич – Мой опасный отчим (страница 2)

Впервые я пожалела, что жила так близко к Але и что дорога закончилась настолько быстро.

Мой спаситель остановился у подъезда, и я с сожалением посмотрела ему в глаза.

Мужественный. По-мужски красивый. Высокий. Надёжный.

Все эти эпитеты один за одним всплывали у меня в мыслях, пока я завороженно смотрела на него.

– Не ходи больше одна, – с легкой улыбкой произнес он. Так вышло, что я стояла на ступеньку выше, чем он, и так наша разница в росте была значительно меньше.

В голове промелькнула мысль, что вот сейчас он развернется и уйдет. Навсегда.

И больше наши пути не пересекутся.

Сложно объяснить, что именно меня толкнуло на то, что я сделала. Может, это откат после нападения парней, или же сыграло роль то, что вечером мы с подругой обсуждали отношения с парнями, и я призналась что никогда не целовалась, но очень хотела бы, чтобы мой первый поцелуй был идеальным.

Аля еще посмеялась, что все это фантазии. И вот в этот момент я зажмурилась и подалась вперёд, рискнув поцеловать того, кто спас меня.

В первый момент мне показалось, что мужчина меня оттолкнет. Я даже была готова к этому, как вдруг он ответил. И не просто ответил! Его ладонь скользнула мне на затылок. Пальцы зарылись в волосы, лишая всякой возможности отстраниться.

Я, совершенная неумеха в этом деле, пыталась успеть за происходящим, но никак не выходило. И в итоге просто шла за ним. Позволяла мужчине все, что тот вытворял, а ноги у меня самой подгибались. В этот короткий миг мне вдруг показалось, что между нами вспыхнуло что-то настоящее, осязаемое!

Вцепилась в его плечи, чтобы удержаться, а когда оказалась прижатой к двери подъезда, не смогла сдержать тихого стона – настолько все было ярко и остро.

И в этот же момент все закончилось. Мужчина замер. Тяжело дыша отстранился. А затем посмотрел на меня так, что у меня внутри все затрепетало.

Он не первый мужчина, которого я видела. Я же не девица из монастыря, но было что-то особенное в нем. Даже понимая, что вот-вот он уйдет, и мы больше не увидимся, я не жалела, что мой первый поцелуй подарила именно ему.

Незнакомец резко выдохнул, отступил назад.

– Не ходи одна по вечерам, – бросил напоследок, а затем, развернувшись, ушел. Просто растворился в темноте вечера, и только горящие от поцелуя губы доказывали, что все это мне не привиделось…

–… Настя! Ты меня вообще слушаешь? – раздраженно возмущается мама.

– Прости, задумалась, – виновато отвечаю. – Что ты говорила?

Она недовольно цокает языком.

– Говорю, разогрей ужин. Мы с Егором скоро подойдем.

Одно его имя заставляет меня вздрогнуть. Но, к счастью, мама увлечена чем-то в телефоне, так что не замечает этого.

А потом еще и раздается звонок в дверь, и она уходит из кухни.

Когда слышу шаги, замираю с лотком в руках. Где-то там, в коридоре мама что-то возмущенно втолковывает курьеру, кажется, а значит, прямо за спиной у меня – он. Тот, кто спас меня от насильников.

– Помочь? – раздается тихий вопрос. Оборачиваюсь и тут же встречаюсь с внимательным взглядом моего, получается, теперь уже отчима…

– 3 Настя -

– Нет! – резко отступаю назад, наталкиваюсь на столешницу и ударюсь. Боль мгновенно вспыхивает, и я не успеваю сдержать вскрик. А Егор… Он ловит меня. От его прикосновения жжет кожу.

Смотрю ему в глаза и даже вдохнуть не могу. Не получается попросту. Я вся растворяюсь в этом моменте. Когда мы так близко, а в голове мгновенно вспыхивают воспоминания.

Его губы… Я же помню, какими они были, помню, каким был его поцелуй. Мой первый и единственный поцелуй.

Если бы я только знала тогда…

Горькое сожаление разливается в груди. Но даже несмотря на это я никак не могу отвести взгляд, прекратить эту странную связь, вспыхнувшую между нами.

– Представляешь, опять перепутали заказ, – возмущается мама, заходит на кухню, и тут же волшебство между нами рассеивается. Егор предусмотрительно отступает, так что мама по факту ничего и не замечает, роясь в пакете из доставки. – Вот сколько можно, а?

– Что-то критичное? – совершенно спокойно спрашивает Егор.

– Естественно, – кивает она. – Если бы мне не нужен был соус, я бы его не заказывала. – Настя! Почему еще не разогрела?!

Вздрагиваю и тут же исправляюсь. Раскладываю еду из контейнеров, а руки-то трясутся. Я хоть и стою спиной к Егору, мне почему-то постоянно кажется, что он пристально следит за мной. От я этого нервничаю еще сильнее. Плюс мама явно не в духе. Впрочем, оно и понятно – видимо, я испортила ее планы на романтический вечер.

И снова эта горечь от понимания, что Егор – теперь ее муж. Почему? Что за несправедливость?

Я же ведь эти дни мечтала о том, как мы снова встретимся, как вдруг случайно увижу его в толпе, и он меня узнает.

Глупая наивная девочка. Вот теперь он рядом, только руку протяни. Да только…

Достаю тарелку из микроволновки. Запоздало чувствую, что слишком горячо и на автомате выпускаю тарелку из рук. Та летит на пол, естественно, разбивается, а все содержимое некрасиво разваливается.

Замираю на мгновение. А затем…

– Настя! – летит мне в спину. – Ну, что ты за криворукая! Даже такую простую вещь не можешь сделать!

– Я все уберу, – бормочу, глотая слезы. Мне и раньше доставалось от мамы, однако я научилась спокойно относиться к этому. Но вот так, на глазах у Егора… Ведь он рядом, видит, какая я неуклюжая, и теперь наверняка тоже будет такого же мнения.

Присаживаюсь, пытаясь сдержать слезы. Как назло, тарелка разбилась на довольно мелкие осколки. Собираю те, выслушивая причитания матери, а руки до сих пор трясутся.

Как вдруг вижу пред собой Егора, который начинает мне помогать. Замираю, мы встречаемся взглядами. И снова это странное притяжение.

– Егор! Да брось ты это. Сама уберет, – фыркает мать.

– Мне несложно, – пожимает тот плечами. – Если тоже поможешь, быстрее справимся.

– Да толку-то? Еду снова придется заказывать, – ворчит она. Правда, веник с совком все же приносит.

Мне кажется невозможно покраснеть сильнее, чем уже есть. Единственное, о чем я мечтаю – поскорее сбежать к себе в комнату после такого позора.

– Так закажи, – раздражается Романов.

– Спасибо, я дальше сама, – тихо говорю, сметая остатки посуды и еды в совок. Егор наконец все же отходит в сторону, и мне становится легче дышать хотя бы немного.

Кое-как управившись, достаю еще один контейнер, но мама одергивает меня и забирает тот.

– Нет уж, давай я лучше сама. А то снова все испортишь.

Смотрю в пол, обреченно киваю.

– Приятного аппетита, – говорю и, забрав сумку, иду к двери.

– Настя, а ужин? – летит мне вслед. Не от матери. От Егора.

– Я не голодна. Поела в кафе, – отвечаю, не обернувшись. – Я к себе пойду, мам. Поздравляю со свадьбой.

Сбегаю в свою комнату, даже дверь запираю и без сил ложусь на постель.

Ну, почему? Почему это случилось именно со мной? Как мы теперь будем жить? Места, конечно, хватит всем, но как же лежать и знать, что там, за стенкой, Егор с моей мамой, и они…

Закрываю глаза, всхлипываю, закусываю кулак, чтобы хоть как-то отрезвить себя.

Зачем все так?!

Поворачиваюсь на бок, подтягиваю ноги к груди. Ставшее привычным одиночество сегодня чувствуется особенно остро. Я научилась спокойно воспринимать каждого нового мужа мамы. Но теперь… Смогу ли я?

За тяжелыми мыслями сама не замечаю, как проваливаюсь в сон. Мне снится что-то тяжелое, мутное. Лишь невнятные образы, которые никак не могу уловить. А просыпаюсь я банально от голода. Потому что живот уже начинает урчать.

Я ведь на самом деле с обеда не ела.

Прислушиваюсь – в квартире стоит тишина. Смотрю на время – два часа ночи уже.

Мысли о том, что мама с новым мужем спят в одной постели, гоню от себя.

Не мое это дело. Не мое! И думать об этом мне нельзя.