Дина Данич – Измена. Снова будешь моей (страница 4)

Я совсем не так представляла разговор о том, что жду ребенка. Надеялась, что мама обрадуется. Перед свадьбой она много говорила о том, как важно, чтобы у нас поскорее появились дети, что это укрепит брак, что муж увидит меня в качестве матери его наследников. Она вообще очень часто повторяла, что женщина может состояться, лишь выйдя замуж и родив, как минимум, одного ребенка, а лучше троих.

Тогда почему же она сейчас смотрит так, словно ждет, что я подтвержу, что никакой беременности нет?

– Мам…

– Хватит мямлить! Да или нет?

Ее тон пугает меня, и рука невольно ложится на живот, а во взгляде матери мелькает досада.

– Ох, дочка.

– Ты не рада? – спрашиваю упавшим голосом. – Ты же говорила, что дети – это счастье.

– Конечно, счастье. Но раз этой Айзе было мало того, что было, и она не постеснялась влезть настолько глубоко, то лучше бы тебе было забеременеть попозже.

– Того, что было? Ты что, знала, что они вместе?

Мама отводит взгляд, но я успеваю заметить в ее глазах сожаление.

– Это ничего не значит, – произносит она.

– Но ведь ты сама выбрала ее в свидетельницы!

– Конечно, выбрала, – фыркает мама. – Она – сестра Алмазова, партнера твоего отца. Естественно, выбрать ее в качестве свидетельницы было логично. Но я думала, что у Рамиля хватит ума держать ее подальше и не тащить эту грязь в семью.

Ноги дрожат, и я оседаю на диванчик, стоящий рядом. Просто не верится, что, получается, все вокруг знали, и только я, наивная дурочка, жила и дышала своим мужем.

В памяти мелькают воспоминания о нашей первой брачной ночи. О том, каким осторожным был Рамиль. Как покорил меня своей заботой. Да, чуть отстраненно холодной. Но я списала все на то, что он – мужчина, и не склонен проявлять чувства. Мне казалось, что мы смогли стать семьей. Я так старалась быть идеальной для него. Наряжалась, готовила самые вкусные блюда. Да, муж редко их пробовал – в основном потому, что приезжал довольно поздно. У нас была регулярная близость – Рамиль сразу сказал, что хочет наследника.

А теперь, выходит, все это был просто план. И все дело в том договоре, что они заключили с моим отцом.

– Амина, – мама садится рядом. – Дочка, не надо плакать. Если дитя уже под сердцем, тем более не стоит. Нервничать теперь нельзя.

– Как же теперь? Просто закрыть глаза? Просто терпеть?

Она тяжело вздыхает.

– Ты бы стала такое терпеть от папы?

Мама молчит, смотрит так странно, что я начинаю догадываться и без слов.

– Он… Он изменял тебе? – спрашиваю, а у самой голос дрожит. Ведь мои родители для меня всегда были образцом счастливой семьи.

– Твой отец сложный человек, – неохотно отвечает мама. – У нас было много всего. И поверь, вокруг успешных мужчин всегда крутится много соблазнов. Задача жены – быть мудрой и правильно вести себя, чтобы сберечь семью.

– А у мужа? – не выдерживаю и снова всхлипываю. – Какие задачи у мужа? Почему ему можно изменять? Разве это не грех?

– Вот что, Амина, утри слезы. Глаза опухнут, и Рамиль увидит тебя в таком виде. Не надо этого. Ты – его законная жена. И это ты носишь его фамилию. А значит, многое в твоих руках.

– Но что я могу сделать? – беспомощно смотрю на нее.

– Для начала не давай воли истерикам, – строго говорит мама. – Помни, ты – Шакирова, дочь. Веди себя достойно. Мужчины ценят женщин, которые не опускаются до склок и нытья.

– То есть притворяться, что все хорошо?

– Именно. И выше нос – помни, что тебе сейчас нельзя нервничать. В первую очередь, надо думать о ребенке.

– А если Рамиль узнает? – спрашиваю, побоявшись признаться, что вообще-то детей даже двое!

– Не давай ему повода, и он не узнает. А сейчас пойдем, приведем тебя в порядок – муж должен видеть тебя красивой.

Мама не дает мне даже малейшей возможности отказаться. И хотя настроение у меня совершенно не для того, чтобы заниматься спа-процедурами, приходится послушно пойти за ней. Я настолько разбита новостью об измене Рамиля, что не сопротивляюсь и соглашаюсь с выбором мамы.

Домой я приезжаю спустя часа четыре – с новой прической, красивая и, казалось бы, отдохнувшая. Но заходя домой, понимаю, что напрочь забыла спросить у мамы, что значило то самое ее сообщение. Тоскливо смотрю в окно, гадая, как поздно сегодня приедет Рамиль, и почему на этот раз – действительно ли у него будут дела, или он проведет этот вечер в компании Айзы.

Ужин мне впервые не хочется готовить. Просто руки опускаются, и постоянно один и тот же вопрос в голове – что я делаю не так? В чем ошибаюсь?

Щелчок входной двери становится полной неожиданностью. Бросаю испуганный взгляд на часы – всего пять вечера. Так рано?

Слышу шаги и безошибочно узнаю походку мужа. А уже через пару мгновений он появляется в дверях.

– Ты меня не встретила, Амина. Почему? Или ты забыла о том, как должна себя вести порядочная жена?!

5 Рамиль

Стоит только сбросить напряжение, как Айза снова принимается за старое.

– Рамиль, ты ведь знаешь, что я люблю тебя…

Смотрит этими своими преданными глазами, словно ждет, что я сейчас растекусь лужицей у ее ног.

Это уже начинает раздражать, и довольно ощутимо. Конечно, Айза красивая женщина. Высокая, стройная, с крутыми бедрами, полной грудью и пухлыми губами, которые охеренно смотрятся на моем члене. Она могла бы менять мужиков как перчатки. Но вот уже второй год крутится вокруг меня, заверяя в своей безграничной любви.

Впрочем, мне это только на руку – так вести дела с ее братом куда проще. А Алмазовы – довольно перспективное семейство в плане деловых связей.

– Айза, мы уже обсуждали это, – обрываю ее, не давая возможности сесть на ту же тему.

Такие моменты меня жутко бесят. Вроде каждый раз объясняю, и она соглашается – между нами просто секс. Отвязный, грязный секс. То, что моя жена не в состоянии мне дать.

Да и черт с ним. Как только она забеременеет, можно будет отправить ее в загородный дом. Опять же для ребенка свежий воздух будет лучше.

Амина…

Она совершенно другая.

Хрупкая, тонкая. Миниатюрная, словно статуэтка. Рядом с Айзой смотрится совсем юной и невинной.

И эти ее непорочность и правильное воспитание… Стоит только вспомнить, с каким лицом она ложится со мной в постель!

Понятное дело, в первую ночь она была девственницей. Так положено, и я этому рад – мать моих детей должна быть чистой и нетронутой. Но потом-то?

Любое отклонение от привычной миссионерской позы для жены становилось едва ли не испытанием. Какая радость – трахать бревно?

– Через неделю будет открытие нового клуба, – мурлычет Алмазова.

Хитрая лиса. Смотрит из-под длинных ресниц, кокетливо прикусывает губу. Она уже успела поправить одежду и теперь, как обычно, выпрашивает порцию ласки напоследок. Порой она теряет берега, и приходится напоминать, что ее место – у моих ног.

– И?

– Пойдем вместе?

– Ты забыла, что я женат? – холодно осаживаю ее.

– Но трахаешь-то ты меня, – победно возражает она. – Я могла бы стать тебе отличной женой.

Опять двадцать пять.

Когда Айза узнала, что я женюсь на Амине, взбесилась знатно. Еще бы. Она-то видела себя на ее месте. Да только я отлично был осведомлен о ее прошлом. Да и связей у Шакировых было на порядок больше. Так что выбор очевиден. И он не в ее пользу.

– Мы это уже обсуждали, – жестко отрезаю. – Собирайся, мне надо поработать.

Айза демонстративно дует губы. Да и черт с ней. Через пару дней сама прибежит, чтобы снова как следует трахнул ее. Сучка тащится от грубого жесткого секса.

Наконец, Алмазова сваливает, а я могу вернуться к рабочим моментам. Новый инвестиционный проект забирает немало сил. Штука рискованная, но прибыль такая, что пройти мимо – слишком недальновидно.

– Анна, пригласи ко мне Таира, – прошу по селекторной связи секретаря. Надо сегодня все-таки добить вариант договора.

– К сожалению, его нет на месте, – отвечает она чуть погодя.