Дина Данич – Фальшивая свадьба (страница 6)

Поднимаюсь к себе в комнату и следующие два часа слоняюсь, пытаясь сложить вещи. Поначалу мне казалось, что у меня столько всего, что я хотела бы взять. Но то ли разочарование отца меня добило, то ли я просто слишком вымоталась — в итоге едва ли набирается небольшой чемодан.

На завтраке отца нет — он уже куда-то уехал. И это только подтверждает мои вчерашние догадки.

Он даже не остался, чтоб попрощаться. Тетя, напротив, делает все, чтобы как-то развеять повисшее мрачное настроение. Я ей очень благодарна — наверное, без ее поддержки я бы совсем закисла.

— Не волнуйся, лапочка, — говорит она, провожая меня до машины, которую за мной прислал Серебряков. — Я всегда на связи. Освоишься, и съездим в салон за платьем, ага?

— Конечно, — отвечаю безучастно. Мы еще раз обнимаемся — водитель терпеливо ждет. Мои вещи уже в багажнике, и причин задерживаться объективно нет. Но я все никак не могу сделать последний шаг. Оборачиваюсь к дому. Мысленно прощаюсь с ним.

Дорога проходит как в тумане. Кажется, я даже не понимаю, сколько времени требуется, чтобы приехать к Серебрякову.

Отстраненно отмечаю, что мы уже в городе, и остановились у элитной высотки. А я ведь думала, что у Яна свой дом. Впрочем, какая разница?

Водитель тактично ждет, пока я выйду из машины, хотя сам уже не только вышел, но и успел достать мой чемодан.

К нам подходит безэмоциональный и отстраненный охранник, забирает тот и жестом указывает мне на дверь подъезда.

Мне кажется, с каждым мгновением, приближающим меня к встрече с мужем, дышать становится все сложнее. Когда лифт тормозит, и двери открываются, я уже почти задыхаюсь. Паника начинает накрывать меня все сильнее. Мужчина рядом как будто и не замечает этого. Электронным ключом открывает дверь ближайшей квартиры, а затем отходит в сторону, пропуская меня.

Для меня сейчас сделать шаг в неизбежность невероятно сложно. Я будто в толще воды. Уши закладывает от мысли, что вот это теперь мой новый дом.

Едва я захожу в полумрак прихожей, как навстречу меня выходит Ян.

Сегодня он снова в темной водолазке, но теперь в джинсах. Даже странно, что при таком скудном освещении мой мозг выхватывает именно эти детали. Охранник заносит мой чемодан, и Серебряков отпускает его, коротко кивнув.

Дверь закрывается, мы остаемся с мужем одни.

Целую минуту молча смотрим друг на друга. Я — настороженно, не зная, чего ждать от мужчины, он — с ленивым интересом. Хотя, возможно, это мне только кажется.

Наконец, Ян плавно сдвигается вправо, и тут же включается полноценное освещение.

— Раздевайся, проходи, — говорит он, хотя это, скорее, походит на приказ, чем на гостеприимное предложение располагаться.

Снимаю полушубок, растерянно оглядываюсь в поисках вешалки, как вдруг Серебряков оказывается рядом. Точнее, слишком близко. У меня даже дыхание перехватывает.

— Повешу, — говорит он, мягко забирая у меня вещи.

Оказывается, шкаф встроен так, что его сразу и не заметишь. Довольно практично и при этом красиво. Даже странно. Я почему-то думала, что мужчины холостяки обычно не заморачиваются подобным.

И тут меня обжигает мысль — а почему я, собственно, решила, что он холостяк? Может, у него есть женщина, но они официально не расписаны. Хотя в этом случае он бы вряд ли согласился жениться на дочери партнера. Или нет?

Так, стоп. Лишние мысли.

— Идем, покажу квартиру, — говорит между тем Ян. Поворачиваюсь к нему, стараясь улыбнуться. Выходит, скорее всего, так себе — взгляд у моего теперь уже мужа не теплеет нисколько.

Интересно, а как много он помнит из той ночи? Хотя, конечно же, я ни за что не задам этот вопрос вслух.

Квартира, в которой мне предстоит жить, оказывается очень просторной и комфортабельной — две спальни, гостиная, кабинет и огромная кухня. В целом, если бы не обстоятельства, я бы сказала, что здесь классно. Но то ли место пропитывается энергетикой хозяина, то ли я не способна сейчас воспринимать окружающее пространство непредвзято, но мне кажется, что жить здесь будет тяжело.

Слишком напряженная атмосфера, что ли.

— Голодная? — Ян проявляет обычное гостеприимство, но я держусь настороже.

— Нет.

— Полагаю, спальня тебе нужна отдельная, — говорит он, как раз тормозя возле двери в гостевую. — Моя напротив. Есть предпочтения?

— В каком смысле? — теряюсь от его вопроса. Стыдно признаться, но мелькало у меня опасение, что он набросится на меня если не с порога, то уж позже точно заявит права на мое тело.

— Ива, давай проясним некоторые моменты, — говорит Серебряков, чуть помолчав. — Не стоит меня бояться — я не собираюсь тебя тащить в койку.

— Правда? — вопрос вырывается из меня слишком быстро. Не успеваю даже подумать, насколько это уместно.

— Правда, — едва заметно усмехается он. — Ситуация, конечно, у нас вышла… неоднозначная. Но тебе стоит научиться встраиваться в обстоятельства, изменить которые ты не можешь.

— Я почти ничего не помню, и все это для меня шок.

— Понимаю, — кивает Серебряков. — Поэтому не жду, что ты захочешь стать женой в полном смысле этого слова.

Сложно описать словами, какое облегчение в этот момент я испытываю. Благодарно улыбаюсь в ответ.

— Спасибо вам.

— Тебе.

— Что?

— Давай на ты. Раз уж мы собираемся поддерживать легенду, то общаться на вы будет странновато.

— Да, точно.

— Так что насчет комнаты? Подойдет?

— Конечно, спасибо большое!

Он кивает и уходит за моим чемоданом. Я прохожу в гостевую спальню и теперь осматриваюсь уже более внимательно. В целом мне все нравится — кровать, шкаф, стол, пара кресел. А еще окно с широким подоконником, на котором можно сидеть и пить какао.

Может, не все так плохо?

Ян закатывает мой чемодан в комнату.

— Это все твои вещи? — удивленно спрашивает он.

— Да, я взяла только самое нужное, — почему-то я испытываю неловкость под его внимательным взглядом.

Он склоняет голову, оценивающе смотрит.

— Рассчитываешь, что все это ненадолго?

Его проницательность меня поражает. Папа вряд ли бы вообще заметил подобное — собралась, и молодец. Не знаю, что на это ответить — просто пожимаю плечами. На удивление Ян не злится, не раздражается — просто кивает, будто принял к сведению мое отношение к происходящему.

— Если что-то понадобится — не стесняйся. Карту на твое имя сделаю в ближайшее время, но пока можешь пользоваться моей.

Я при этом чувствую себя какой-то нахлебницей.

— Может, я буду готовить? Ну, в качестве…

— Чего? — прищуривается Ян, при этом он как-то так неуловимо оказывается рядом — будто перетекает из одной точки пространства в другую. Просто раз, и он уже в опасной близости от меня. — Оплаты проживания?

Дыхание перехватывает в очередной раз. Только я чуть расслабилась, и вот опять в ловушке. Меня никто не держит — можно отойти и на шаг, и на два. Но вместо этого я стою, завороженно глядя в темно-синие глаза мужа, будучи просто не в силах не то что пошевелиться — даже взгляд отвести.

Он словно гипнотизирует меня. И яркая вспышка той ночи мелькает в памяти.

Его губы оказываются очень близко, а я, кажется, проваливаюсь в омут происходящего.

— Ян…

— Ты носишь мою фамилию, Ива, — произносит он, и мне кажется, что его голос становится более низким, тягучим, а синева глаз темнеет. — Заботиться о тебе и обеспечивать — моя прямая обязанность.

Муж отстраняется и снова возвращает внимание чемодану, подкатывая его в центр комнаты. А я так и стою — очарованная и как будто брошенная. Я ведь была уверена, что он так близко, потому что…

— Так что выброси из головы всю эту хрень про самостоятельность женщины, — его слова окончательно приводят меня в чувства.

— Да, конечно, — киваю, глядя куда угодно, только не на Серебрякова.

— Располагайся, обживайся.

Слышу, как он идет к двери, и вспоминаю про один очень важный вопрос.