Дина Данич – Дочь его врага (страница 25)

- Пока не знаю, - качает головой Рустам. - Феликс мог бы ответить. Но он пропал. И никто не знает, где он.

- Что планируешь делает? - спрашивает Амиран. - Есть варианты?

- Пока только мысли. На днях получу полную инфу по ублюдку. Но у него есть слабое место. Туда я и ударю.

Крепко сжимаю в руке стакан, представляя, как протащу через настоящий ад эту тварь, а в конце… В конце он сдохнет за то, что сделал.

- Ты ведь понимаешь, что будешь не один? - тихо спрашивает Рустам.

Встречаемся взглядами, и у меня отпадают даже малейшие сомнения, что и в этот раз ничего не выйдет. Однозначно, сукин сын заплатит. Сполна.

Еще полчаса мы сидим, делимся новостями. Я хоть и не был отрезан от мира, но все равно многое наверстываю. И когда прощаемся, в моей душе поселяется яркая уверенность, что все идет как надо. Несмотря на все сложности, что всплывают.

Подъезжая к дому, предвкушаю встречу с Лерой. Мысли сами по себе перестраиваются. Мне не хочется нести к ней ту тьму, что разгорелась с новой силой. Она послушно прячется в дальние уголки, ждет своего часа.

Но стоит мне зайти в квартиру и увидеть девушку, внутри что-то натягивается до звона.

Она расстроена. Она плакала. И все мои демоны встают на дыбы, рыча - кто?! Кто посмел обидеть ее?!

- Лера?

- 32 Лера -

На принятие решения у меня лишь секунды. Либо я быстро смогу убедить Дамира в том, что это просто пустяки, либо все станет очень плохо. Мне необходимо увидеться с заказчиком, прежде чем рассказывать всю правду. Поэтому я лгу. Делаю то, что не хотела.

- Прости, - делаю шаг к Асадову, прижимаюсь к его груди, и он тут же обнимает меня. - Я смотрела фильм, и там такой грустный финал…

- Так ты из-за этого плакала? - слышу в его голосе облегчение вместе с удивлением.

- Да, там герои не остались вместе… - говорю, а у самой ком в горле. Потому что и мы вот точно так же можем не остаться!

- Ну, все, я знаю, что тебе поможет, Светлячок. Иди ко мне.

Он подхватывает меня на руки, а я доверчиво прижимаюсь к нему, кладу руки на шею, стараясь сдержать дурацкие слезы.

Мы оказываемся в спальне. Свет приглушен, приятный полумрак. От Дамира слегка пахнет алкоголем и той самой морозной свежестью, что ассоциируется у меня только с ним.

Он ничего не говорит, только смотрит, медленно раздевает меня.

- Ты все вопросы будешь решать так? - спрашиваю, чтобы хоть как-то отвлечься от тех мыслей, что не дают расслабиться.

- А ты имеешь что-то против? - ухмыляется Асадов. Теперь он медленно раздевается сам. И это завораживает. Каждый раз глядя на его тело, я не устаю восхищаться. И дело даже не в красоте мышц, а в том какая энергетика исходит от мужчины. Она сбивает с ног, подавляет и вызывает желание покориться.

Откидываюсь, раскрываюсь для него, полностью подчиняясь происходящему.

Дамир не торопится. Проходит пальцами по моим бедрам, но минует место, где влажно, где все пульсирует от желания. Прикасается к груди, отчего я напрягаюсь, выдыхаю тихо, а соски болезненно сжимаются.

- Красивая моя, - шепчет он, накрывая мое тело своим. - Не плачь, моя хорошая…

я даже не замечаю, что у меня все еще катятся слезы. Дамир мягко стирает их пальцами, прикасается губами к щекам - сначала к одной, потом к другой. Он буквально топит меня в нежных прикосновениях, сам того не ведая, гасит мои переживания и сомнения.

Если бы он только знал…

Впервые наша близость для меня оказывается с привкусом горечи. Потому что я боюсь, что это в последний раз. Боюсь, что когда расскажу любимому мужчине правду, он откажется от меня, от нашего малыша.

Боюсь остаться один на один с выбором, который предстоит сделать.

Мне так страшно, а он - такой сильный и уверенный в себе, что я малодушно прячусь за ним, прижимаясь так близко как могу, стараюсь взять эту смелость и уверенность, чтобы подготовиться к важному разговору.

Наверное, Дамир все же чувствует мое состояние - он не срывается на бешеный темп, как любит это делать, не трахает до одури, подгоняя удовольствие каждого из нас. Нет. Он действует медленно, настойчиво, но мягко. Я купаюсь в его внимания, отдаю все, что есть у меня. Целую, глажу, ласкаю.

Наша ночь пронизана щемящей нежностью, любовью. И у меня не выходит сдержаться, когда достигаю пика, все же шепчу исступленно:

- Люблю тебя… Люблю…

В ответ Дамир находит мои пальцы своими, переплетает, толкается глубже, продляя мое удовольствие, шумно выдыхает и, замерев на мгновение, смотрит мне в глаза. А затем медленно склоняется и целует. Глубоко, жадно.

- И я тебя… - едва разбираю его слова. В глазах печет - мне кажется, это невозможным - что все вот так. Что мои чувства взаимны. Что, значит, все еще возможно!

Эмоционально я настолько измотана, что почти сразу проваливаюсь в сон. Едва разбираю, как Дамир уходит ненадолго, укрыв меня одеялом. Затем возвращается и обнимает, прижимая к своему горячему телу.

Я даю себе слово, что завтра расскажу ему про ребенка. Про то, как оказалась у него. Все-все.

Но утро начинается с того, что я просыпаюсь одна. Асадов, оказывается, уже встал и сдать на кухне, пьет кофе.

- Доброе утро, - смущенно говорю, теряясь под его жадным взглядом.

- Доброе, - говорит он. Его голос немного хриплый, будто он только-только проснулся. - Мне нужно будет уехать ненадолго. Потом сможем съездить пообедать куда-нибудь в ресторан.

- Пообедать? У нас есть повод? - я теряюсь от его слов. Испуганно вздрагиваю, когда Асадов подходит ко мне и обнимает со спины.

- Надеюсь, будет, Светлячок, - шепчет он. Целует в макушку, после чего уходит.

Я же места себе не нахожу. Несколько раз проверяю, но тесты как лежали спрятанные в сумке, так и лежат. Значит, он не мог их найти. Тогда что?

В голове миллион мыслей. Я кручу каждую, ищу подвох. Запрещаю себе думать о том, что возможно… Боже, ну, не предложение же он решил мне сделать?

Как бы там ни было, я собираюсь ему рассказать, что в положении. Дольше оттягивать нельзя. Но перед этим…

Достаю телефон и набираю номер заказчика. Звоню раз, второй, третий. Но каждый раз номер оказывается вне зоны действия сети.

Я так нервничаю, что не в состоянии даже поесть. Так и слоняюсь по квартире, набирая один и тот же номер.

Кажется, я окончательно извожу себя сомнениями и страхами, когда Дамир, наконец, возвращается. Отбросив телефон, выбегаю к нему в коридор, надеясь, что он снова уймет мои страхи.

Вот только буквально через пару шагов замираю на месте и не могу пошевелиться. Потому что мой любимый мужчина выглядит не просто странно. Пугающе. Его взгляд пропитан ненавистью. Даже яростью. Он ни разу не смотрел на меня вот так. Даже в самый первый раз.

- Лживая тварь… - срывается с его губ, а у меня внутри что-то обрывается…

- 33 Дамир -

Предвкушение топит с самого утра. Как только получаю сообщение от Вейхмана с местом и временем встречи.

Ничто не способно удержать меня на месте. Даже мысли о Лере, которая вчера была такой ранимой и беззащитной.

Стоит вспомнить ее слезы, как в груди начинает печь. Вроде бы понимаю умом - гормоны у женщин порой шкалят. Дело такое. Тем более, что все из-за какого-то сопливого фильма. Но все равно - царапает тот факт, что моя женщина плакала.

А ведь раньше такое не трогало никогда.

Связной уже ждет меня за столиком в углу зала. Ресторан выбран неспроста - уверен, он либо принадлежит Семену, либо он его крышует. Чтоб наверняка проконтролировать все происходящее. Я уже давно подозреваю, что в деле Басманова замешаны и чужие интересы. Но мне похер. Главное, я достану этого ублюдка и отомщу. А уж кто там что планирует - меня не касается.

- Добрый день, - говорит мужик. Довольно крепкий, с цепким взглядом. Явно не просто на побегушках у старого лиса.

- Добрый.

- Сразу к делу? - спрашивает он, а я киваю тут же. Не до реверансов сейчас. - Вот, ознакомься.

Связной кладет передо мной папку, и я уже тянусь к ней рукой, как он придерживает ту. - Семен просил все спокойно обдумать, прежде чем что-то делать. Второго шанса не будет.

Еще раз киваю. Умом понимаю - предостережение имеет смысл. Меня всего колошматит. Разве что руки не трясутся. И все же…

Открываю папку и вчитываюсь в текст. Сухие факты, описания, подробные контакты.

Глаз цепляется за знакомое имя - Валерия.