Дина Данич – Дочь его врага (страница 19)

Сейчас, стоя у плиты и помешивая рагу, которое будет вот-вот готово, я впервые за долгое время чувствую себя спокойно. Единственное, что меня напрягает и не дает покоя - тот самый договор с незнакомцем, который заплатил достаточно, чтобы провести операцию тете. Дамиру я не сказала об этом, естественно. И пока не знаю, чем это все обернется для меня. С одной стороны я действительно увлеклась им всерьез. Вижу, как он тоже изменил свое отношение. Поэтому мой обман давит на совесть, мешая полностью расслабиться. А с другой - на чаше весов жизнь близкого человека. Я понятия не имею, о чем попросит заказчик в итоге. Он выглядел весьма пугающе, и я не сомневаюсь - если ослушаюсь, заплатить придется сполна.

Поэтому я искренне надеюсь, что все что от меня потребуется - просто быть рядом с Асадовым.

- Запах обалденный, - говорит тот, заходя на кухню. Он только что после душа, в одних только домашних штанах. И мой взгляд против воли скользит по широким плечам, крепкой груди, а затем вновь цепляется за тату в районе сердца.

В прошлые разы мне было не до того, чтобы разглядывать его. Но сейчас…

У меня выходит разобрать, что там - имя. Женское.

И против логики чувствую болезненный укол. Резко отворачиваюсь к плите, стараясь скрыть свою реакцию

- Да, уже почти готово. Садись. Сейчас накрою.

- Лера?

Он подходит ко мне со спины, откидывает волосы, так что шея оказывается открыта.

- Что не так?

- Все в порядке, - отвечаю максимально ровным голосом. Хотя у самой-то жжет внутри. Яростно мешаю рагу, словно это поможет мне справиться с эмоциями.

- Что я говорил про ложь? - в его голосе появляется сталь, и я понимаю - перешла черту. Не справилась. Не смогла скрыть эмоции.

Вздыхаю и выключаю плиту. Переставляю кастрюлю, надеясь, что Дамиру просто надоест ждать. Но он явно упрям и хочет получить свой ответ.

- Прости, я не должна так реагировать.

- Как так?

Мужчина все же вынуждает посмотреть ему в глаза. Пытаясь не выдать себя, я невольно скольжу взглядом ниже и снова натыкаюсь на тату. Тут же отворачиваюсь, надеясь, что моя реакция не слишком заметно. Но уже поздно.

Дамир смотрит туда же.

- Кто она? - срывается с моих губ. - Ты ее любишь?

Будь я опытнее в этих вопросах, наверное, промолчала бы. Повела бы себя мудрее. Но для все это впервые. И мне отчего-то так больно думать, что в сердце у Дамира живет кто-то еще.

- Люблю, - не отрицает он. - До сих пор. Это важно для тебя?

Прикрываю глаза, смаргивая слезы. Ну, вот что я за дурочка? Конечно, у такого мужчины, как Асадов, есть другие женщины. Наверняка более роскошные и красивые. Он ведь не сказал, что любит, что хочет долгих отношений со всеми вытекающими. Он же просто купил меня!

- Прости, я не должна была спрашивать. Давай я накрою на стол.

Мне кажется, что Дамир вот-вот начнет меня успокаивать, и даже хочу этого. Но он вместо этого отходит в сторону, дает мне место для маневра и молча наблюдает за моими действиями.

Я суечусь, пытаюсь этим как-то прикрыть свою нервозность. Но все время то что-то роняю, то перекладываю тарелки с вилками. В итоге, неудачно развернувшись, больно задеваю бедром угол стола. Вскрикиваю и тут же оказываюсь в кольце мужских рук.

- Лера… - вздыхает он. - Это что, ревность?

- Нет, конечно. У меня и права-то такого нет, - шмыгаю носом, уткнувшись взглядом в пол и потирая ушибленное место.

- Почему тогда не спросишь, кто она?

- Любимая женщина, - невесело отвечаю за него. - Я не идиотка, Дамир. Могу сложить два и два.

Когда в ответ слышу мягкий смех, это оказывается очень обидно. Крепко зажмурившись, пережидаю ту волну боли, что прокатывается по мне. Боже. почему же мне так плохо? Я ведь должна все понимать.

- Малика - моя младшая сестра, - говорит он спустя, кажется, целую вечность.

- Сестра? - ошарашенно переспрашиваю, не удержавшись, поднимаю голову и сталкиваюсь с мрачным взглядом.

- Да. Она погибла совсем юной.

- Прости… Боже, Дамир, прости, - шепчу, видя как его глаза наполняются болью. Уверена, этот мужчина любил ее очень сильно. Даже в скупых, коротких словах это чувствуется. - Я такая дура…

- Нет, ты права. Мы должны узнать друг друга. И она - мое прошлое. И будущее в том числе.

- Будущее?

- Ее убийца все еще жив и ходит на свободе. А я собираюсь это изменить, - теперь его голос звучит жестко и бескомпромиссно. - Так что ты ошиблась - я не хороший человек, Лера. И не стремлюсь им быть. Моя жизнь посвящена мести. От и до.

Его признание выбивает меня из колеи окончательно. Я как будто на горках прокатилась.

- Вы были с ней близки?

- Да. Ей даже семнадцати не было, когда ее зверски убили, - лязгает он, при этом в голосе резонирует такая боль, что я ее чувствую как свою. - Она…

Сейчас Дамир похож на раненого хищника, которого опасно трогать. Но я просто не могу остаться в стороне. Очень осторожно кладу ладони ему на грудь, мягко провожу.

- Я не стану тебя осуждать. И считать плохим человеком тоже.

- Неужели? - угрюмо спрашивает он. - То есть тебе плевать, что я стану убийцей?

- Не стану врать, что меня это не пугает, - честно отвечаю я. - Очень даже. Я не люблю агрессию, ты, наверное, это уже понял… - смущенно отвожу взгляд, вспоминая инцидент.

- Прости за тот раз.

- Но и твое желание мне понятно. И я очень благодарна, что ты рассказал правду. Это… Это ведь про доверие, да? - робко спрашиваю у него.

Дамир тяжело вздыхает, привлекает меня к себе и крепко обнимает.

- Ты даришь мне покой, Лера. С тобой я могу хоть ненадолго не чувствовать эту тьму внутри себя.

Его признание звучит так искренне и так неожиданно для меня.

- Ты сделал тату в ее честь?

- Это обещание. Обещание отомстить.

Я ничего не отвечаю, просто крепче обнимаю его в ответ. У меня нет никого, кроме тети. И если с ней случилось бы что-то подобное, то, пожалуй, я бы тоже испытывала что-то темное. Поэтому осуждать Дамира просто не имею права. И все, что я я могу - поддержать его. Даже если ему это и не очень-то нужно.

- Давай свой ужин, - вздыхает он. - А потом займемся кое-чем интересным.

- 26 Дамир -

Тема Малики до сих пор вызывает во мне нехорошие воспоминания.

Лера, сама того не зная, подняла тьму в моей душе. А ведь только рядом с ней она хоть ненадолго затихала. Как и боль от потери сестры.

Картинки прошлого против воли всплывают в памяти - как нашли растерзанное тело Малики, как поседел отец, постарела мать. Как мы все сгорали в огне боли, искали обидчиков. Как я остался один на один с желанием отомстить.

Как Рустам встал рядом и сказал, что пойдет со мной до конца. Даже если это будет стоит слишком дорого.

Мне казалось, я уже научился жить с этим, не поднимать прошлое, просто знать, что именно должен сделать, и все.

Но нет. Все это еще болит во мне.

Ведь после смерти сестры нашей семьи фактически не стало. Отец запил, мать почти не выходила из комнаты. Знаю, они оба винили себя.

Каждый остался наедине с нашим общим горем.

И вот теперь вопросы Леры снова разбередили старую рану. Я никогда не бежал от этой боли, справедливо считая, что иначе забуду, предам память сестры. Но сегодня…

Сегодня впервые я поддаюсь странному порыву отвлечься, утолить свой голод мести иным способом.

Возможно, дело в том, что, поделившись с ней, я испытал странное облегчение. А ведь я не сторонник задушевных разговоров. Не по-мужски это как-то.