Дина Данич – Брак по договору (страница 8)

Рогов явно не согласен, и я всерьез опасаюсь, что он продолжит спорить. Но, к счастью, Валера все же уходит, метнув в меня взгляд, полный разочарования.

А из меня словно весь воздух выкачали. Такое бессилие накатывает. Я всю дорогу придумывала, как убедить Мишу, что тот разговор он понял неверно, а теперь я, кажется, сама окончательно этот шанс и упустила.

– Ты сильно злишься? – спрашиваю совсем не то, что хотела бы. Да и не чувствую я агрессии от мужа.

Который неожиданно приобнимает меня.

– Сонь, я понимаю, вы с Валерой провели детство вместе, и ты считаешь его близким человеком, но вот такое отношение к девушке недопустимо.

– Он просто расстроился.

– Возможно. Но не позволяй своей влюбленности наступить на твою гордость. Не позволяй относиться к себе вот так.

– То есть ты считаешь, что девушка должна ценить себя, и нельзя жертвовать чем-то во имя любви?

Калганов вздыхает и отпускает меня.

– Важно не потерять себя. А любовь… Она имеет свойство проходить.

– Звучит очень цинично.

– Зато правдиво, – отрезает муж. – Но я искал тебя не потому что следил, с кем ты проводишь время, – вдруг меняет тему Миша. –  Нас пригласили назавтра на благотворительный вечер. Мероприятие довольно важное, и пропустить его будет невежливо.

– Даже если у нас только-только закончилась свадьба? А как же медовый месяц?

Калганов хмурится, задумчиво потирает подбородок, а я уже жалею, что ляпнула такое, не подумав.

– Если ты не хочешь идти, то я, конечно…

– Нет-нет, я не об этом! – торопливо перебиваю его. – Просто, не будет ли это выглядеть странно.

– К сожалению, мероприятие и правда важное. Так что тебе придется снова побыть на виду.

– Хорошо. Я понимаю. Там есть какой-то дресс-код?

– Да, нужно подготовиться. Мой секретарь свяжется с тобой сегодня. Это действительно важно.

– Почему? Из-за бизнеса?

– Именно.

– Твоего? Или…

Миша прищуривается, смотрит на меня выжидающе.

– Продолжай. Ты хотела спросить – из-за компании твоего отца? Думаешь, я могу сделать что-то во вред?

– Нет, конечно. Просто Валера сказал, что… – осекаюсь, опуская взгляд. – Что моего отца убили. Заказали. Что авария – это не случайность.

Я впервые слышу, как мой муж ругается. Не просто чертыхается, а вполне себе жестко высказывается, еще и на эмоциях.

– Извини. Не стоило этому парню тебе говорить.

– То есть, это правда? Но почему ты молчал?!

– Потому что не хотел тебя пугать. Отца тебе это не вернет, но так ты будешь дергаться и бояться собственной тени.

– Вот, значит, какого ты обо мне мнения, – с горечью качаю головой. – Не волнуйся, Миш. Я сильная, я справлюсь. Ты еще увидишь это!

Быстро разворачиваюсь и ухожу, пока он не успел увидеть слезы, которые уже скатываются по щекам.

Выходит, что я для него просто беспомощная девчонка, не более того. Именно поэтому он не позарился на мою честь, как он сказал. Пообещал, что не тронет.

Но я не собираюсь сдаваться. Хочет, чтобы я подготовилась к приему? Будет ему прием!

Мой запал немного сбавляет обороты, стоит мне оказаться у себя в комнате. Теперь, когда с Валерой мы фактически поругались, мне даже не с кем поговорить и обсудить свою идею. И если откровенно, я очень смутно пока представляю, что и как надо делать, чтобы Миша изменил ко мне отношение.

Пока сижу у окна, вижу, как муж садится в машину и уезжает. Опять.

Мысленно повторяю себе, что нельзя паниковать, что, может, это просто по делам. Однако внутренний голос настойчиво твердит, что если бы он женился по-настоящему, то не уехал бы на следующий день после свадьбы. И это отравляет меня.

А вскоре звонит мой телефон. Мне совершенно не хочется ни с кем разговаривать, но я помню, что это секретарь Миши. А значит, нужно ответить.

Но когда смотрю на экран телефона, то вижу – звонит-то мне Виолетта. Ей-то что надо?

После того, как она несколько раз вчера бросала на меня понимающие-снисходительные взгляды, разговаривать с мачехой желания нет совсем. Но не ответить будет невежливо.

– Алло?

– Сонечка, как дела? Как утро прошло?

– Спасибо, хорошо.

– Вот и ладушки. Дорогая, нам надо с тобой встретиться.

– Зачем? – непонимающе спрашиваю.

– Поверь, вопрос довольно серьезный. Касается наследства твоего отца.

– Но…

– Это в твоих же интересах.

– Ладно, – сдаюсь под ее напором. – Когда?

– Вы же наверняка пойдете завтра на благотворительный вечер. Вот там и поболтаем по-семейному.

– А если мы не придем? – поражаюсь ее осведомленности.

– Не смеши меня, Соня, твой муж не упустит такую возможность. Уверена, он уже тебе сообщил об этом. Так что жди меня. Это важно.

А потом слышу только короткие гудки…

– 9 Соня -

С Мишей я вижусь только на следующий вечер. Всю информацию по подготовке к мероприятию мне передает его секретарь, а сам муж приезжает очень поздно ночью, а уезжает ни свет ни заря.

По крайней мере, мне сообщают именно это.

Я без дела слоняюсь по дому, пытаюсь почувствовать себя здесь к месту, но выходит довольно слабо. Ведь мысли-то постоянно крутятся вокруг того, что у нашего брака срок годности всего год.

А мне мало этого. Я хочу все! Всю жизнь! Хочу остаться Калгановой, и чтобы надо мной не висел этот брачный договор.

– Отлично выглядишь, – говорит муж, едва я спускаюсь на первый этаж. Он тоже одет с иголочки – костюм сидит идеально, рубашка в тон моему платью цвета слоновой кости. Хотя, наверное, даже будь он в драных джинсах и футболке, был бы самым красивым для меня.

– Спасибо.

– Подожди, – тормозит меня Калганов и подводит к зеркалу, после чего достает футляр и, обойдя, надевает мне бриллиантовое колье, которое отлично подходит к моему платью.

– Вот теперь идеально.

Мы снова стоим рядом, как и в день свадьбы. И снова он смотрит на меня с теплом, но… Но не как на желанную женщину.

– Мне нужно вести себя определенным образом?– тихо спрашиваю.

– Просто будь собой, Софа, – так же тихо отвечает он. Лишь на краткий миг мне кажется, я вижу что-то такое в его взгляде, словно… Словно я и правда кажусь ему красивой.

Но все это быстро заканчивается, и мы покидаем дом.