Дина Ареева – Любовь не для заучек (страница 19)
Как тебе такое, Илон Маск? Слабо изобрести?
С двенадцатого этажа вниз я слетел без лифта за доли секунды и уже от подъезда вызвал такси.
Маргарита сразу трезвонить начала, я ответил, что по пьяни не считается. И мое «нахуй» мало того, что в действии, оно еще и подлежит пролонгации на неопределенный срок.
Приехал домой, из такси вышел, а в квартиру подняться не мог. Не хватало духу.
Как я ей в глаза посмотрю? Я же ее хотел, это я ее трахал, а не Риту. Но как такое скажешь? Она же не поймет. А кто бы понял?
«Ангелина, я так тебя хотел, что пошел ебать свою бывшую, потому что ты не даешь»
Просто охуенно. Она меня подальше пошлет и правильно сделает.
Все-таки поднялся, вошел стараясь чтобы потише, а у нее дверь в комнату открыта. Самое поганое, я понимаю, зачем.
Ангелина знает, где я, а все равно волнуется. И как было не войти?
А как вошел, так и завис.
Свет от коридора падал на ее личико, и я не выдержал, присел на корточки возле кровати. Так, чтобы ее лучше видно было.
Какая она красивая! А еще… чистенькая. Да, это как раз то, что первым приходит в голову, когда я ее вижу. Такая чистенькая, охуенно вкусная девочка.
Хотелось лечь рядом, подтянуть к себе так, чтобы спиной она мне в грудь упиралась, а круглой тугой попкой в мой член.
Он уже был готов занырнуть в свою Ангелину. Даже я понимал, насколько он охуевший. Я на нее после Риты даже смотреть не имею права.
Но ничего не мог с собой поделать. Так хотел, что ломало, реально ломало. Как конченного нарика.
Только не трахать ее хотел, точнее, не только трахать. Всю хотел. В волосы зарыться, трогать ее, довести, чтобы она текла мне на руки и умоляла про член внутри.
Все-таки не выдержал, сорвался. Погладил волосы, прошелся по контуру лица. И отвалил. В душе воду включил максимально горячую. Можно было бы, и кипятком облился для дезинфекции.
Уснул мертвым сном. Проснулся, а Ангелины нет. Звонил, забросал сообщениями, пока не увидел записку на холодильнике.
Вот тогда чуйка и сработала, но кто ж ее послушал? Никто.
Зато в холодильнике оказалось полно еды, домашней. Готовить у меня некому кроме Ангелины, значит она. И следом дошло, что это она ужин готовила. Для меня. А я Ритку ебал.
Пиздец.
Если Ангелина с выходных не вернется, правильно сделает. Придется силой тащить, я эти два дня без нее еле прожил. Тренировки выручили, но не могу же я сутками из зала не вылезать. А дома так пусто, что эхо по квартире от каждого шороха разлетается.
Как я без нее раньше жил? Хз.
Ангелина позвонила и стала быстро-быстро говорить, что они с подружками в левом клубе в ебенях. Закрылись в туалете, потому что их хочет силой увезти местная гопота.
Фарид, сын прокурора. Знаю я этого гондона. Папашка его не целый прокурор, а помощник прокурора в районной прокуратуре. Пусть только квакнет, его сынок завтра же сядет за хранение и распространение наркотических и психотропных средств. От трех до восьми лет.
Папа-помощник прокурора не спасет, потому что районная прокуратура и Генеральная это немного разные структуры. А как раз в последней служит отцовский хороший друг.
Я угадал, клуб реально дешманский. Оставляю машину прямо у входа, подхожу к двери. На дверях замерли два борова. Иду дальше так, будто их нет.
— За вход платить не собираешься? — интересуется первый. Второй при виде меня расширяет глаза и дергает напарника за руку.
— Сань, это же Демон…
— Слушайте сюда, — говорю доверительно, — там от вашего уебка Фарида в туалете моя девочка прячется. Если вы меня не впустите, через полчаса здесь будет спецназ, а вы пойдете искать работу. И я клянусь, что вас не возьмут охранниками даже в супермаркет. Я бы предпочел, чтобы вы помогли, но согласен, если вы просто не будете лезть.
Боровы переглядываются и по очереди решительно кивают. Пропускают меня внутрь, я бегу по коридору к туалетам. Вижу трех отморозков, навалившихся на дверь.
Одного разворачиваю к себе за вывернутый локоть, беру за уши и насаживаю на колено. Сначала пахом, потом солнечным сплетением. Второго оттягиваю за руку и как консервную банку на веревке швыряю об стенку.
А теперь Фарид. Согнутым локтем в кадык и в стену.
— Ты что, охуел, Демон? — хрипит он. — Пусти…
— Там, — показываю на дверь, — моя девочка. Ты ее напугал. Если ты ее еще где-то увидишь, перейдешь на другую сторону улицы, понял?
— Да понял, пусти…
— Он правда Демон? — хрипит под стенкой его дружок. Что ему отвечает Фарид, мне неинтересно, я стучу в дверь.
— Ангелина, ты там? Это я, выходите.
— Демьян! — дверь распахивается, и я тихо зверею, когда вижу ее испуганные заплаканные глаза. — Ты приехал!
Она с плачем бросается мне на шею, и я хватаю ее в охапку.
Все так как я хотел. Тело к телу, так что ладонь между нами не пройдет. Сама жмется, сама в меня вдавливается.
Ну почему я, сука, одетый?
Я боюсь разжать руки, боюсь оторваться от Демьяна даже на секунду. Я думала, что он не успеет, что эти три урода выбьют двери. Что было бы дальше, страшно представить.
Демьян сам меня не отпускает. Держит за талию одной рукой, второй голову прижимает. Я зарываюсь носом в его шею и замираю.
Только бы дали нам так еще постоять, только бы обо мне не вспоминали…
Демьян что-то говорит, очень резко и грубо, но я слов не разбираю. А его жесткий угрожающий тон наоборот успокаивает, потому что это моя защита.
— Ангелина, отпускай, мы идем в машину, — негромко говорит Демьян мне в макушку. Но я отчаянно жмурюсь, мотаю головой и сильнее к нему жмусь.
Вот если бы слиться с ним и стать невидимой!
Каренин шумно выдыхает, хмуро выдает: «Ладно, так пойдем», — и продвигается со мной через коридор к выходу. Девочки спешат за нами, кажется им так сказал Демьян.
Они забираются на заднее сиденье автомобиля, на переднее Демьян усаживает меня. Когда у него получается, наконец-то, меня от себя оторвать.
— Пристегнись, — бросает он, я слышу его словно сквозь вату. Киваю и бестолково шарю по стенке салона, пытаясь нащупать ремень безопасности.
Демьян молча наблюдает, пока у него не иссякает запас терпения. Он нависает надо мной, упираясь одной рукой в спинку сиденья. Второй снимает пряжку ремня и вставляет его в карабин. Я с трудом подавляю желание снова влипнуть в его шею.
— Куда вас отвезти? — Каренин смотрит в зеркало заднего вида на притихших девчонок. Они называют адреса, Демьян по очереди вбивает их в навигатор.
Я понимаю, что подруги после того, как прошел шок, теперь изнывают от любопытства. Настя знает Каренина, но не знает, что я у него живу. Анюта вообще ничего не знает, но Демьян явно ее заинтересовал. И главный вопрос, который их мучает — куда Каренин меня повезет. Потому что мой адрес он у меня не спрашивал.
Только сегодня они вряд ли получат ответы на свои вопросы. Демьян завозит домой сначала Анюту, потом Настю.
— Спасибо вам большое, вы нас буквально спасли, — говорит Настя, когда Каренин тормозит у ее подъезда.
Он ничего не отвечает, подруга чуть заметно вздыхает и начинает выбираться из салона.
— Это ты сегодня день рождения отмечала? — спрашивает вдруг Демьян. Настя замирает и обрадованно кивает. А мне хочется сделать фейспалм.
Что она себе напридумывала? Что Каренин сейчас станет ее поздравлять?
Похоже на то, потому что подруга плюхается обратно на сиденье и заговаривает со скорбной миной:
— Представляете, как обидно! Я его так ждала, это мой любимый праздник…
— В следующий раз выбирай заведение получше, — обрывает ее Демьян, — а то и сама подставилась, и подруг подставила.
Он переводит взгляд на меня. Настя на заднем сиденье вспыхивает.
— Не у всех есть деньги на «Кактус» или «Домино»!