Дин Кунц – Чужие (страница 153)

— Да, — сказал он. — Все кончено, и я не буду изменен, как вы. Вы меня не достанете.

Прежде чем кто-либо успел остановить полковника или догадался вырвать оружие из его рук силой телекинеза, он сунул ствол себе в рот и нажал на спусковой крючок.

Вскрикнув от ужаса, Джинджер отвернулась от падающего тела. Доминик сделал то же самое. Отталкивала не сама эта чертова смерть, а отсутствие в ней смысла, ведь человечеству оставалось сделать всего один шаг, чтобы раскрыть тайну бессмертия.

3

Переход

Когда сотрудники Тэндер-хилла заполнили пещеру и окружили корабль — большинство их никогда его не видели, — Джинджер, Доминик и другие свидетели, вслед за Майлсом Беннеллом, вступили на его борт.

Внутри, как и снаружи, ничто не поражало взгляд, не было никаких сложных и мощных машин, которые рассчитываешь увидеть на корабле, отправляющемся в такое путешествие. Майлс Беннелл объяснил, что в этой области инопланетяне продвинулись далеко за рамки земных представлений — вероятно, даже вышли за пределы физики в земном понимании. Внутри находилось одно длинное помещение, почти все было серым, унылым, безликим. Теплого золотистого свечения, наполнявшего корабль вечером 6 июля и посещавшего Брендана в его снах, не было. Только ряд обычных рабочих ламп, повешенных учеными для удобства.

Несмотря на простоту помещения, ему были свойственны теплота, притягательность и волшебство, которые странным образом напомнили Джинджер кабинет отца на задах его первого ювелирного магазина в Бруклине — тот самый, который всегда служил его штабом. Стены святилища украшал только календарь, мебель была недорогая, старая, сильно подержанная. Простая. Даже унылая. Но Джинджер эта комната всегда казалась великолепной и волшебной — Джейкоб редко работал в ней, зато часто усаживался там с какой-нибудь книгой и нередко читал дочери вслух. Иногда это был детектив, иногда — фэнтези про гномов и ведьм или про другие миры, иногда — шпионский триллер. Когда Джейкоб читал, тембр его голоса становился гулким, зачаровывающим. Маленький серый кабинет куда-то исчезал, Джинджер целыми часами представляла, как расследует странное дело на туманных болотах с Шерлоком Холмсом, отмечает с хоббитом Бильбо Бэггинсом его день рождения в Торбе-на-Круче, внутри горы, или присутствует вместе с Джимом и Уиллом на таинственном карнавале из замечательного романа Брэдбери. Кабинет Джейкоба был не только тем, чем казался. И хотя этот корабль ничем его не напоминал, он тоже представлял собой нечто большее, чем могло показаться на первый взгляд: под непримечательной оболочкой таились чудеса, великие тайны.

Вдоль каждой из длинных стен располагалось по четыре гробоподобных контейнера, казавшиеся высеченными из полупрозрачного, молочно-голубого вещества, вроде кварца. Майлс Беннелл сказал, что это устройства, в которых путешественники совершали долгие перелеты: жизнь их почти останавливалась и они старели в пятьдесят раз медленнее обычного — пятьдесят земных лет проходили для них как один год. Пока они спали, полностью автоматизированный корабль мчался сквозь пустоту, с помощью сенсоров и датчиков прощупывая пространство — не обнаружится ли признаков жизни в сотнях тысяч солнечных систем, мимо которых он пролетает.

Мимо внимания Джинджер не прошли два выпуклых кольца на каждом контейнере — точно такого же размера, как и те, что появлялись на ладонях Доминика и Брендана.

— Вы сказали, что они были мертвы, когда корабль приземлился, — напомнил Нед Беннеллу. — Но не ответили на мой вопрос: от чего они умерли?

— От времени, — сказал Беннелл. — Хотя корабль и все его приборы во время спуска и посадки там, за восьмидесятой, продолжали функционировать нормально, экипаж корабля умер от старости задолго до приземления.

— Но вы сказали, что они старели в пятьдесят раз медленнее обычного, — заметила Фей.

— Да, — ответил Беннелл. — При этом мы выяснили, что они — долгожители по нашим меркам. Средняя продолжительность жизни — пятьсот лет.

Джек Твист, который стоял с Марси на руках, сказал:

— Но боже мой, если один год считается за пятьдесят, чтобы умереть от старости, им нужно было путешествовать двадцать пять тысяч лет!

— Больше, — уточнил Беннелл. — Несмотря на их огромные знания и развитые технологии, они не открыли способа превысить скорость света — сто восемьдесят шесть тысяч миль в секунду. Скорость их кораблей равна девяноста восьми процентам от световой, около ста восьмидесяти двух тысяч миль в секунду. Быстро, но недостаточно быстро, если подумать о расстояниях. Наша галактика — а они обитают в соседней — имеет диаметр в восемьдесят тысяч световых лет, или около двухсот сорока тысяч триллионов миль. Они создали для нас трехмерные изображения галактик и указали, где находится их планета. Мы считаем, что она расположена более чем в тридцати одной тысяче световых лет от края соседней галактики. А поскольку корабль летит почти со скоростью света, это означает, что они покинули свой дом немногим менее тридцати двух тысяч лет назад. И хотя приостановка жизнедеятельности позволила им прожить дольше, они, вероятно, умерли почти десять тысяч лет назад.

Джинджер снова почувствовала, что ее трясет, как и тогда, когда она впервые увидела древний корабль. Она прикоснулась к ближайшему из молочно-голубых контейнеров, воплощению жертвенности, которая потрясала ум и смиряла сердце. Сознательно отказаться от домашнего уюта, оставить свою планету и своих сородичей, преодолеть такое расстояние — лишь для того, чтобы встретить отсталый вид в самом дальнем конце вселенной…

Беннелл говорил все тише, и наконец голос его стал совсем неслышным, словно он выступал в церкви.

— Они умерли в двадцати пяти тысячах световых лет от дома. Они были мертвы, когда человечество жило в пещерах и только начинало заниматься сельским хозяйством. Когда эти… немыслимые путешественники умерли, все население нашей планеты составляло около пяти миллионов человек. Меньше, чем живет сейчас в одном Нью-Йорке. За последние десять тысяч лет, пока мы выбирались из грязи и ломали спины, чтобы построить непрочную цивилизацию, вечно балансирующую на грани уничтожения, эти восемь мертвых искателей настойчиво продвигались к нам через бесконечные просторы окраинной области галактики.

Джинджер увидела, как Брендан прикасается к другому концу гроба, на котором уже лежали ее руки. В его глазах сверкали слезы. Джинджер знала, о чем он думает. Он принес обеты бедности и безбрачия, отказался от многих радостей светской жизни в качестве подношения Богу. Брендан знал, что такое жертва, но ни одна из его жертв не шла ни в какое сравнение с тем, чем пожертвовали ради своего дела эти существа.

— Чтобы найти пять других разумных видов на таких бескрайних просторах и при таких ничтожных шансах, они должны были отправить много кораблей, — сказал Паркер.

— Мы думаем, они ежегодно отправляли сотни, может быть, даже тысячи звездолетов на протяжении более ста тысяч лет к тому моменту, как этот корабль покинул свой порт. Как я сказал, это их религия и цель как вида. Остальные пять видов, найденные ими, находились в пределах пятнадцати тысяч световых лет от их планеты. Имейте в виду: даже когда они обнаруживают разум на таком расстоянии, об этом становится известно только пятнадцать тысяч лет спустя, когда сигнал доходит до планеты. Вы начинаете представлять себе глубину и масштаб их деятельности?

— Большинство исследователей, — пояснил Эрни, — отправляются в путь, зная, что никогда не вернутся и не достигнут никаких результатов. Большинство кораблей летят по бесконечному космосу, и больше ничего, а их экипажи умирают, как умерли эти.

— Да, — подтвердил Беннелл.

— И все же они отправляются в путь, — сказал Доминик.

— И все же они отправляются в путь, — повторил Беннелл.

— Возможно, мы никогда не увидим других посланцев оттуда, — добавил Нед.

— Дайте человечеству сто лет, чтобы освоить и применить все знания и технологии, которые они доставили сюда, — сказал Беннелл. — Потом дайте нам еще по меньшей мере тысячу лет, чтобы мы созрели и стали способны на такие же свершения. Тогда будет отправлен корабль с человеческим экипажем, погруженным в сон. Может быть, мы найдем способ усовершенствовать процесс, чтобы экипаж не старел вовсе или старел гораздо медленнее. Никто из нас не доживет до этого, но старт состоится, я чувствую сердцем. А потом… тридцать две тысячи лет спустя наши далекие потомки прилетят туда, ответят на зов и восстановят контакт, об установлении которого эти существа даже не знали.

Все стояли молча, ошеломленные, пытаясь осознать всю важность предсказаний Беннелла.

Джинджер ощущала легкий озноб, восхитительный и неописуемый.

— Это масштаб, в котором творит Господь, — произнес Брендан. — Мы говорим о том, чтобы мыслить, планировать и действовать в масштабах Бога, а не человека.

— И уже не так важно, кто выиграет бейсбольный чемпионат в этом году, правда? — сказал Паркер.

Доминик приложил руки к кольцам на крышке странной анабиозной камеры — вокруг нее теперь собрались все.

— Я думаю, доктор Беннелл, только шестеро были мертвы, полностью мертвы в тот вечер шестого июля, — проговорил он. — Я начинаю вспоминать, что случилось, когда мы ступили на корабль. Нас повлекло к двум контейнерам, повлекло нечто, еще жившее в них. Они были едва живыми, но пока еще не мертвыми.