Дин Кунц – Чужие (страница 138)

По пути Стефан рассказал о ГИПКе, о котором узнал от Майкла Джеррано, а тот — от мистера Икс, друга Джинджер Вайс.

— Полковник Фалкерк был единственным военным в организации. Похоже, ГИПК придумали для разбазаривания денег налогоплательщиков: эта исследовательская группа должна анализировать социальную проблему, которая, вероятнее всего, никогда не возникнет. В нее входят биологи, физики, специалисты по культурной антропологии, врачи, социологи, психологи. Аббревиатура ГИПК расшифровывается как Группа изучения последствий контакта. Это означает, что они пытаются определить позитивные и негативные последствия контакта человечества с разумными инопланетными видами.

Не отрывая глаз от заснеженной дороги, Стефан помолчал, чтобы его попутчик осознал услышанное, и чуть улыбнулся, когда раздался неожиданный резкий вдох.

— Вы же не хотите сказать… — проговорил Паркер, — не имеете же вы в виду…

— Имею, — сказал Стефан.

— Что-то прилетело… вы хотите сказать… что-то…

В первый раз за время их недолгого знакомства Паркер Фейн потерял дар речи.

— Да, — сказал Стефан. Для него случившееся уже перестало быть новостью, но он все еще содрогался при мысли об этом и понимал, что чувствует Паркер. — В ту ночь что-то спустилось на землю. Что-то спустилось с неба шестого июля.

— Господи Исусе! — воскликнул Паркер. — Ой, извините, отец, не хотел поминать всуе. Спустилось. Ни хрена себе! Простите. Нет, правда. Но… господи боже!

Они ориентировались на желтоглазые отражатели, следуя по очень извилистой гравийной дороге, которая жалась к основаниям складчатых холмов.

— С учетом обстоятельств, — сказал отец Вайкезик, — не думаю, что Господь налагает на вас языковые ограничения. Основная цель ГИПКа состояла в том, чтобы выработать общее представление о том, какое влияние непосредственный контакт с неземной цивилизацией окажет на нашу культуру и, шире, на человечество.

— Но ведь все очень просто. Какая радость, какое чудо — узнать, что мы не одни! — сказал Паркер. — Мы с вами знаем, как реагировали бы люди. Посмотрите, сколько десятилетий они увлекаются фильмами о других мирах и инопланетянах!

— Да, — сказал отец Стефан. — Но есть разница между тем, как они реагируют на вымысел и как могут отреагировать на реальность. По крайней мере, так считают многие ученые, особенно представители общественных наук — социологии, психологии. А антропологи говорят нам, что когда продвинутая культура взаимодействует с менее продвинутой, последняя теряет веру в свои традиции и институты, иногда полностью. Примитивная культура утрачивает уважение к религии и системам управления. Ухудшается сексуальное поведение, размываются социальные ценности, разрушаются семейные устои. Посмотрите, что случилось с эскимосами после соприкосновения с западной цивилизацией: алкоголизм, губительный для семьи конфликт поколений, рост самоубийств… И дело не в том, что западная культура — опасная или вредоносная. Вовсе нет. Но наша культура была гораздо более развитой и сложной, чем эскимосская, контакт привел к серьезному падению самооценки эскимосов, теперь они уже не смогут ее поднять.

Стефану пришлось прервать свои излияния — гравийная дорога, по которой они ехали, кончилась.

Паркер принялся изучать карту в тусклом свете лампочки из бардачка. Потом посмотрел на компас, закрепленный на приборной панели.

— Сюда, — сказал он, показывая налево. — Три мили на запад, по бездорожью. Там мы выйдем к окружной дороге направлением север-юг — Виста-Вэлли-роуд и пересечем ее. Оттуда до «Транквилити» восемь-девять миль, опять по бездорожью. Мы должны подъехать к мотелю с задней стороны.

— Поглядывайте на компас, чтобы я не сбился с курса на запад.

Стефан повел машину по засыпанной снегом местности.

— То, что вы сказали про эскимосов, — начал Паркер, — и о том, как смотрит на проблему ГИПК… Мистер Икс ведь не сообщил отцу Джеррано все эти подробности по телефону?

— Что-то сообщил, что-то нет.

— Как я понимаю, вы размышляли об этом прежде.

— О межпланетном контакте я не думал, — сказал отец Вайкезик. — Но иезуитов учат трезво смотреть на положительные и отрицательные последствия усилий церкви по насаждению веры среди отсталых народов. Похоже, мы не только принесли им просвещение, но и причинили огромный ущерб. Как бы то ни было, мы проводим много антропологических исследований, и озабоченность ГИПКа мне понятна.

— Вы отклонились на север. Берите влево, как только местность позволит, — сказал Паркер, посмотрев на компас. — Послушайте, я все еще не понимаю озабоченности ГИПКа.

— Возьмите американских индейцев. Их уничтожили не столько ружья белого человека, сколько столкновение культур. Приток новых идей заставил индейцев по-другому посмотреть на свои относительно примитивные сообщества, что привело к потере самооценки, утрате культурных ценностей и вектора развития. Судя по словам мистера Икс, переданным мне отцом Джеррано, ГИПК решил, что контакт человечества и куда более развитых инопланетян может иметь для нас такие же последствия: разрушение религиозной веры, потеря веры во все государственные институты и светские традиции, комплекс неполноценности, самоубийства.

Паркер Фейн издал резкий горловой звук, прозвучавший насмешливо.

— Отец, ваша вера разрушилась бы из-за этого?

— Нет! Напротив! — возбужденно ответил Стефан. — Если бы эта огромная вселенная не содержала никакой другой жизни, если бы триллионы звезд и миллиарды планет были лишены жизни, это навело бы меня на мысль, что Бога нет, что эволюция нашего вида — всего лишь счастливая случайность. Ведь если Бог есть, Он любит жизнь, холит ее и всех существ, которых создал, и Он никогда не оставил бы вселенную такой пустой.

— Многие люди — большинство — думают так же, — сказал Паркер.

— И даже если вид, с которым мы столкнулись, пугающе не похож на нас физически, меня это не отвратит. Когда Господь сказал нам, что создал нас по своему образу и подобию, Он вовсе не имел в виду внешнее сходство. Он имел в виду душу и разум, способность рассуждать, сострадать, любить, дружить. Этим человек подобен Ему. Вот какое послание я везу Брендану. Я считаю, что его кризис веры связан с воспоминанием о встрече с цивилизацией, совершенно не похожей на нашу и неизмеримо нас превосходящей. Он подсознательно решил: это опровергает учение церкви о том, что Бог создал нас по своему подобию. Я хочу сказать ему вот что. Важно не то, как они выглядят, и не их цивилизационное превосходство над нами. На их Божественное происхождение указывает данная Им способность любить, сочувствовать и использовать полученный от Бога разум, чтобы справляться с вызовами, которые бросает вселенная.

— Это им и пришлось сделать, чтобы покрыть такое расстояние, — сказал Паркер.

— Именно! Не сомневаюсь: когда блок памяти Брендана разрушится, когда он вспомнит, что́ случилось, и у него будет время все обдумать, он придет к тому же выводу. Но я на всякий случай хочу быть рядом с ним, чтобы помочь ему, направить его.

— Вы его очень любите, — сказал Паркер.

Несколько секунд отец Вайкезик, прищурившись, смотрел на белый мир перед собой, в котором бушевала буря. Теперь он двигался медленнее и осторожнее, чем до того, когда ориентировался на отражатели вдоль дороги. Наконец он тихо произнес:

— Иногда я жалею, что выбрал священническую стезю. Прости меня, Господи, но это правда. Потому что иногда я думаю о семье, которая могла бы у меня быть: о жене, с которой я жил бы общей жизнью, о детях, которые росли бы на наших глазах… Семья, которая могла бы у меня быть, — вот чего мне не хватает. Больше ничего. Что касается Брендана… да, это сын, которого у меня никогда не было и не будет. Я люблю его так, что и передать не могу.

Немного спустя Паркер вздохнул и проговорил:

— Лично я считаю, что ГИПК — бочка с дерьмом. Первый контакт не уничтожил бы нас.

— Я согласен, — сказал Стефан. — Их ошибка в том, что они сравнивают нынешнюю ситуацию и наши контакты с примитивными культурами. Разница в том, что мы не примитивны. Это будет контакт между очень продвинутой культурой и суперпродвинутой. ГИПК решил, что в случае такого контакта его необходимо скрыть от общественности, если возможно, и рассказать обо всем только через десять или двадцать лет. Но это ошибка, серьезнейшая ошибка, Паркер. Мы в силах справиться с таким потрясением, потому что готовы к их появлению. Боже мой, мы готовы к встрече с ними, которую так отчаянно вожделели!

— Отчаянно готовы, — шепотом согласился Паркер.

Еще минуту они ехали, подпрыгивая и раскачиваясь, в тишине, не в состоянии говорить, не в состоянии выразить словами это невыносимо прекрасное знание: человечество не одно во вселенной.

Наконец Паркер откашлялся, посмотрел на компас и сказал:

— Вы идете точно по курсу, Стефан. До Виста-Вэлли-роуд, должно быть, меньше мили. Этот человек из Чикаго, о котором вы упомянули… Кэл Шаркл. Что он прокричал копам сегодня утром?

— Он уверял, что видел, как приземлились инопланетяне и что они враждебны нам. Боялся, что они уже начали завоевывать нас и вселились почти во всех его соседей. Инопланетяне будто бы захватили его в плен, привязали к кровати и с помощью капельницы проникли в него через вены. Поначалу я опасался, что так оно и есть и события в Неваде следует рассматривать как угрозу. Но в самолете из Чикаго у меня было время подумать. Шаркла схватили и подвергли промывке мозгов, а он принял это за действия инопланетян, чей корабль действительно видел. Решил, что это инопланетяне в скафандрах схватили его и натыкали в него иголок. Он стал свидетелем посадки космического корабля, а потом появились эти посланные властями люди в защитных костюмах, и к тому времени, когда они внедрили в его подсознание всю эту ерунду и дополнили блоком памяти, он был совершенно дезориентирован. Никакие инопланетяне к нему не прикасались. Все это сделали его соотечественники.