Димитрий Близнецов – Скайт Уорнер (страница 19)

Первое время он боялся зеркал, потому что оттуда на него смотрело незнакомое лицо — то самое лицо, чей насмешливый, полный цинизма взгляд смотрел на него с фотографии в картонной папке его дела. Сомнений быть не могло, он и Скайт Уорнер один и тот же человек. И раз жизнь распорядилась таким образом, превратив его в бандита и убийцу, то он им и останется до самого последнего момента, пока космические лучи и радиация не разъедят его мозг и не испортят его кровь на урановых рудниках. А вскоре его отправили специальным рейсом тюремного шатла с южного космодрома к его последнему, как тогда казалось Уорнеру, месту назначения. Именно во время этого перелета Скайт в первый раз увидел блестящий в лучах звезды Альфа Кассандры звездолет «Валрус». Мощный боевой крейсер Браена Глума возник из черноты космоса, как само проведение, даря всем узникам, уже смирившимся со своей участью, самое дорогое — надежду.

— Парни! — воскликнул Браен Глум, появляясь на пороге отсека с заключенными, когда тюремный шатл был взят на абордаж и отбуксирован в просторные трюмы пиратского звездолета. — У вас есть два пути — остаться здесь или пойти со мной. Тот и другой путь приведет вас в ад, но если вы пойдете со мной, то обещаю вам веселую дорогу!

Ну как было отказаться от такого заманчивого предложения? Так Скайт Уорнер оказался в команде Браена Глума, который к тому моменту уже успел снискать себе славу самого опасного, бесстрашного и хитрого космического пирата из всех известных. А в то время между Великой Империей и Космическим Союзом Свободных Планет шла крупномасштабная космическая война, и тех, кто бороздил просторы космоса под черным флагом, было не так уж мало.

— Мы будем рассматривать картины или займемся делом? — поинтересовался Дерк Улиткинс, отвлекая Уорнера от воспоминаний.

На столе под картиной были разложены пожелтевшие от времени бумаги, стояли компьютер, настольная лампа, стакан с ручками и карандашами, а также круглый аквариум с высохшей водой.

— Кто бы мог подумать, что Браен Глум любил рыбок? — усмехнулся Дерк Улиткинс.

— Он любил не только рыбок, — странным тоном отозвался Скайт. — Посмотри на эту коллекцию.

Улиткинс отвернулся от аквариума и посмотрел на шкаф, который привлек внимание его компаньона. Взору Дерка Улиткинса открылось зрелище, бросившее его в холодный пот. Потрясенный, он ослабил воротничок генеральского мундира и перевел дух.

С полок за прозрачными стеклами дверок шкафа на Дерка из больших округлых банок смотрели человеческие головы. Их было по меньшей мере несколько десятков. Там находились головы как мужчин, так и женщин. Банки, заполненные жидкостью и закрытые герметичными крышками, занимали все полки и соседнего шкафа. Глаза у всех экспонатов этого страшного анатомического музея мертвым, ничего невидящим взором широко раскрытых глаз смотрели перед собой.

Среди всевозможных лиц людей всех цветов кожи, рас и национальностей были головы уродов и мутантов с мерзкими, страшными отклонениями, от одного вида которых к горлу подкатывал тошнотворный ком.

Абсолютно лысая голова женщины смотрела мертвыми голубыми глазами из ближайшей банки. Черты ее лица можно было бы назвать привлекательными, если бы не два лишних глаза с обеих сторон в височной части головы. У другого экспоната — смуглого мужчины с широким лбом, в открытом рту виднелись клыки, как у волка. Два лица у одной головы. Что-то среднее между человеком и птицей. Бесформенная масса, напоминающая открытый мозг с оскалом из маленьких острых клыков в огромной пасти. От всего этого бросало в дрожь.

На каждой из банок висела маленькая табличка с пояснением. Уорнер прочитал ближайшую, на банке с четырехглазой женщиной.

— «Синтетойд с Глаумбируна». Дальше шли цифры какого-то кода.

— Это не настоящие люди, — с облегчением произнес Скайт. — Это головы синтетойдов — искусственно выращенных человекоподобных организмов.

— Все равно неприятное зрелище, — отозвался Дерк.

— Подобные мутации не редкость при выращивании синтетойдов. В отличие от гомункулусов, при выращивании которых используется человеческая яйцеклетка, синтетойдов получают с помощью искусственной молекулы ДНК.

— Для чего их вообще делают?

— Принято считать, что синтетойдов первыми стали использовать секретные службы, для подмены правителей недружественных стран. В отличие от искусственно выращенного человека, синтетойда можно легко запрограммировать на реализацию определенного задания. Поэтому в Союзе Свободных Планет введен тест на «человечность» для всех чиновников, занимающих руководящие посты в государстве, — сказал Уорнер. — Браен Глум никогда не любил синтетойдов, но я раньше не замечал за ним, чтобы он занимался подобным коллекционированием.

— Мне неприятно находиться здесь, когда на меня смотрят отрубленные головы. Пускай они и принадлежат синтетойдам. Все равно эти головы очень похожи на человеческие, — сказал Дерк Улиткинс, стараясь не смотреть на ряды банок, и, чтобы перевести разговор в другое русло, поинтересовался: — Ты что-нибудь придумал, где может находиться сейф капитана?

— Сейф скорее всего за картиной, — предположил Скайт. Он подошел к полотну с изображением звездолета и потянул на себя золоченую раму. Оказалось, что картина крепится к стене на петлях и представляет собой что-то вроде двери, за которой блеснула серая сталь сейфа, вмурованного в камень скалы.

— Прекрасно! — обрадовался Дерк Улиткинс. — Ты, наверное, знал, где искать?

— Это было нетрудно угадать, — ответил Уорнер.

— Да, но как мы его откроем? — теряя оптимизм при виде замка с шифром, обратился к напарнику Дерк.

— Испробуем все известные мне коды Браена Глума — это может занять несколько часов. Но я думаю, что мы никуда не торопимся.

Скайт пододвинул кресло и, сев на него, принялся нажимать кнопки с цифрами на передней панели стальной двери, набирая на жидкокристаллическом экране замка известные ему комбинации.

Дерк Улиткинс, минуту постояв, наблюдая, как Скайт нажимает кнопки, смирился с тем, что предстоит провести некоторое время под взглядом голов в банках. Он сел на край стола, достал сигарету и, прикурив от трофейной зажигалки, принялся рассматривать ее блестящий золотой корпус.

— «Великодушному Эндрю от любящей Жужу», — прочитал выгравированную надпись Дерк Улиткинс и хохотнул. — Оказывается, нашего капитана с Фабиана звали Эндрю, и, как здесь написано, он неплохой парень. — Дерк выпустил облако табачного дыма и спрятал зажигалку обратно в карман. — Интересно, знала ли Жужу о том, что Эндрю с помощью ее подарка помогал исполнить просьбу заключенного о последней сигарете?

— Вполне возможно, — не отрываясь от своего занятия, отозвался Скайт.

— «Великодушному»! — продолжал разговаривать Дерк. — Замечательно! Очень точно подмечено. Думаю, Эндрю понравилась бы коллекция синтетойдов Браена Глума. В этом плане они чем-то похожи друг на друга. К тому же тот и другой капитаны. По моим наблюдениям, все капитаны имеют свои странности. Вот ты, к примеру, тоже странный человек. С твоими деловыми качествами и недюжинными способностями такие дела можно было бы проворачивать, зарабатывать неплохие деньги, а ты после амнистии занимаешься частным извозом. А ведь многие из команды Браена Глума сейчас стали уважаемыми людьми, и даже не самые крутые парни. Дрекслер, например, — бывший начальник штурмового отряда, теперь один из уважаемых людей в самом Плобитауне. А раньше этот замухрышка ходил в твоем подчинении и лизал задницу каждому, кто был выше его по званию. Теперь же при встрече, я думаю, он не подаст тебе даже руки.

Возможно, Дерк Улиткинс собирался развивать начатую им тему и дальше на протяжении всего времени, пока Уорнер возился бы с замком, но, к счастью для Скайта, комбинация кодового замка определилась быстро, и толстая металлическая дверь с глухим звуком отодвигаемых запоров открылась, прервав поучительную речь Дерка Улиткинса. Скайт с облегчением вздохнул и принялся вынимать содержимое сейфа, складывая его на стол. Первыми он извлек пухлые папки с бумагами, коробку с дорогими сигарами, содержимое которой тут же перекочевало в карманы Дерка Улиткинса, нераспечатанную бутылку виски «Черный Саймон», которую Дерк отставил в сторону, но так, чтобы она была под рукой, никелированный «Куспайдер»[8] с дополнительной обоймой и пухлую пачку кредитов, стянутую посередине резинкой. Последним Скайт достал прозрачную пластмассовую коробку с компакт-дисками звездных карт и судовых журналов ограбленных звездолетов.

— Это как раз то, что мы ищем, — произнес Уорнер, рассматривая через прозрачный пластик содержимое коробки.

Внутри ящика находилось около трех десятков футляров с компакт-дисками для бортовых компьютеров звездолета. В каждом лежала бумажка с написанным рукой Браена Глума названием корабля, датой и местом, где этот корабль был ограблен. Уорнер быстро пробежал названия и нашел тот самый, который принадлежал почтовому кораблю, взятому на абордаж десять лет назад возле планеты Фабиан. Скайт вынул его из коробки и показал Дерку.

— Вот и сам диск.

— Теперь золото Империи у нас в кармане, но, честно говоря, я надеялся, что в сейфе капитана мы найдем больше, — разочарованно произнес Дерк Улиткинс.