Дима Льевич – Квест-игра «Искушение» (страница 2)

– Ну что ты так смотришь? – недовольно бурчит девушка.

– Нашел ответ на твой вопрос: «Участник, не выполнивший основное задание или не ответивший на вопрос, обязуется выполнить штрафное задание». Какое именно, думаю, мы узнаем в самой игре, – киваю на большой раскрашенный лист. – «Если вы увлеклись друг другом, не закончив игру, вы можете продолжить ее позже, пока не выполните все задания. Желаем вам испытать множество новых ощущений, возбуждающих эмоций и необузданную страсть! Любите и будьте любимы!» Ну что ж, вроде все пока понятно и звучит очень интересно. Как тебе?

– Мне понравился пункт, где говорят, что можно прекратить играть, когда захочется, – говорит Карина, сложив руки на груди.

– Здесь немного не так написано, – улыбаюсь, чтоб еще сильнее не сбивать ей настрой. – Но нам, думаю, и не придется прерываться.

– Посмотрим. Я ни на что не подписывалась.

– Ну ладно тебе, малышка, не надо так серьезно. Это же всего лишь игра. Давай посмотрим, что тут у нас. Секунду. – Лезу в карман бриджей и достаю монетку. Протягиваю Карине. – Хочешь начать?

– Нет, ты это затеял, ты и продолжай.

Уровень 1. Желание

– Хорошо. – Стираю скретч-слой с первого кружка, сдуваю и зачитываю вопрос: «Какие у тебя были самые возбуждающие моменты?»

– Это мне вопрос такой? – сразу же спрашивает девушка и выкатывает на меня глаза.

– Нам обоим. В правилах пишут… нужно поочередно отвечать на вопросы. Если хочешь, могу ответить первым, – спешу успокоить ее, и это на удивление срабатывает. Карина откидывает голову к стене и закрывает глаза. Вздыхает и говорит:

– Ну давай.

Следую ее примеру и запрокидываю голову. Несколько секунд думаю, и на лице расплывается улыбка.

– Если говорить о повседневных моментах… Когда я сидел за компьютером, вот там, а ты примеряла перед зеркалом тот кулончик на серебряной цепочке, который я подарил тебе на день рождения. На тебе были только трусики и моя рубашка, застегнутая на две нижние пуговицы.

– Это твой «самый возбуждающий момент»?

– Да. – Открываю глаза и встречаюсь с Кариной взглядом. – Было утро. Солнце только поднималось и так хорошо обрисовывало твой силуэт лучами. Ты крутилась на носочках перед зеркалом, трогала волосы и улыбалась. Ты и не знала, что я на тебя любуюсь. Ты была так прекрасна.

– Знала, – чуть зардевшись, улыбается девушка. – А почему не подошел?

– Почему? Не хотел испортить момент.

– Дурак ты, Тимка, – дует губки Карина. – Это же твой подарок. Я для тебя и крутилась там. Думала… Он, кстати, все еще на мне.

– Ты носишь его?

– Конечно! Ну, не всегда, – говорит она, а у меня аж в груди разгорается тепло. Хочется спросить, почему не всегда, но нарываться на неприятные слова, а тем более заставлять ее вспоминать нечто такое же, совсем не хочется, потому мягко предлагаю продолжить игру:

– Хорошо. Теперь твоя очередь отвечать на вопрос.

– Честно?

– Конечно.

– Ладно. Помнишь, я как-то пришла домой уставшая, расстроенная, а мне еще нужно было готовить ужин?

– Да. У тебя тогда что-то на работе произошло. А я пораньше освободился и пришел за несколько минут перед тобой и принял душ, даже одеться не успел.

– Да. Так не хотелось ничего делать. Только упасть на кровать и реветь. Я думала, ты начнешь ругаться, что я ленивая, ведь должна тебя кормить, а не отлынивать. Но ты поцеловал меня, погладил по волосам и сказал отдыхать. А сам пошел жарить те отбивные. Я такого не ожидала. И видя, как ты в одних трусах и фартуке готовишь ужин, хоть у тебя и получилось, помню, фигово, – смеется, – я так потекла. Думала, будь у меня силы, наброшусь на тебя. Но ты сам пришел и.

– Да-а, такой нежный секс у нас нечасто бывал, – улыбаюсь мечтательно, вспоминая тот момент.

– Делал бы ты так почаще, может, и нормально все было бы! – с резкой переменой в голосе заявляет Карина. – Давай дальше. Узнаю хоть получше тебя.

Неприятно, что ее настроение резко переключилось обратно, но накалять не хочется.

Беру карточку с первым номером. Задания на ней расписаны с двух сторон. Читаю молча: «Закрой глаза. Вспомни и представь то, что возбуждает, заводит тебя сильнее всего. Попроси партнершу закрыть глаза и расскажи ей об этой фантазии в мелких деталях. Прикасайся к ней через одежду, но делай это очень мягко и нежно. Постарайся сделать так, чтобы она так же ярко представила и даже почувствовала все то, о чем ты думаешь».

– Хорошо, идем дальше, – говорю и подбираюсь по кровати к девушке.

– Ты чего удумал?

– Я свое задание прочитал. Здесь нужно… Я сейчас покажу.

Карина хоть и показывает всем видом недовольство, но позволяет себя обнять. А я сажусь сзади нее и протягиваю ноги так, чтобы она оказалась между ними.

– Я сначала выполню свою часть, а потом ты прочитаешь свою, ладно? Или можешь посмотреть, что там, пока я говорю. А пока просто слушай.

– Ладно.

Отдаю ей карточку, обнимаю и закрываю глаза.

***

– Когда я увидел тебя тем утром, у зеркала, я делал вид, что увлечен работой н компьютере. Но на самом деле я не мог думать ни о чем, кроме тебя. Единственная мысль была – подойти к тебе сзади, пока ты красуешься там и разглядываешь кулон, прижаться к тебе и запустить руки под рубашку.

– Зачем ты это мне говоришь? – перебивает мой бурный поток воспоминаний, будоражащий тело.

Открываю глаза. Карина повернулась и, нахмурив брови, смотрит на меня, затем опускает взгляд на карточку у себя в руках. Не знаю, свое или мое задание она читает, но позволяет мне продолжить.

– Представлял, как пробегаюсь пальцами по твоему животику вверх и сжимаю твои идеальные груди, целую шею и нашептываю тебе всякие непристойности на ушко.

Сам не замечаю, как блуждаю руками по телу девушки. И только закончив озвучивать фантазию, разжимаю пальцы.

– Вот так да, – выдыхает Карина. И ее голос четко дает мне понять, что ее не просто зацепил мой монолог, а даже немного возбудил. Я хорошо различаю эти нотки, и это не может не радовать. Уже сейчас хочется отбросить эту игру и наверстать упущенное со своей девочкой.

– И сейчас очень хочу тебя, Рин, – шепчу ей в шею.

– Так, моя очередь сейчас, да? – чуть сбивчиво говорит она, но берет себя в руки, сбрасывая с себя мои, и продолжает твердо и уверенно: – Раз уж ты вспомнил именно тот случай, то я тоже скажу о нем. Не хочется повторяться, но я тогда тоже думала именно об этом. Даже попой крутила, блин! Думала, ты все же подойдешь. А ты все сидел и сидел как не пойми кто. Я в тот день и решила, что ты больше не хочешь меня. Именно с того момента все пошло наперекосяк. И вообще. – Карина выбрасывает карточку в конец кровати и резко встает. – Поиграли немного, и хватит. Если ты думал, что это что-то изменит…

– Нет, нет, пожалуйста, не уходи. – Ловлю ее за руку, и она оборачивается, но в глаза мне не смотрит. – Прошу тебя, Рина. Для меня это очень важно. Я знаю, что я много чего упустил в наших с тобой отношения, много не сделал, чего должен был. И чего хотел… Прости меня. Но сейчас… мы никогда настолько откровенно с тобой не говорили, и теперь мне кажется, что я только-только начинаю тебя узнавать. Останься, умоляю. Знаю, ты обижена, расстроена и, может, даже разочарована, но…

– Может? Тим, я именно разочарована! – повышает голос и наконец смотрит мне в глаза. Не знаю, что она в них видит, но после паузы вздыхает и присаживается на край кровати. – Ну и что там дальше в этой игре?

– Я тебя обожаю! – Подпрыгиваю и целую ее в висок, несмотря на ее легкое недовольство. А еще вижу, что она согласна со мной, но признавать этого вслух, конечно же, не собирается. А мне это и не нужно. Мне только бы переубедить ее и сохранить то, что есть, не разрушив окончательно.

Беру игру с монеткой и стираю скретч-слой со второго кружка.

– Так. Интересный вопросик! – улыбаюсь и слежу за реакцией девушки. – Ты когда-нибудь танцевала стриптиз?

– Ты первый отвечай!

– Если вон та глупая «чунга-чанга» после душа – считается за стриптиз, то да, – смеюсь. – А ты?

– Нет конечно! С чего бы это? – восклицает Карина с приподнятой бровью. – Ну что ты так смотришь на меня? Не танцевала я!

– Ладно, ладно. Хотя для меня и могла бы, – говорю как бы между делом, достаю вторую карточку и протягиваю девушке. – Прочитаешь свое задание?

– И не собираюсь. Я не умею танцевать, – бурчит она, но карточку берет, пробегает по ней глазами и снисходительно смеется. – Чего вообще хотели добиться от… от нас разработчики этой игры?

– А что там? – интересуюсь и пытаюсь подглядеть через руку. Не все успеваю выхватить, прежде чем Карина убирает карточку в сторону. Только обрывки предложений: «…позволь… наблюдать за тем, как ты облизываешь что-нибудь, соблазнительно постанывая. Постарайся… для него максимально раскрепощенной и… даже если тебе немного неловко или смешно». – Ну мне же интересно.

– Я не хочу этого делать. Ну ерунда же! – Она смотрит мне в лицо и ждет реакции, а я просто жду, что будет дальше. Я вижу, ей интересно, что бы она ни говорила. – Вот же котяра! Ладно, ладно, я погляжу еще, как ты будешь свое задание выполнять, – бурчит она и переворачивает карточку, читает оборот. – О-о, да мне еще цветочки попались, ха! Так что только ради такого зрелища я согласна выполнить эту глупость.

– Так нечестно. Ты уже прочитала за нас обоих.

– А что такое? Не нравится? Я вот вообще вынуждена играть в угадайку, потому что не знаю, чего там для нас понавыдумывали, – мурлычет она, сгибает руку в запястье и, как кошечка, облизывает тыльную сторону ладони. Между каждой фразой томно постанывает. Неправдоподобно, конечно. Под конец начинает смеяться и вручает мне карточку: – Вот, я выполнила. Даже постаралась сделать все так, как написано. Теперь твоя очередь, «знаменитая модель».