Дилноза Набихан – Мой босс – тиран (страница 52)

Не знаю, что Константин сказал ей, но она приняла его помощь. Все они вышли из кабинета, оставив меня одного.

Я долгое время молча изучал дверь своего кабинета, будто лучше занятия не нашлось, но на самом деле в голове творился хаос. И все мысли касались Дилфины.

Не выдержал тишину, что стояла в кабинете и, вытащив из кармана пиджака свой телефон, набрал номер, который я уже знал наизусть. Противные гудки шли, но никто не собирался мне отвечать, пока я не услышал ринг тон её мобильного. Встал с места и быстро вышел в приёмную, надеясь, что она вернулась, но никого не обнаружил. Ринг тон шёл из её телефона, который остался под кучей бумаг. Она просто не успела забрать свои вещи, когда сбежала от меня. Все её вещи так и остались на месте. Тогда в чем она ушла? Неужели лишь в одной блузке и юбке, что не спасёт её в такой день? На улице идёт дождь.

Сбросил звонок, сжимая телефон в руке. Собрал её вещи и вышел из офиса, намереваясь поговорить с ней, объясниться и вернуть её вещи. Пока ехал к ней, в голове перебирал слова, что буду говорить. Однако меня ждало большое разочарование.

Пока поднимался к ней, сердце начало биться чаще, ускоряя ритм, и я, как мальчишка перед первым свиданием, очень волновался. Волновался это очень мягко сказано.

Дверь мне открыла, видимо, её сестра, Виктория. Она не узнала меня, нахмурилась, осматривая меня с ног до головы.

— Здравствуйте, чем могу помочь? — мягкий голос отличался от голоса Дилфины, как и глаза.

— Здравствуйте, Дилфина дома?

— Нет, — она посмотрела вниз, на вещи в моих руках и подняла одну бровь. — Ещё рано, она на работе. А вы кто?

— Максим.

— О… — она замялась, видимо, узнав меня. — Может, войдёте внутрь и подождёте её?

— Я лучше подожду тут. Возьмите, это вещи вашей сестры.

— Ничего не понимаю, — она взяла из моих рук вещи, а после закрыла дверь на ключ, оставив меня ждать Дилфину в подъезде.

Прошёл час, её нет, два часа, три часа, не знаю, сколько я ещё сидел тут, пока не начал мёрзнуть. А её все нет и нет. Может она дома и не хочет видеть меня? И как мне быть?

— Я не сдамся…

Вытащив телефон, вновь набрал её номер. Если она и вправду дома, то её телефон теперь у неё. А если не ответит на мой звонок, то оставлю на автоответчике сообщения.

— Дилфина… вернись, пожалуйста! Я все объясню. Все не так, все сложнее, чем ты думаешь. Я… я люблю тебя, прошу, дай мне шанс все исправить…

В тот вечер я не заснул, так и остался сидеть на месте и ждать её. Но утром, когда из соседнего дома вышла пожилая бабка, сверкнув на меня странным взглядом, ушла вниз, пробурчав что-то о молодёжи, я решил обратиться за помощью Палычу, чтобы он отследил её телефон. Уверен, если её и вправду нет дома, то непременно попросит сестру принести вещи.

И пока не было никаких вестей от неё, я без неё медленно сходил с ума. Кричал на всех, кто попадался под горячую руку, и сорвался с места, когда её зафиксировали в аэропорту.

Что она там делает? Собирается сбежать от меня и таким образом решить возникшую проблему?

Какая же ты наивная, Дилфина, если решила, что я просто отпущу тебя. Да я же без тебя теперь сдохну попросту!

— Извините, но рейс Москва-Париж уже улетел. Боюсь, вы опоздали.

Только не это, не это! Я опоздал?

— Максим, — Павлович опустил руку на моё предплечье и сжал её, обращая на себя моё внимание. — Мои люди узнали, что Дилфина вышла из самолёта.

— Вышла?

— Вышла, не улетела твоя птичка, парень, — Павлович по-доброму усмехнулся. — Так что найдём твою беглянку, — обещал он.

— Спасибо.

И пока Павлович был занят её поиском, я сходил к её брату-близнецу, дело чуть не закончилось дракой. Хотя он успел-таки ударить меня пару раз, оставив фингал под глазом. Заслужил.

Дни шли, но мы так и не нашли её. И моим единственным спасением стал алкоголь. Ночевал в офисе, работал, как мышь в колесе, пил, кричал на сотрудников. Уволил тех людей, которые в тот злосчастный день впустили в офис Ольгу.

И теперь меня можно смело назвать алкашом!

— Ты же обещала, никогда не отпускать меня…

Запускаю бутылкой в стену, когда мне в очередной раз никто так и не ответил. Сижу на полу в своём офисе, обколотившись о стену из окна и плачу.

И почему все так запущено?

За эти две недели мои люди смогли найти много чего по Воронцову, и упекли его за решётку, уничтожив его империю. Крота, который сливал информацию я, конечно, уволил, и сделал так, чтобы ни одна компания не взяла его на работу.

Кажется, этим дело было закончено.

Задремал, в таком состоянии, пока мой сон не потревожили. Сквозь сон слышу, как кто-то, цокая каблуками, идёт в мою сторону, а её запах окружил меня, задурманив голову. Проснулся мгновенно и уставился на Дилфину, которая запыхалась, будто пробежала метров сто, остановилась на расстоянии вытянутой руки и медленно села рядом, проведя рукой по лицу и тихо плача, глотая свои слезы.

Поднимаю руку, касаясь её щеки, глаз, губ, чтобы понять, что это: сон или иллюзия разума? Но нет, она все ещё сидит рядом, плачет и сквозь слезы грустно улыбается. Она вся мокрая, и только теперь замечаю, что на улице идёт дождь.

Странно, утром, когда пришёл на работу, день обещал быть солнечным, без дождя, а сейчас идёт ливень. Как в тот день, когда она сбежала, увидев нас.

— Максим…

Запустив пальцы в её волосы, рывком притянул её к себе, обняв двумя руками и, как астматик, вдыхал её запах. С её губ сорвался полу вскрик полу стон, но вскоре я почувствовал, как девичья рука обхватила меня за плечо, обнимая в ответ.

Теперь точно никуда не отпущу. Если надо будет, запру на все замки, но не отпущу, не позволю ей снова убегать от меня. Один раз уже это сделала, во второй раз не позволю. Не перенесу.

— Прости…

17

Дилфина

Поднимаюсь по лестнице, не став ждать лифта, который один Бог знает, когда придёт и доставит меня на нужный этаж. В голове так и звучат слова той девушки, как там её, Оля? Ольга? И как она посмела так сделать? Чёрт! Я задыхаюсь, пока бегу до дома Максима.

Остановившись у нужной двери, опустилась на колени, переводя дыхание. Чувствую себя так, будто пробежала несколько километров. Сердце в груди ускорило темп биения, заставив меня дышать через рот. Ладони вспотели, и я вся подобралась. Сжала руку, теребя рукава джемпера. Мне хватило несколько минут, чтобы набраться смелости и нажать на звонок. Отошла от двери, оправив на себе одежду, и стала ждать, когда мне откроют дверь. Но это не случилось ни через минуту, ни через пять минут спустя. Это очень напрягало. Снова нажала на звонок и стала прислушиваться. Тишина. Будто здесь никто не живёт.

— Макс, давай открой же эту чёртову дверь! — шипела я, переминаясь с ноги на ногу.

А после не выдержала, стала колотить дверь кулаком и звать парня. В ответ ноль реакции. Зато среагировала старая соседка, которая жила по соседству. Высунула голову через дверь и так посмотрела на меня, будто я стою здесь голая и требую невозможного.

— Чего кричишь, визгопряха? Не видишь, сколько сейчас время? Тут вообще-то, люди спят, а тут ты, со своими криками.

Что, визгопряха? Я-то? Ой, бабушка, знаете, куда я сейчас вас пошлю? Ой, лучше вам заткнуться, пока я не разозлилась окончательно.

— Чего так смотришь?

— Извините, я к другу пришла. Не знаете, он не дома?

Ну что я несу? Мне лучше заткнуться, но нет, несёт меня, как танк.

— Да откуда мне знать? На работе, наверное. А что, поругались?

— Что?

— Максимка уже, который день не ночует у себя, — как бы между делом сказала женщина, а я напряглась. Как это не ночует? И откуда это бабка знает?

— Откуда вы знаете, что он не ночует у себя?

— Да он же каждый день помогает мне вынести мусор. Но последние дни его нет, вот и подумала.

Я быстро вытащила из заднего кармана джинсов телефон, нашла в контакте номер Константина и набрала его. Если кто и знает, где сейчас Максим, тогда только он.

— Да? — телефон подняли сразу же, и, кажется, Константин не ожидал, что я позвоню, потому что удивился, когда я спросила, где Максим. — Дилфина, это ты? О Боже, где ты? Я заберу тебя. Максим места себе не находит, сошёл с ума, ну не совсем сошёл, но немного тронулся умом. О чем я? Так, где ты? Я сейчас же заберу тебя.

Мужчина ещё что-то говорил, но я не стала слушать его. Потому что после разговора с ним, хотя в основном говорил он, а я слушала, зацепилась только на слово «сошёл с ума». Как? Неужели это я виновата во всем?

— Где он, Константин? С ним… с ним все в порядке? — начала запинаться я.

— Успокойся, он должен быть в офисе. Последние дни он там ночует. И Дилфина, — обеими руками крепко схватила телефон, когда Константин замолчал, убивая меня медленно. — Сейчас ты необходима ему, как воздух. Он… мы не узнаем его.

На том проводе горько вздохнули, а я уже не знала, как попросить у Максима прощения.

Я виновата, потому что не стала его слушать. Потому что не дала ему объясниться. Просто взяла и сбежала, как маленькая девочка.