Дикон Шерола – По ту сторону зеленой сетки (страница 29)

— Да я уже понял, что погорячился. Можешь ничего не говорить.

— И все же проясним, — настаивал Лесков. — Ты прав: в детстве мне действительно нравилась Миланка. Она, по-моему, всем нравилась, даже тебе, только ты быстро переключился на Алинку.

— Говорю, проехали…

Но Дима продолжал:

— Миланка помнит об этом не хуже тебя, поэтому и решила обратиться именно ко мне. Сказала, что боится за собственную жизнь. Олега убили, и ей страшно. Ну вот и прикинь, что я должен был ответить девушке своего лучшего друга? Езжай с Игорем? У меня была такая мысль, однако, если бы она действительно уехала, а потом их обоих грохнули в Анталье, кто был бы виноват? А в Москве у меня хотя бы был шанс попросить защиты у Бранна. Короче, Иван, я хочу, чтобы ты уяснил раз и навсегда, что с Миланкой у меня ничего не было и не будет.

— Мог бы так и сказать с самого начала, — Иван почувствовал себя немного виноватым, но все еще не сдавался. — Но нет, ты начал мутить что-то за моей спиной. Мне в принципе без разницы, просто за Олега стало обидно!

— Я собирался сказать. Но кто же знал, что Игорь меня опередит.

— Наверное, тоже все не так понял. Ладно, закрыли тему. Ты лучше мне другое скажи… — на миг парень прервался, подбирая нужные слова. — Что теперь с Миланкой делать? Не знаю, как ты, Дим, а я ведь… даже ударить ее не смогу. Если бы мужик был, другое дело, а тут… Но и отпускать ее наслаждаться жизнью тоже не хочу.

— Я думал об этом, — ответил Лесков. — Этот же вопрос задавал мне и Бранн.

— И что ты ответил? — Иван в тревоге посмотрел на Диму.

— Сказал, что сам разберусь. В конце концов, это наше дело. Вечером я договорился с ней о встрече. Можем заехать к ней вместе.

— Зачем? Чтобы облить серной кислотой?

— Скажем ей, что знаем про нее и Клементьева и прекратим общение.

— Охренеть наказание! Она прекрасно обойдется и без нас. А вот Олега уже не вернуть.

— Это не все, — чуть помедлив, отозвался Лесков. — Ты, главное, пообещай мне ничего не предпринимать. Она получит свое. Только не сразу.

Дима не стал озвучивать то, что задумал, потому что для реализации его плана ему понадобится время. И деньги. Много денег.

Встреча с Миланой была назначена на семь часов вечера. Дима предложил встретиться в кафе, но девушка настояла, чтобы он приехал к ней на квартиру. Она объяснила это тем, что плохо себя чувствует и в последнее время предпочитает никуда не выходить. В этот раз парень спорить не стал, но, вопреки ожиданиям Миланы, приехал не один.

На миг в глазах девушки промелькнуло удивление, когда она увидела подле Димы Ивана. Она бросила вопросительный взгляд на Лескова, однако все же заставила себя приветливо улыбнуться и пригласила обоих войти. Нельзя было не отметить, что для больной и убитой горем она выглядела просто великолепно. Ее волосы были завиты и спадали на плечи тяжелыми локонами, глаза казались еще более выразительными из-за макияжа, а фигуру подчеркивало тонкое шелковое платье. В комнате царил полумрак, и Дима мысленно порадовался тому, что здесь было достаточно зажженных свеч, в противном случае медные глаза выдали бы его с головой. На столе стояла бутылка вина и два бокала.

— Ты что, для Лескова так старательно готовилась? — Иван бесцеремонно зажег свет и с насмешкой посмотрел на Милану.

— Нет… Насколько я поняла, Дима собирался заехать всего на несколько минут? — прохладным тоном ответила девушка. — Через час ко мне приедет подруга. Мы договорились устроить вечер старых комедий, чтобы хоть немного отвлечься.

— Мы действительно ненадолго, — ответил Дима, решив предотвратить неприятный диалог. От увиденного ему сделалось неловко: он сомневался, что после него Милана ждала еще кого-то. Скорее всего, Иван заметил верно: девушка старалась именно для него.

— Извини, что не предупредил, что буду не один, — добавил Лесков.

— Ничего, я всегда рада вас видеть. Проходите. Могу угостить вас вином, только принесу третий бокал.

От Димы не укрылось, как девушка вновь посмотрела на него с тенью непонимания. Она явно не рассчитывала на третьего гостя и теперь злилась на то, что Лесков поставил ее в дурацкое положение.

— Лучше сядь, Милан, разговор есть, — приказным тоном произнес Иван, кивнув в сторону ближайшего кресла.

— Что за требования такие? — усмехнулась девушка, однако послушно села в кресло и вопросительно посмотрела на собеседников. — Ну и кого из вас слушать?

Дима опустился в кресло напротив и заговорил первым:

— Знаешь, в тот самый день, когда я не отвечал на твои звонки, с твоего адреса мне пришли вот эти снимки. Не знаю, зачем ты мне их прислала, но после увиденного мне больше не хочется иметь с тобой ничего общего.

Милана настороженно посмотрела на белый конверт, который Лесков протянул ей, после чего извлекла на свет три фотографии с вечеринки.

«Откуда они у него? С телефона Селесты?» — подумала девушка, чувствуя, как от волнения ее бросает в жар. Несколько секунд она молчала, пытаясь найти подходящий ответ, после чего тихо произнесла:

— Не знаю, кто тебе это послал и с какой целью… Но да, если хочешь знать, я помню ту злосчастную вечеринку. Я так напилась, что вообще ничего не соображала. Олег, кстати, видел эти фотографии…

— И? — Иван опустился на диван, мрачно глядя на девушку.

— И пошел разбираться с этим мужиком. Зная Олега, подумайте, разве я могла его остановить? Что вы на меня так смотрите? Я ему никогда не изменяла.

— А теперь давай еще разок. Только правду, — произнес Дима. Он сделал жест рукой, словно поправлял выбившуюся прядь волос, но на самом деле парень не хотел, чтобы Иван увидел, что в этот момент цвет его глаз изменился.

— Чего вы от меня хотите? — внезапно взвизгнула девушка, глядя на парней уже испуганно.

— Он у тебя один такой счастливый или были еще… желающие? — спросил Дима, и в его голосе послышались стальные нотки.

— Конечно же были! — с раздражением ответила девушка. — Да меня пол-Питера мечтает трахнуть. В том числе и вы.

Иван бросил удивленный взгляд на Лескова, не ожидая, что Милана вдруг начнет откровенничать.

— Но ты выбрала самого достойного, — насмешливо продолжал Дима.

— А кого, тебя надо было выбрать? Или его? — Милана кивнула в сторону Ивана. — Или вашего дружка-неудачника, с которым мне приходилось жить все это время? Мне нужен нормальный мужик, который хоть что-то из себя представляет, а не долбаные нищеброды, которые даже себя прокормить не могут. Вам вообще ни одна нормальная баба не даст!

— Знаешь что, шкура… — разозлился Иван, но Дима взглядом заставил его замолчать. Он не хотел применять свои способности на друге во второй раз, но предпочел избежать ненужных криков. Затем он вновь обратил взгляд медных глаз на Милану.

— С кем ты еще спала кроме Клементьева? С кем-то из его компании?

Девушка весело усмехнулась и смерила Лескова презрительным взглядом:

— А что тебе дадут их имена, Димочка? Ты этих людей не знаешь и никогда не узнаешь. Они не ходят в «Пятерочку» и не откладывают в копилку по рублю, чтобы накопить на красивый костюм. Да, я знаю, что тот костюмчик — твое единственное достижение. У меня тоже есть свои связи. Когда ты мне не ответил, я позвонила друзьям в Москву, чтобы они выяснили, что ты из себя представляешь. Как оказалось, ничего… Ноль! Но, надо признать, квартирку ты неплохую для меня снял. Ах нет, ты снял ее для нас! Ты же съехал со своего прежнего бомжатника. Наверное, потом сообщил бы мне, что две квартиры не тянешь, и жить тебе теперь негде. Вроде и совесть спокойна, и надежда есть… Но ты ведь вроде всегда претендовал на умного, Дим, должен был догадаться, что ты для меня вообще не вариант. Как был никем в детдоме, так и остался.

Лесков заставил себя улыбнуться, не задумываясь над тем, что своей реакцией невольно копирует Бранна: тот тоже всегда улыбался, когда слышал в свой адрес какую-то гадость.

— Спасибо тебе, дорогая, — он сказал это почти искренне. — Ты даже не представляешь, насколько облегчила мне задачу. Теперь меня хотя бы не будет мучить совесть…

Тем же вечером, сидя в квартире Ивана, оба парня никак не могли отвлечься от случившегося. Даже возвращение Вики не сильно повлияло на их настроение, разве что «я-тебе-не-отец» заставлял себя казаться при ребенке более веселым. Вот только девочка словно видела его насквозь. Забравшись к нему на колени и обняв за шею, она ласково прошептала:

— Папочка, не грусти!

— Да, не надо грустить, — подхватил Дима, внезапно вспомнив о подарке, который наконец-то привез для Вики. Это была кукла Барби с длинными темными волосами, наряженная в праздничное синее платье.

— На Миланку похожа, — усмехнулся Иван, скользнув быстрым взглядом по игрушке.

Бехтерев не хотел смутить друга, но Лесков все же ощутил некоторую неловкость. Он никак не мог предположить, что выбор какой-то куклы может выдать его предпочтения, поэтому поспешил перевести тему:

— Так Ромка заедет к нам или нет?

— Без понятия. Сказал, что у него завал на работе.

— В субботу?

— Ну давай еще раз позвоню… — с этими словами Бехтерев набрал номер их общего друга и какое-то время слушал гудки. Когда он уже собирался отключиться, то услышал встревоженный голос Ромы.

— Да не могу я сегодня! — без приветствия выпалил он. — Извинись перед Димой, но у меня тут конкретный завал!