Дикон Шерола – Дети подземелья (страница 5)

— Нет. Просто любопытно. Любопытно, как к тебе теперь обращаться? Крест? Или, может, Палач?

— Ого, какие познания, — Иван снова усмехнулся. — Ну допустим, Палач уже давно отдыхает на том свете, а Крест — вообще девчонка. Про кого еще из наемников слышал?

— Про Призрака.

— Призрака не существует. Это снайперская байка, которой любят запугивать доверчивых идиотов. Любое нераскрытое заказное вешают на Призрака. Ему приписали даже несколько моих заработков.

— Откуда такая уверенность, что его не существует?

— А где-то разве обитают люди-невидимки? Несколько убийств, которые якобы он совершил, были произведены прямо в толпе. И никто не заметил ни пистолета в его руках, ни лица стрелявшего. Чудеса да и только.

Дима не ответил. Что бы сказал его друг, если бы узнал, что Призрак — далеко не миф. Да, быть может, ему действительно приписывают нераскрытые убийства, но по поводу выполнения им как минимум двух заказов Дима не сомневался. Лесков лично наблюдал за его работой, и как и все остальные присутствующие, ничего не заметил. В первый раз Призрака прислали убрать владельца телепорта, во второй раз — самого Бранна. Киву пытался уговорить «процветающих» сдать ему наемника, но получил категорический отказ. Видимо, Призраком дорожили. Но был бы этот наемник настолько безупречным, если бы не являлся «иным»?

Дима в который раз скользнул взглядом по улице, мысленно поражаясь тому, во что ее превратили бомбежки «процветающих». Когда-то это был красивый чистый район, и владеть здесь недвижимостью было весьма недешевым удовольствием. Сейчас же здесь темнели почерневшие руины, вгрызающиеся в черное, как смоль, небо. Улицы напоминали щербатый рот с надколотыми зубами, и, наверное, здание старого отеля было одним из редких, которые пострадали меньше других.

Больше всего поражала эта непривычная гробовая тишина. Шум машин остался где-то в прошлом, как и голоса веселых компаний, прогуливающихся по ночам. Черное безмолвие растеклось по городу, заполняя собой каждое окно, каждую квартиру. Где-то в подвалах еще прятались люди, но с каждым днем их надежда на спасение становилась все более призрачной. Ненавистные роботы патрулировали город с безжалостным упорством.

— Так как же тебя называют в определенных кругах? — Дима решил вернуться к этому вопросу, чтобы прервать тишину.

— Академиком.

— Из-за фамилии что ли? — Лесков усмехнулся.

— Ну явно не из-за моих познаний в психиатрии. Этой идиотской фамилией меня еще с детдома долбают. Помнишь, как биологичка ко мне докапывалась: «такую фамилию позоришь!»? Кто-то в народе еще «Мозгоправом» называет. Ну, типа за то, что я обычно в голову стреляю.

— Так это ты убрал Шепелева? — Лесков никак не ожидал от друга такого признания. Шепелев был одним из тех, кто сбывал в Москве наркотики, и его убийство навело немало шума.

— Мне заплатили за него меньше, чем должны были… Так, а вот и «терминаторы» пожаловали. Димка, теперь молчи и не шевелись.

Лесков заметил первого робота практически одновременно с Иваном. В тот же миг в шлеме сразу же прозвучал голос Кирилла Матвеевича:

— Все приготовились!

Сейчас Ермаков особенно тревожился, как ни странно, за Лескова. Не за жизнь последнего, а за то, что он каким-то образом может выдать свое и Ивана расположение. То, что эти двое решили не разделяться, чертовски ему не понравилось.

Что касается противников, то в этот раз роботов оказалось всего трое. В темноте их с трудом удавалось разглядеть, и только Дима откровенно жалел, что на нем эта дурацкая маска.

Машины медленно продвигались по улице, сканируя пространство вокруг себя. Каждый раз, когда один из роботов поворачивал голову в противоположную от него сторону, Иван готовился нажать на спусковой крючок, но что-то постоянно останавливало его. Он ждал, когда кто-то из своих выстрелит первым и тем самым обречет себя на верную смерть.

Первым выстрелил Кирилл Матвеевич. Один из роботов странно дернулся и замер, но остальные двое немедленно повернулись в ту сторону, где залег стрелявший. Их скорость была просто поразительна. В ту же секунду они открыли огонь. Оглушительный грохот буквально взорвал тишину, и в этот самый миг Иван мягко надавил на спусковой крючок. Робот, в которого целился Дима, дернулся и замер, словно игрушка, у которой села батарейка. В третьего попытались попасть сразу несколько солдат, но пули отскакивали от него. Тогда машина моментально переключилась на другого стрелка.

— Не стреля… — начал было Иван, но договорить он не успел. Лесков выстрелил.

В итоге он даже не успел оценить результатов своей работы. Его напарник с силой оттолкнул его от окна, после чего оба замерли. Несколько секунд, затаив дыхание, оба парня вслушивались в воцарившуюся тишину, не веря тому, что выстрелы прекратились.

— Ты что, попал что ли? — растерянно пробормотал Иван. — Не лезь к окну! Они могут не стрелять, чтобы выманить нас.

Но вот их растерянное молчание внезапно прервал голос Ермакова:

— Немедленно возвращаемся на базу.

Причиной для возвращения послужило ранение одного из солдат. Сразу несколько пуль попало ему в левое плечо, и он с трудом не терял от боли сознание. Раненым оказался и сам Кирилл Матвеевич, но виду он не подавал.

— А где Эдгар? — встревоженно спросил один из солдат, озираясь по сторонам, пока остальные кое-как пытались оказать первую помощь пострадавшим товарищам. — Эй, слышите, где Эдгар?

Никто ему не ответил. Кирилл Матвеевич опустил глаза, после чего, придерживая свою простреленную руку, первым направился вглубь подземелья.

Возвращалась группа в тяжелом молчании, изредка прерываемой болезненными стонами раненого и обращениями к нему. Что касается погибшего, то Эдгар был добродушным и дружелюбным парнем, и, наверное, был единственным среди всех, кто не цеплялся к Дмитрию. Возможно, это было потому, что, благодаря полученному лекарству, выжила его невеста. Вот только свадьбе, о которой он мечтал, когда закончится война, так и не было суждено состояться. Лесков толком не знал этого парня, однако подавленное настроение распространилось и на него. Ему снова показалось, что кровь этого человека на его руках.

Вернувшись в город, группа наконец получила заслуженное свободное время. Было около двух часов ночи, поэтому разумнее всего было улечься спать. Однако Иван тут же покинул казармы, чтобы проведать свою дочь. В ночи, когда он уходил на поверхность, девочка не могла уснуть до тех пор, пока не увидит его живым и невредимым.

В свою очередь к Диме пришел солдат, отвечавший за установку датчика слежения.

— Левую или правую? — язвительно поинтересовался он, смерив Лескова насмешливым взглядом.

— Может, ты забудешь выполнить свои обязательства? — ответил Дмитрий. — Замотался, вылетело из головы.

— Да, да… Что-то совсем забегался, — мужчина послушно кивнул головой, не смея отвести взгляда от янтарно-медных глаз «процветающего».

— А браслет ты пока спрячь у себя. Когда спросят, скажешь, что забыл.

— Конечно, как скажете.

— Вот и хорошо. Свободен.

Мужчина снова кивнул, напоминая китайского болванчика, после чего спрятал браслет под одежду и поспешно удалился. В свою очередь Дима, выждав еще какое-то время, направился на поиски госпиталя. Иван как бы невзначай обмолвился, что сегодня Белова дежурит сутки, и Дима захотел увидеться с ней хотя бы на несколько минут. Если его обнаружат, он всегда мог сослаться на то, что ищет Вайнштейна.

Ориентируясь исключительно по указателям, Дмитрий наконец добрался до госпиталя. На территорию здания он попал без проблем, но уже вскоре выяснилось, что большая часть коридоров здесь открыты только для персонала. Тогда Лескову пришлось обратиться за помощью к одной из дежурных. Это была невысокая полная женщина лет пятидесяти с короткими волосами ярко-свекольного цвета.

— Катю Белову? — переспросила она, оторвавшись от книги, после чего скользнула по Диме любопытным взглядом. Затем ее лицо расплылось в улыбке.

— Сейчас позову, — ласковым тоном добавила она. — Как мне вас представить?

— Дмитрий, — ответил Лесков, почувствовав облегчение, что хоть кто-то здесь не знает его в лицо. Он опасался, что эта женщина тут же велит ему убраться.

Но вот дежурная скрылась за дверью, а уже через несколько минут вернулась в сопровождении Кати. С того момента, когда Лесков видел ее в последний раз, девушка похудела и заметно осунулась. Какое-то мгновение они молча смотрели друг на друга, а затем Катя первой обняла его и тут же почувствовала, как Дима крепко обнимает ее в ответ. Прижавшись к его груди, девушка закрыла глаза, силясь сдержать переполнявшие ее эмоции. Все это время она боялась за его жизнь, боялась однажды проснуться и узнать, что всеми ненавистного «процветающего» наконец расстреляли. А пару часов назад она случайно услышала от одного из раненых солдат, что вместо него сегодня на поверхность отправили «богатенького ублюдка», мол, стреляет неплохо.

— Вы можете пойти в комнату отдыха. Чего вам здесь стоять у всех на виду? — дежурная смущенно улыбнулась и отошла к своему столу, не желая мешать встрече влюбленных. То, что они были влюблены, она поняла сразу. Не имея ни мужа, ни детей Раиса Егоровна научилась заполнять свое свободное время судьбами других людей. Она относилась к тем женщинам, которые знают всю подноготную своих коллег, соседей и даже их родственников. За эти две недели она уже успела выяснить, что у Кати нет братьев, которых она могла встречать с таким трепетом, а также была в курсе, что девушка состоит в отношениях со Стасом Волошиным, симпатичным и очень вежливым молодым человеком.