Дикон Шерола – Части 3-5 (страница 18)

— Что за вещица? — полюбопытствовал Дмитрий, но Бранн лишь загадочно усмехнулся.

— Поверьте мне, вы не будете разочарованы…

Когда вечером автомобиль Бранна подъехал в дому Лескова, Дмитрий уже был готов. Он надел свой лучший костюм, уложил волосы и застегнул на запястье свои самые дорогие часы. Парень понимал, что в доме Давида Марковича собираются такие люди, на фоне которых он будет выглядеть, как бедный родственник, поэтому решил хотя бы попытаться не ударить в грязь лицом. К его удивлению, Бранн выглядел намного проще: никаких бриллиантовых запонок, дорогущих часов и костюмов за несколько тысяч евро. Напротив, Киву был одет в свой повседневный костюм.

— Вы сегодня сверкаете, как начищенная монета. Наверное, надели на себя все самое лучшее? — с легкой иронией в голосе поинтересовался Бранн.

Услышав этот тон, парень заметно смутился.

— Мне стоило надеть домашнюю майку и джинсы? — спросил он.

Снисходительная улыбка Бранна стала чуть шире. За эти годы Дмитрий заметно изменился, но в каких-то нюансах он по-прежнему совершал ошибки.

— Дмитрий, позвольте вам дать совет на будущее, — мягко произнес Киву. — Никогда не наряжайтесь так, как вы одеты сегодня. Особенно, если вы желаете произвести впечатление в высшем обществе. Сейчас вы выглядите так, словно пытаетесь вывалить все свои деньги на всеобщее обозрение. И, конечно же, никого такими суммами не удивите. Только небогатые люди стремятся демонстрировать свой доход. Или необразованные. Вы ведь не хотите, чтобы вас причислили к тем или другим?

Киву довольно откинулся на спинку сидения, наблюдая за тем, как Дмитрий молча снимает с себя часы и запонки, а затем прячет их в карман пальто.

— Галстук тоже ни к чему, — заметил Бранн. — Это неофициальный прием. Так, для близких друзей…

Лесков беспрекословно снял с себя галстук и расстегнул пару верхних пуговиц. Затем, словно признавая свой промах, усмехнулся и тихо поблагодарил своего спутника.

Какое-то время они ехали молча, погруженные каждый в свои мысли, но вот Киву снова обратился к Дмитрию:

— До меня дошли любопытные слухи… О том, что случилось с Георгием Лосенко. Как он себя чувствует?

— Не могу сказать, что хорошо, — Лесков пожал плечами. — Несколько переломов. Ему дают обезболивающие.

— Очень самоотверженно было с его стороны — сцепиться с четырьмя бандитами, чтобы вас защитить. Редко в наше время встречаются такие герои.

«Тем не менее Белова умудрилась себе найти», — с досадой подумал Дмитрий, молча слушая своего собеседника.

— Надеюсь, вы сами не пострадали? — заботливо поинтересовался Бранн. И именно эта интонация насторожила Лескова.

— Нет, — осторожно ответил он. — Он же защитил меня.

— Тогда позвольте задать вам вопрос: быть может, проснувшись сегодня утром, вы почувствовали себя овчаркой?

— Что? — не понял Дмитрий.

Бранн усмехнулся:

— Овчаркой. Это порода собак.

— Я знаю, что такое «овчарка». Я не понимаю, к чему вы клоните?

— Досадно, — с иронией протянул Киву. — Тогда я проявлю любезность и вам объясню. Ваша история с Лосенко настолько топорно придумана, что у меня просто не поворачивается язык назвать это словом «ложь». Вы не лжете, Дмитрий, вы брешете. Учитывая все нюансы вашего… «характера», вам не стоило никакого труда заставить нападающих в панике разбежаться. Но вместо этого вам захотелось посмотреть на турнир по вольной борьбе с участием вашего шофера?

Дмитрий молчал. Из-за Лося он постоянно попадал впросак, и Бранн с удовольствием читал ему морали вот таким вот снисходительно-насмешливым тоном. Едва забылась история с нижним бельем Каришки, так теперь вот это…

— Бранн, неужели вам настолько важно, что происходит с моим шофером? — Дмитрий решил ответить вопросом на вопрос, чтобы оправдываться пришлось уже Киву. Но не тут-то было.

— Я хочу, чтобы вы сказали мне, что вынудило вас так сильно избить его? Поверьте, я не осуждаю вас. У Лосенко — удивительный талант оказывать медвежьи услуги всем, кто имеет неосторожность ему понравиться. И на наше несчастье, бюро этих медвежьих услуг работает круглосуточно и без выходных. Кстати, именно поэтому я и передал Лосенко в ваше распоряжение. В отличие от меня вы всегда можете на него «повлиять». Так что, я спрашиваю вас о случившемся не потому, что сержусь, а потому что мне просто любопытно.

— Но я не избивал его! — возмутился Дмитрий. — Посмотрите на его комплекцию и на мою…

— Лосенко вполне мог прислушаться к вашей просьбе и любезно не давать сдачи, — продолжал издеваться Бранн.

— Я не хочу продолжать этот разговор, — Дмитрий отвернулся и посмотрел в окно. В какой-то миг он уже даже подумывал выдать своего проблемного шофера, но слова Лося о том, что «мужики его засмеют» заставили Лескова промолчать…

Жилище Давида Марковича Розенблата представляло собой роскошный четырехэтажный особняк, который заметно выделялся на фоне других домов. Архитектор, создавший этот шедевр, определенно вдохновлялся румынским замком Пелеш, который также был выполнен в стиле неоренессанса. Острые башни особняка вонзались в черное небо, словно желали продемонстрировать величие своего владельца, а массивная ограда дарила ощущение стабильности и защищенности. Казалось, все проблемы живущего там человека разбивались о стены, и в дом проникали только покой и уют.

Дмитрий даже представить себе не мог, что он, мальчишка из питерского детдома, когда-нибудь окажется в подобном месте. Он вышел из машины, чувствуя легкую робость и уже представляя, что скорее всего никто кроме Бранна даже не заговорит с ним. Или обратится только затем, чтобы высказать свою насмешку. Здесь Лесков был чужаком: это был мир «старых» денег, громких фамилий и исторического прошлого.

— Ведите себя спокойно, — еле слышно обратился к нему Бранн, заметив, что Дмитрий проигнорировал его предыдущую фразу. — Вы превосходите их так же, как они превосходят бедняков. Вы — «иной».

С этими словами Бранн усмехнулся и первым направился к особняку. Большинство гостей уже собралось в доме, и, когда Дмитрий вошел в зал, то его с головой накрыли свет, блеск и классическая музыка. Здесь собралось около двухсот человек. Мужчины, средний возраст которых составлял примерно пятьдесят лет, были одеты в дорогие, пошитые на заказ костюмы, но, как и предсказывал Бранн, в их облике не чувствовалось вычурности. Зато женщины стремились превзойти самих себя. Такое обилие бриллиантов можно было встретить разве что в «Тиффани». Драгоценные камни украшали шеи, руки, мочки ушей и даже прически и платья здешних дам. Наряды некоторых из них были нарочито откровенными, что несколько не вязалось с возрастом их владелиц. Каждая стремилась выглядеть оригинально и затмить остальных. Пары прогуливались с бокалами, потягивая шампанское, кто-то собирался группами и дискутировал о политике и экономике, несколько женщин обсуждали покупку холодильника для шуб.

Бранна здесь встретили тепло, к Дмитрию проявили любопытство. Для светских львов и львиц парень выступал чем-то вроде «свежего мяса», которое хотелось рассмотреть и изучить. В какой-то момент Лесков почувствовал, что к нему относятся немного снисходительно, и даже не из-за денег, а в первую очередь из-за его возраста. И, когда хозяин дома задал очередной вопрос, глядя на него, как на подростка с отцовской сигаретой, терпение Лескова подошло к концу. Когда он заговорил, по коже присутствующих побежали мурашки. Он применял свои способности внушать страх, и люди, затаив дыхание внимали каждому его слову.

Бранн наблюдал за ним с долей иронии. Он понимал, что так не понравилось Дмитрию в поведении присутствующих, но не удержался оттого, чтобы наедине не прокомментировать его выходку.

— Дурной тон — пугать тех, кто пригласил вас к себе в дом, — заметил Киву.

— Они пригласили вас, а не меня, — улыбнулся Лесков.

— Зато теперь все смотрят на вас с придыханием. Вы довольны? — продолжал забавляться Бранн. — Прежде вы были куда скромнее.

— А у меня хороший учитель, — ответил Дима. — Кстати, быть может, в этот раз вам все же стоило взять с собой спутницу. Посмотрите, они все пришли с женщинами… Хотя нет, те двое у ледяной фигуры…

— Они — геи, — сообщил Бранн, с иронией глядя на то, как Дмитрий меняется в лице.

— Час от часу не легче, — пробормотал парень. — Надолго мы здесь?

— До тех пор, пока Давид Маркович вдоволь не потешит свое самолюбие и не презентует нам наконец свою покупку.

— Так что за покупка?

— Терпение, Дмитрий… Пообщайтесь пока с людьми, заведите новые знакомства. И постарайтесь больше никого не пугать. Здесь много женщин с пластическими операциями, и они намного старше, чем кажется на первый взгляд. Своими забавами вы можете случайно довести их до инфаркта.

Дмитрий не сдержал улыбку.

— Я буду осмотрительнее, — пообещал он.

Спустя несколько минут Лесков оставил Бранна общаться с какой-то пожилой дамой, а сам отправился на балкон, чтобы покурить. На улице было холодно, но желание хоть ненадолго выбраться из иллюзии мишуры и пафоса пересилило.

Дмитрий вежливо улыбнулся находившемуся на балконе молодому человеку и, встав поодаль, прикурил сигарету. Этого темноволосого парня он прежде не встречал, иначе Лесков немедленно узнал бы его. Внешность незнакомца и впрямь была запоминающейся — он был поразительно красив. Парень бросил на Дмитрия острый внимательный взгляд, после чего чуть улыбнулся в ответ.