Диас Валеев – Диалоги (страница 78)

Г р о м к и х. Не знаю.

С т а р и к. Верно, счастливый. А как узнал?

Г р о м к и х. К сыну сюда приехал?

С т а р и к. Нет, коренной я. С рождения здесь живу. И отец жил. И дед… И вообще вся фамилия моя тут. Торговое село тут было, хлебное село. Потом в городишко вот превратилось, а теперь, гляди, заводы возникают. Рур! Как в Европе! Я Европу всю знаю, ногами прошел… Почище, чем в Европе, наверное, будет, а?

Г р о м к и х. Жалко?

С т а р и к. С одной стороны, жалко. Прежняя природа нарушается. А с другой стороны, человек разве не природа? Машина какая или завод — разве не природа тоже? Я так считаю — природа саму себя сейчас через человека рожает, и все новые и новые виды. Машина только вот… глупа… И человек — глуп бывает. Вот если бы он был умен, как вся природа! Но не в уме дело! Нутром надо творящую суть чувствовать, согласья с ней искать. Нет, глуп еще человек!.. Чего здесь только не было! И войны проходили, и мятежи, и бунты. Какой только народ не кипел, не варился! (Наклонившись к Громких.) Венгерцы, слышал, отсюда родом.

Г р о м к и х. Ну?

С т а р и к. Болгары тоже!.. Болгары из одного корня, говорят, с татарами… Столицы здесь стоят неподалеку древние. Слыхал?

Г р о м к и х. Нет.

С т а р и к. Вот видишь, пришел сюда на землю, а ничего не знаешь. Думаешь, поди, на пустое место пришел? А люди жили.

Г р о м к и х (усмехаясь). Патриот ты. Это хорошо.

С т а р и к. Сам кто будешь?

Г р о м к и х. Я?.. Я инженер, старик.

С т а р и к. Хорошее дело!.. А я по хлебу всю жизнь специальность имел. На элеваторе работал. Хорошее тоже дело! Но инженеров уважаю. Которые с умом. Два сына у меня инженера. Один в Алжире, на машину там зарабатывает себе… Давно здесь?

Г р о м к и х. Год.

С т а р и к. И семью привез?

Г р о м к и х. Пока один.

С т а р и к. Ехать, так вместе надо ехать. А не получается, так и не приезжать вовсе. Семейную жизнь нельзя нарушать.

Г р о м к и х. Назначили, старый, назначили…

С т а р и к. Год?.. А мы в одна тысяча шестьсот пятидесятом году приехали сюда. Триста годков с лишним… Тоже как бы назначение. Сто белопахотных казаков было. Дали нам жалованье тогда — денег казенных на дворовые постройки по восьми рублей на человека да хлеба на семена. Три четверти ржи и пять четвертей овса. Всего!

Г р о м к и х. Мало?

С т а р и к. А что, много? Починок вот террасным валом окружили. Ров прокопали, надолбы поставили. По периметру шесть башен сделали: четыре глухих, а две с проезжими воротами — Спасскими и Архангельскими. Это значит, над воротами иконы висели. Пять запальных пищалей у нас в городе находилось, дубовый погреб под порох с выходом, амбар…

Г р о м к и х. Погреб с выходом? Каким выходом?

С т а р и к (волнуясь). Погреб с выходом — это значит, что вокруг есть стены, крыша, дверь. Так вот, в амбаре стрелковое знамя на шелковой ткани на хранение поставили. Дороги зеленые, а поверх вышит крест — дороги алые. Изба тюремная еще стояла да изба караульная. А обстроились чуть, так пахать начали, сеять. По государеву указу у всех казаков поручные записи о правильной жизни и службе были взяты. Но ничего, потом с татарами стали дружно жить. Пугачев когда по России пошел, вместе и Казань брали, и на Москву вместе идти хотели… Так вот, с починка маленькою все и началось. А теперь Рур будет!

Г р о м к и х. Починок? Хорошее слово — починок…

С т а р и к. Начинают — починок. Потом посад. А село — это когда церковь…

Г р о м к и х. Все-то ты знаешь, старый.

С т а р и к. А из любопытства. Я любопытный человек. (Поднимаясь.) Я это все к тому тебе толкую, что не на пустое место мы пришли. Не на пустом месте все это дело делается. Вот какая мысль мной руководит. Ну ладно, пойду, дела еще есть.

Г р о м к и х. Не на пенсии еще?

С т а р и к. Ясно, на пенсии. Но я… Как тебе сказать. Вон видишь, инструмент ношу. Где матерщина на стене, стереть надо, где спинка у скамьи сломана. Делов много… Старуха умерла… Вон видишь, березки посадили, а чтобы завязать, чтобы не валились от ветра?.. Город большой уже, а ум? Не везде он, ум-то.

Г р о м к и х. Не в уме только дело.

С т а р и к. А в чем еще?

Г р о м к и х. Один сухой ум ничего не даст. Иногда знаешь, что нужно что-то делать, чтобы жить дальше. И хочется жить… Жить, понимаешь? Но для этого, наверное, надо в себе сначала что-то победить!.. Что только?.. (Нагибаясь.) Странно, давно не брал в руки травы. Какая она зеленая, оказывается, когда на ней… нет пыли.

С т а р и к. Чудной ты, инженер. А я ничего, живу! (Протягивает руку.) Иваном Даниловичем меня зовут, если увидимся.

Г р о м к и х. Меня — Александром Даниловичем.

С т а р и к. Даниловичи, выходит? Ну, будь здоров.

Г р о м к и х (задумавшись). Будь здоров, старый…

С т а р и к. Хозяев пойду искать… (Снова взглянув на Громких.) Будь здоров. Должны быть у добра хозяева… (Уходит.)

Г р о м к и х. Хозяева… (Долго сидит неподвижно на скамейке, потом резко поднимается.) Некогда!.. Некогда!..

Ресторан. Музыка. Фрагмент обстановки. Г р о м к и х  и  Г у с я т н и к о в.

Г р о м к и х. Выпьешь?

Г у с я т н и к о в. Минеральной нет? Не заказал?

Г р о м к и х. Нет.

Г у с я т н и к о в. Ну что ж, твое здоровье! Дай бог нам пожить без крупных выговоров и разносов. И чтобы никого из нас не хватил инфаркт.

Г р о м к и х. Веселые тосты у тебя.

Г у с я т н и к о в. А ты что угрюмый?

Г р о м к и х. Так.

Г у с я т н и к о в. А слухи ходят, жена у тебя молоденькая! Красавица, говорят. Я уж, грешным делом, подумал, поужинаю у тебя по-семейному. Ты где ее держишь? Взаперти от всех, что ли?

Г р о м к и х. Жена еще не приехала.

Г у с я т н и к о в. Почему не приехала?

Г р о м к и х. В аспирантуре. Закончит, приедет.

Г у с я т н и к о в. Д-да, детали личной жизни.

Г р о м к и х. Я ждал твоего приезда. Слушай, как все-таки быть? Уже нет больше времени. Надо принимать то или иное решение.

Г у с я т н и к о в. Отболит, милый. Все отболит.

Г р о м к и х. Время идет быстрее нас. Надо переориентироваться… Переориентироваться хотя бы для второй очереди! Завод суперкласса!.. Это же трагедия! Технология завтрашнего дня, а то, что будет сходить с конвейера…

Г у с я т н и к о в. В деловом мире парадоксов и всякого рода нелепостей столько… Концов не найдешь.

Г р о м к и х. Слышал, ты уходишь из госкомитета?

Г у с я т н и к о в. Правильно слышал. Это моя последняя, кстати, деловая поездка в качестве начальника отдела проектов, После отпуска буду пребывать в другом качестве.

Г р о м к и х. В каком же?

Г у с я т н и к о в. Кафедру предлагают в одном солидном институте.

Г р о м к и х. С начальством нет прежнего взаимопонимания?

Г у с я т н и к о в. Да нет. Все вроде в ажуре… Врачи, знаешь, пугают разными страхами. Все храбрился, не хотел верить. Да, видно, придется.

Г р о м к и х. Тучи где-нибудь вдалеке сгущаются?

Г у с я т н и к о в. Я же говорю, врачи…

Г р о м к и х. О своем пошатнувшемся здоровье наш брат тогда начинает поминать, когда служебные неприятности вдруг надвигаются или расстраиваются контакты с руководством.