Диана Юнкевич – Тайна Чертова Логова (страница 4)
– А мы можем вам чем-то помочь? Мне как-то не хочется снова умирать, – Шурка как зачарованный смотрел на Всеволода и Богдана.
– Быстрее выбирайтесь на поверхность, я слышу их шаги, – Всеволод с опаской поглядывал в глубь туннеля.
– А как же вы? – спросил Шурка. – Мы ж не крысы какие-нибудь, мы помочь вам хотим!
– Шура, ты нам поможешь, если вытащишь Веру из колодца. Вам здесь находиться опасно, – Богдан так посмотрел на Шурку, что, похоже, тот что-то понял и сжал зубы.
– Пойдем, Вера, – Шурка крепко вцепился в веревку и ловко, как змея, начал карабкаться вверх.
Всеволод подвел Веру к веревке:
– Ты сможешь, не сомневайся! – он заглянул ей в глаза. Вера крепко обхватила канат и повисла на нем, как сосиска.
– Не получается… – пропищала она жалобно.
Всеволод широко улыбнулся, и Вера вдруг успокоилась и почувствовала силу в руках – теперь она легко взобралась по канату наверх. Задержавшись на секунду, она помахала Хранителям.
Лицо Всеволода стало сосредоточенно-серьезным, будто он видел приближающуюся опасность. Богдан стоял спокойно, но Вера чувствовала – надвигается что-то страшное.
ГЛАВА 2. СТРАННЫЕ ПРОИСШЕСТВИЯ
– Мы куда? Может, домой?.. – Шурка заботливо отряхнул на Вере кофту. Он был сосредоточен и непривычно тих.
Вере очень хотелось поговорить о случившемся. Не привиделось ли им все это? Она вспоминала Хранителей и никак не могла описать их – только свет, тепло и неземные голоса.
– Надо торопиться в город, – вывел ее из задумчивости Шурка. – Мы же должны найти украденный Ларец, помнишь?
– Да-да, я помню. Бежим! – она схватила друга за руку, и они припустились вниз с холма.
Неожиданно Вера вспомнила о Ларисе. «А что Лариса? От такой, как Изольда, разве может родиться доброе дитя? Не зря говорят: от осинки не родятся апельсинки». Вера вспомнила маму и загадочно улыбнулась. Она ликовала – сводная сестра с мачехой ее больше не занимали: самым важным казалось найти Ларец с заключенными в нем человеческими страстями. «А как нам искать демонов? Может, они и не проявятся, останутся невидимыми? Будут ходить рядом, а мы с Шуркой их не заметим, – Вера задумалась. – Может, их можно почувствовать? Когда надвигается что-то плохое, я же переживаю. Правда, не всегда получается до конца понять… Но плохое от хорошего я отличить сумею».
– Шурка, а чего тебе хочется больше всего на свете? – Вера оглянулась на усадьбу, чтобы убедиться, смотрит на нее граф Лесьяр Ястреб или нет. Таинственный хозяин усадьбы казался ей далеким и близким одновременно.
– Не знаю… – Шурка с беспокойством разглядывал небо. – Наверное, под дождь не попасть – не люблю ходить в мокрой одежде.
– А я хочу, чтобы мы с тобой встретились здесь через двадцать лет!
– Если хочешь, значит, встретимся! Я тебе обещаю! – у Шурки засияли глаза.
«Как непостоянна жизнь – никогда не знаешь, что ждет тебя впереди…» В сказочный мир Веры как-то незаметно вошли Хранители и хозяин таинственной усадьбы – граф Лесьяр Ястреб. Белый, словно игрушечный катер, проплывающий по реке, казался ей иллюзией или выдумкой – он исчезнет и от него ничего не останется, только шум встревоженной воды. Но Вера ощутила что-то необычное – будто ток Времени вошел в ее тело. Теперь она как-то по-иному видела реку, сосны, даже трава казалась ей необычной – трогательной, ранимой, словно проживающей последние часы своей жизни. Границы стерлись – настоящее соединилось с прошлым, стремительно выстраивая неизведанное таинственное будущее.
– Я всегда мечтал найти серьезный артефакт. А тут сама судьба предлагает нам поиск. Как ты думаешь, Верочка, осилим? – услышала Вера голос Шурки – мечтательный, даже торжественный, будто он давал кому-то клятву. А может, себе? Серые глаза его наполнились стальным блеском и уверенностью.
«Шурка сильный и целеустремленный – он что хочешь найдет, если захочет. С таким характером, как у него, только кораблем управлять!» Вере казалось, что время пробежит быстро и Шурка отправится на поиски своего серьезного артефакта, а она привыкла, что он всегда рядом, и, если он уедет, ей будет без него одиноко. Но сейчас он стоял рядом с ней, и она могла на него рассчитывать.
– Думаю, осилим – мы же обещали Хранителям, – Вера с ужасом смотрела на серую бегущую воду. – Только воды я боюсь… почему-то никак не могу пересилить страх перед ней. Вода кажется мне неуправляемым чудовищем – если она рассердится на людей, то поглотит их, – сказала она протяжно и печально и по телу ее пробежал неприятный озноб. – Папа учил меня плавать, но если я не чувствую под собой дна – держитесь все… – она представила, как тонет, и непроизвольно шагнула назад. – В общем, вода привлекает меня только с берега…
– И такое бывает, но ты не унывай. Негоже такой красавице, как ты, вешать нос, – Шурка понимающе вздохнул. – Не всем рыбами быть – кто-то летать должен, – он показал пальцем на приближающуюся к ним чайку. – Придумал – я буду звать тебя Чайкой!
– Красивая! Белоснежная чайка на сером небе… – Вера запрокинула голову вверх, ей стало неуютно и захотелось домой. – Может, вернемся?
Только она сделала шаг, как ударилась ногой о камень; из густой зеленой травы на нее смотрели крупные голубые колокольчики. Она остановилась, хотела сорвать их, но Шурка уже быстро обрывал цветы и протягивал маленький нежный букетик Вере:
– Твои любимые… как чистое небо, – он закатил глаза и состроил смешную физиономию. – К сожалению, небо сейчас не то… но пусть они напоминают тебе только о чистом… – последние слова Шурка выговаривал так, будто говорил о чем-то высоком и почитаемом.
– Ты помнишь?.. – Вера вдохнула нежный аромат колокольчиков. – Летом пахнет… Оно скоро закончится и наступит осень с долгими проливными дождями и серым, затянутым тучами небом…
Она вспомнила о маме, о своих детских прогулках с ней, о том, как они собирали маленькие букетики из полевых цветов, осенью – из багряных и золотых листьев в парке, а зимой – смешные опавшие веточки, похожие на маленьких человечков или на что-то необычное – о них Верочка придумывала сказки и рассказывала их маме за вечерним чаем с зефиром…
Глухой раскат далекого грома заставил ее вздрогнуть.
Шурка дергал Веру за рукав:
– Чего ты стоишь как соляной столп? Видишь, небо какое? Дождь сейчас ливанет! Головой ручаюсь, не успеем… – он схватил Веру за руку и потащил за собой.
– Хранители… – тихо прошептала Вера; ей послышалось, будто издалека ей ответил Всеволод: «Когда тебе понадобится моя помощь, я приду».
Шурка что-то бурчал себе под нос, но Вера решила не обращать внимания на его ворчание.
– Под дождем промокнешь, температура поднимется… Что мне тогда с тобой делать?
Волна накатившей радости клокотала в груди. Веру смешило все: и неодобрительное бурчание Шурки, и его забота, даже темное небо больше не вызывало печали.
Минут через десять, раскрасневшиеся и тяжело дышащие от быстрого бега, они вылетели на улицу Весеннюю. И замерли.
Толпа мужчин колотила друг друга – некоторые уже ползали по земле, трое лежали неподвижно; рядом с одним из них растеклась темная лужа, похожая на кровь.
Порывом ветра раскачало старые липы – они скрипели, шумели густыми кронами.
– Смотри! Смотри! Во дают! – Шурка весело рассмеялся, показывая пальцем на разбушевавшуюся толпу.
– Они что, с ума сошли? – робко спросила Вера и спряталась за Шуркину спину, потянув его за собой. – Давай обойдем Весеннюю с другой стороны! – ей хотелось поскорее убежать, и она взглянула на Шурку с отчаянной мольбой.
– Давай… – Шурка выпрямился и засучил рукава рубашки.
– Зачем ты… чтобы драться легче было? – У Веры похолодело внутри – она что есть силы вцепилась в Шурку и потянула его прочь, но он не торопился, пристально, как зачарованный разглядывая невменяемых. – Шур… Я прошу тебя, пойдем! – крикнула Вера и дернула его за руку.
– От такой жары мозги у любого расплавятся! – Шурка будто очнулся. Они побежали и свернули на улицу Осеннюю.
– Жарко стало, вот и засучил… – время от времени Шурка оглядывался назад.
– Ты под ноги смотри! – натянуто рассмеялась Вера – буйная толпа не выходила у нее из головы. «Что бы это могло быть? Может, атмосферное давление на них так повлияло? Или планеты не так выстроились?..»
Шурка остановился:
– Откуда здесь лужа?
Вера озадаченно разглядывала свое отражение в мутной воде.
– Как-то все странно… – пробурчал задумчиво Шурка. – Что-то здесь не так…
– Да и мне странно: то весело, то страшно – настроение постоянно меняется… – Вера осеклась.
Дорога прямо у них на глазах покрылась трещинами. Из глубины земли доносился ритмичный грохот – он приближался к поверхности.
– Мамочка! Что это? – ахнула Вера, едва успев отпрыгнуть.
– Не знаю. Побежали отсюда!
Они рванули назад, на перекресток улиц Весенней и Осенней.
Но там асфальт тоже трещал по швам.
«Будто подземный гигант вылезает из недр земли», – промелькнуло у Веры в голове. Огромные куски асфальта наплывали друг на друга, как льдины в ледоход. Из-под земли во многих местах забили фонтаны с черной пенистой водой, да такие высокие, что в голову приходило только две мысли: в городе произошел массовый прорыв труб или сами собой, чудесным образом открылись нефтяные скважины.
– Началось! – Шурка пытался перекричать лязг колес, крики людей, детский плач – все куда-то бежали.