Диана Ярина – В разводе. Все сложно (страница 3)
Ольга Антоновна мои нелепые объяснения даже не слушает, она отмахивается легко, будто я несу чепуху несусветную.
Ее кровавый маникюр будто оставляет в воздухе красный росчерк.
— Ваши личные проблемы меня не касаются, Мария Дмитриевна. И не забудьте принести извинения клиентке нашей клиники. Той самой, которую вы унизили.
Я замираю. Смотрю на директора, не понимая.
— Какой... еще клиентке? — едва выдавливаю.
Ольга Антоновна в ответ смотрит на меня свысока, произносит медленно, будто объясняя дурочке прописные истины:
— Дарина Алексеевна оформила годовой пакет на VIP обслуживание, — произносит она четко, подчеркивая имя.
Дарина.
Так ее зовут.
Шлюху моего мужа зовут Дарина.
— Сами понимаете, что есть такой закон — клиент всегда прав. Тем более, в сфере услуг!
Понимаю?!
Нет.
Я ничего не понимаю.
Я жена владельца этой проклятой клиники! Я...
Неужели он выбрал прошмандовку?!
Дариночку с годовым пакетом!
— Я не стану извиняться.
Глаза директора вспыхивают, словно она только этого и ждала.
— Если так, то… Завтра на работу можете не приходить.
Глава 3. Она
После этих слов в ушах зашумело.
Весь кабинет перед глазами плывет.
Не может быть! Это же... бред!
— Как? — вырывается наконец. — Это же несправедливо! Из-за этой... сцены... которую устроила не я!
Вижу, как тонкие губы Ольги Антоновны растягиваются.
Едва заметное торжество в глазах.
И не только.
Презрение? Наслаждение?
— Про мужа говорить не стоит, — произносит она медленно, смакуя. — Именно он и распорядился.
Оглушающая тишина обрушивается на меня.
Замираю.
Не могу дышать.
В глазах темнеет.
— Как? Когда?
Ольга Антоновна разводит руками:
— Пока вы тут отдыхали, бродили по клинике, прохлаждались… Я позвонила основателям клиники и обсудила этот вопрос с ними. Решение было единогласным…
Она говорит еще что-то, но я больше не слышу.
Просто не могу слышать.
Я только вижу, как ее губы шевелятся на лице, но не слышу ни звука.
Будто смотрю на нее через толщу воды.
Муж. Меня. Уволил.
Илья. Мой Илья.
Любимый муж!
Двадцать два года вместе. Отец Демьяна и Лены. Мужчина, ради которого я... не стала строить свою карьеру.
Пока она работал, обеспечивала ему тыл, была верной, понимающей и заботливой женой.
Муж, который перед отъездом не выпускал меня из спальни, занимался жарким сексом и твердил, что будет скучать.
Тот, в ком я души до сих пор не чаю, распорядился о моем увольнении.
Через Ольгу.
Из-за скандала, который устроила его... наглая шалава!
Жар сменяется ледяным холодом.
Дрожь начинается в коленях, ползет вверх.
Живот. Грудь. Руки.
Сжимаю кулаки.
Ногти впиваются в ладони.
Я не чувствую боли.
Есть только горечь и неверие.
Я встаю и покидаю кабинет Ольги Антоновны, пребывая в каком-то немом отупении.
Но потом во мне просыпается ярость.
Острая, слепая ярость.
Мне хочется закричать, но горло будто стянуто колючей проволокой.
Только по лицу течет что-то горячее, ядовитое.
Неужели я плачу?
Как он мог?!
Как?!