Диана Ярина – Развод в 45. Я не буду одна (страница 26)
Хотя так сразу и не поймешь, что у нее на уме.
Игорь спокойно и просто, без намека на пафос говорит:
— Ты мне сразу понравилась. Когда вошла — в помещении сразу стало светлее.
Я не знаю, что ответить. В голове пусто, только растерянность. Смотрю куда-то мимо, на улицу, чтобы собраться, но мысли прыгают, ни за одну не ухватиться.
— Это все… Слишком быстро и неожиданно.
— Ок, подумай, — просто отвечает Игорь, и больше мы не возвращаемся к этому вопросу.
***
Прошло две недели
Мирон исчез из поля зрения.
Больше не достает меня сообщениями о том, что я должна ему денег. Катя тоже успокоилась, кажется, отец просто заплатил ей за ресторан, и она больше не закатывает капризы.
С детьми я поддерживаю связь, в основном, в переписке.
Отвечаю им, но не навязываюсь первой.
Если я что-то поняла, так это то, что в семье я была очень удобной женой и мамой, никогда не показывала характер, угождала им всем, а теперь…
Теперь я хочу понять, как ко мне будут относиться, когда я перестану подстраиваться под все их интересы.
Игорь пишет нейтральные, но заботливые сообщения, иногда заезжает, привозит кофе или конфеты.
Мне приятно с ним общаться, а из мыслей никак не проходит наш поцелуй — горячий и такой искренний, что даже иногда снится продолжение.
Я снова полностью в работе: букеты из зефира, праздничное оформление…
Заказов так много, что кажется — удача наконец повернулась ко мне лицом.
И вдруг — длинный настойчивый звонок в дверь.
Я открываю — и сразу понимаю, что визитеры пришли не с добрыми намерениями.
На пороге две женщины в строгих пиджаках, с плотно сжатыми губами и папками в руках. Одна из них смотрит пристально, изучающе, будто сразу видит во мне преступницу
— Михеева Вера Николаевна? — холодный голос. — Мы из налоговой инспекции. До нас дошли сведения, что вы занимаетесь предпринимательской деятельностью.
— Что?
— Ваша деятельность по продаже зефирных букетов и десертов не зарегистрирована официально. Вы не имеете права работать вот так, и у вас накопились задолженности по налогам.
Я не могу выдавить ни слова.
Вторая женщина делает шаг вперед, листает папку:
— На ваш расчетный счет поступали средства, но в налоговый департамент отчетность по предпринимательской деятельности от вас не поступала. Объясните, почему вы не уплачиваете налоги?
Первая женщина перебивает ее, еще более холодным тоном:
— И есть ли у вас все соответствующие разрешения для занятия этой деятельность. Изготовление пищи — это не шуточки, эта деятельность строго регламентируется. В каких условиях вы производите продукцию на продажу?
Я не знала, куда деться.
Просто застыла на месте, вросла в пол!
— Я… Я думала, что… Это все небольшие заказы, просто для знакомых, — я говорю еле слышно, проступает дрожь.
— Мы видим регулярные поступления на карту, — безжалостно продолжает первая. — Независимо от объема, любая предпринимательская деятельность подлежит налогообложению. Вас предупреждали ранее?
— Нет, никто не предупреждал… Я… не знала, — в ушах шум, голос едва держится.
Женщины усмехаются, как акулы, они не верят моим словам.
— Не знание закона не освобождает от ответственности, — сурово резюмирует вторая.
Они проходят в прихожую, осматриваются, будто нашли у меня, по крайней мере, цех по выпуску фальшивых денег. Я чувствую себя крошечной, беспомощной, все начинает кружиться перед глазами: коробки зефира, ленты, заказы — все это вдруг кажется нелепым, чужим.
— Я, что, нарушила что-то серьезное?
— Придется составить протокол, — слышу за спиной. — Представьте, пожалуйста, документы, подтверждающие источник поступлений и оплату налогов за последние полгода.
Я растерянно смотрю на свои руки.
Мои достижения, мои десерты, радующие клиентов, не кажутся теперь ни бизнесом, ни счастьем.
Пол под ногами тает.
Только страх, холодный и липкий, разливается по всему телу.
Две пары чужих строгих глаз сверлят меня до мурашек, и я впервые в жизни по-настоящему боюсь.
— Я могу спросить, откуда… как…
— Нам поступили сведения, — замечает вторая женщина. — Мы провели проверку и выяснили, что сведения были достоверными…
— И ждите в гости инспекторов и других служб, — свысока замечает первая.
Я даже не запомнила, как их зовут.
От страха у меня закружилась голова, и отчетливо промелькнула мысль:
Но что же мне делать?!
Глава 25. Она
Я не чувствую пола под ногами. Как будто земля разом ушла из-под ног, просто растворилась.
Прослушиваю уже третий раз звонок из очередного ведомства. Такое чувство, что мной заинтересовались все — и противопожарная безопасность, и из санэпидемстанции.
Голос холодный, механический, но каждое слово режет по живому.
А еще эти угрозы из налоговой крутятся в голове:
«В случае неявки... штраф... блокировка счетов, конфискация имущества через суд».
У меня трясутся руки, когда я пытаюсь кому-то дозониться и проконсультироваться, меня футболят от одного консультанта к другому, и все делают такой высокомерный вид:
— Дамочка, сначала нужно все организовать, зарегистрировать бизнес и только потом делать его!
Страх сдавливает горло. Я дрожу, не могу собрать мысли, паника накрывает меня волной.
На фоне этого невообразимого стресса мне пишет сообщение Игорь:
«Привет. Давай увидимся вечером, поговорим».
Я машинально отвечаю:
«Не сейчас, у меня куча дел».
Но он тут же звонит.