Диана Волкова – Дар (Посвящение. Ритуал) (страница 58)
Грохот, сопровождающий обвал на крутом склоне скалы, разразился так неожиданно, что все вздрогнули, он прокатился по всей долине, оглушив своим громыханием. Одновременно с этим сверкнула молния, и в одно мгновение перед участниками ритуала предстала молодая женщина, с головы до ног укутанная в сияющее полупрозрачное покрывало.
Она находилась от них на расстоянии в несколько сотен метров, но казалось, что стоит совсем рядом, может из-за того, что силуэт её висел в воздухе прямо на уровне их глаз.
– Кто меня звал? – лилейный голос прозвучал мелодичной песней в головах присутствующих, а затем всё стихло – и грохотание, и голос. Силуэт пропал так же внезапно, как и появился.
– Что-то пошло не так? – встревоженная Ивонн спохватилась первой.
– Нет, милая. Она говорит с Федериком, всё хорошо, нам надо теперь только ждать.
Однако вместо того, чтобы стоять и ждать, Ивонн вдруг, ведомая какой-то невиданной силой, вышла из круга и пошла, не оглядываясь, на запад.
Она шла медленно, округлив уставшие плечи, и скрылась из виду, крикнув своим друзьям:
– Я должна узнать правду, оставайтесь там, со мной всё будет хорошо!
Микаэль пару минут терзался сомнениями, но не выдержал и, разбежавшись, прыжком преодолел расстояние до зеркала, запрыгнул в него и выскочил с другой стороны. Обернувшись в свой тотем, он стремительно последовал за подругой, отталкиваясь от земли мощными лапами.
Ивонн, увидев приближающегося волка, замерла на мгновение, но, будто появление Микаэля её ни капли не тронуло, дёрнув плечом, сказала:
– Как хочешь, Микаэль, тебе же хуже, – и тут же продолжила свой путь с такой уверенностью, будто уже знала наверняка, куда идёт, и, вопреки ожиданиям своего друга, на этот раз совершенно точно ориентируясь на местности.
Пройдя метров двести сквозь сухой валежник, странная компания оказалась на крутом склоне большой горы, за которой виднелся овраг.
Спускаясь в овраг, женщина вдруг остановилась. Внизу, за огромной свалкой мусора, послышались чьи-то отдалённые голоса.
– Мне нет смысла сворачивать назад, мой дорогой, я пойду в любом случае, но тебе нужно вернуться, пока не поздно, – голос Ивонн звучал тревожно.
Однако Микаэль решительно мотнул мордой, упрямо показывая намерение идти с ней.
Голоса всё приближались, вскоре Ивонн заметила уже знакомую ей компанию молодых мужчин.
Они шли, понурив головы, шаркая заплетающимися ногами о землю, лохмотья одежды колыхались при каждом шаге, оголяя покрытые язвами торсы. Парни что-то обсуждали между собой на неизвестном Ивонн языке.
Лишь один из парней, ненадолго остановившись, повёл полупрозрачным взглядом вокруг и, как будто заподозрив что-то неладное в той стороне, где за грудой мусора стояли Ивонн и её лохматый друг, спросил у своих спутников:
– Там кто-то живой?
Не получив вразумительного ответа, парень отвернулся, и вся компания пошла дальше, пока через несколько сотен метров не скрылась за поворотом оврага.
Примерно полчаса Ивонн и сопровождавший её волк- Микаэль шли молча, не оглядываясь и не сбавляя шага, всё дальше углубляясь на запад, пока наконец не обнаружили себя на берегу широкой реки.
На контрасте с полной тишиной мрачного пейзажа гористой местности, лишь изредка покрытой одинокими сухими деревьями и более чем редким кустарником, здесь оглушительно грохотал бурлящий поток, на огромной скорости стремящийся к горизонту.
Вокруг, куда хватало взгляда, не видно было больше ничего, кроме этого величественного источника и окружавшего его всё того же безрадостного пейзажа.
Ещё спустя минут пять неспешного шага Ивонн заметила вдалеке тот самый мост, который она вспомнила из своего сна и к которому всё это время держала путь. Ускорив шаг в предвкушении скорого решения своего дела, женщина уже почти бежала, собрав оставшиеся после долгого путешествия силы. Волк безропотно следовал за своей спутницей.
Пройдя наконец по мосту на другой берег, Ивонн обнаружила себя посреди развалин какого-то древнего города.
«Нет, не может этого быть!» – подумала раздосадованная Ивонн. Не так она себе представляла то место, куда направлялась.
Но Микаэль кивком указал ей нужное направление. В отличие от своей подруги, он сразу узнал этот запустелый квартал в Арле, на самой окраине, где они часто проводили время, иногда прогуливая последние занятия в школе, а иногда все выходные, наслаждаясь компанией друг друга.
За последним на этой улице забором стоял заброшенный дом, единственный из всех здешних строений сохранившийся практически полностью: по крайней мере, стены и крыша были почти целы, за небольшими исключениями в виде осыпавшейся штукатурки и местами отсутствующей черепицы.
В этом доме и бывшем когда-то чудесном саду, окружавшем его, они провели множество часов, разговаривая и мечтая о счастливом совместном будущем, когда они наконец окончат школу и уедут из опостылевшего городишки в светлую жизнь, возможно в столицу или в любой другой большой город.
Теперь Ивонн тоже вспомнила. Она стояла посреди опустевшей улицы, уронив руки, крупные слёзы струились из её изумрудных глаз.
«Я должна её найти, она должна быть где-то здесь», – мысленно обратилась она к Микаэлю.
Завернув за угол, она вошла в знакомую калитку. Обойдя двор, продравшись сквозь заросли, опутавшие палисадник, Ивонн наконец увидела то, что искала.
На развалившемся, полусгнившем крыльце, ведущем в дом, лежал раненый белый кот. Ивонн подняла бездыханное тело с распоротым животом, завернула его в подол своего широкого чёрного плаща и молча побрела назад, через калитку, а затем вдоль мрачной улицы в направлении реки.
***
– Как ты могла её отпустить? – негодовал Федерик, снова обращаясь к своей старой приятельнице Софи.
– Да разве она меня когда-то слушала, дорогой? – миловидная женщина всхлипывала, жалостливо простирая к нему маленькие пухлые руки. – Ты же знаешь упрямство Ивонн: если она что-то надумала, её невозможно переубедить!
– Я не могу ждать больше получаса, скоро рассвет. Софи, нам нужно заканчивать ритуал.
– Я уверена, она вернётся раньше, – однако голос Софи не был убедительным.
Ещё через двадцать минут, когда терпение Федерика было уже на пределе, Ивонн в сопровождении Микаэля наконец появились в поле зрения. Появившись из-за ближайшего пригорка, усталой походкой они шли в сторону своих друзей.
– Федерик, мне нужна ваша помощь, я знаю, что о многом прошу, но это очень важно, – на ходу прокричала Ивонн, не успев поравняться с компанией. Последние несколько метров она заметно прибавила шаг и уже почти бежала.
– Что бы там ни было, мы со всем разберёмся позже, а сейчас нам необходимо вернуться. Ты не представляешь, какой опасности ты подвергла нас всех своей вылазкой, – начал было Федерик, но тут же осёкся: – Это то, что я думаю?
В глазах старика были страх и смятение.
– Да, вы не ошиблись… – понурив голову, как провинившийся ребёнок, пробормотала Ивонн.
На этот раз Федерик, которому уже удалось упросить Великую Мать забрать своего подданного, слишком загостившегося в их мире, назад и без серьёзных последствий, о которых он так переживал накануне и которых так рассчитывал избежать, смирился с неизбежным…
Теперь перед ним стоял тяжёлый выбор – умолять Мать, чтобы та позволила им воскресить тотем его наставницы, за что она могла потребовать жизнь одного из его подопечных. А может, и его собственную. Этого он наверняка знать не мог.
Одно было ясно: если он обратится к Ней с подобной просьбой, то будет вынужден заплатить эту цену, торговаться с Великой не принято. Это неизменное правило испокон веков ещё никто из знающих не осмелился нарушить. Ибо горе тому, кто посмеет…
Решения Федерик мог принимать так же молниеносно, как и действовать. Он выхватил труп кота из рук Ивонн, отбросил его в сторону, другой рукой затянул Ивонн в круг, а затем скомандовал Софи, чтобы начинала трансгрессию. Через секунду вся команда уже находилась в ангаре, каждый на своих местах, внутри пентаграммы.
Первым начал своё дело Арман – он мысленно дал знать Федерику, что дела совсем плохи: он видит тень, которая захватила Тома почти целиком и начала своё губительное действие, от которого тот уже не оправится.
Федерик всё понял, но не в его правилах было сдаваться, он передал инициативу Николя и Ричарду, чтобы те приступили к выполнению их части плана.
А Софи, которая стояла в боевой стойке с мечом в вытянутой руке, резким движением разрубила пополам хорька, которого уже успела достать из клетки.
Из щуплого тельца несчастного животного фонтаном брызнула кровь, которой Софи незамедлительно окропила костёр, и затем со словами: «Да будет так!» бросила в него же и тушку.
По ангару разнёсся запах горелого мяса, а Ивонн, которую колотила дрожь от всего увиденного и которая до сих пор не совсем собралась с мыслями, чтобы осознать, что происходит, вдруг опомнилась, поняв, что настала её очередь действовать. Она достала из широкого кармана своей накидки короткий клинок и подошла к зеркалу.
Первым делом она набрала полные лёгкие воздуха и медленно выдохнула на раму. Зеркало загорелось, разноцветные языки пламени тут же закружили по всему периметру рамы, стирая огнём все символы, которые были старательно выведены на нём её прабабушкой много лет назад.