Диана Удовиченко – Эффект искажения (страница 68)
– Пошли…
– Смотри! – крикнул Харитонов.
Из леса на них стремительно несся словно материализовавшийся ниоткуда паджерик. Правда, его так швыряло из стороны в сторону, словно за рулем был пьяный. Николай Григорьевич вскинул карабин, Сергей – пистолет. Машина резко затормозила и остановилась. Несколько минут ничего не происходило, потом дверца распахнулась, и наружу вывалился, едва удержавшись на ногах, молодой белобрысый парень.
Дорога до пригорода Владивостока далась Даше непросто. Трасса змеилась между сопками, то круто забирая вверх, то обрываясь вниз. Сердце замирало на каждом крутом повороте, которых было в избытке. Встречные машины вызывали страх – все время казалось, что «чероки» сейчас с ними столкнется. А еще был скользкий асфальт, ранние зимние сумерки и густой липкий туман…
Денис дремал на переднем сиденье, время от времени тихо постанывая. Памятуя народную мудрость «тише едешь – дальше будешь», Даша не выжимала больше шестидесяти. Однако и эта скорость казалась ей запредельной. Она очень боялась, что преследователи возобновят погоню, но нет, в зеркалах не видно было ни черных джипов, ни мотоциклистов.
К пригороду подъехали поздним вечером. Даша остановила машину, осторожно коснулась щеки Дениса, мельком порадовавшись тому, что жара нет. Он тут же открыл глаза. В его взгляде была такая любовь, что девушка, несмотря на все беспокойство, вдруг ощутила счастье.
– Мы почти приехали, – сказала она. – Показывай, куда дальше?
– Меняемся местами, малыш, – тихо проговорил Денис. – Дальше я поведу.
Даша хотела было возразить, но сдержалась. В санаторной зоне полно дорогих коттеджных поселков, машины здесь тоже ездят не из дешевых. Не хватало ей еще влепиться в какой-нибудь «лексус» или «майбах». На подступах к местным «рублевкам» наверняка дежурит ППС, а у нее даже прав нет…
Денис выглядел отдохнувшим, и девушка решила, что ему вполне по силам одолеть последние километры пути. Лишь поменявшись с ним местами, Даша поняла, насколько устала и перенервничала. Руки дрожали, по телу разлилась слабость. Глаза слипались. Несколько минут она пыталась бороться с дремотой, но потом сдалась и погрузилась в ласковую дымку. Ей виделось что-то неясное, но доброе и приятное, и во сне Даша улыбалась.
– Просыпайся, малыш, – тихо сказал Денис, касаясь ее щеки нежным поцелуем. – Приехали.
Девушка открыла глаза и увидела трехэтажный особняк – то ли стилизованный под восемнадцатый век, то ли действительно старинный. Он стоял на невысоком пологом холме, окруженный множеством построек – настоящее дворянское гнездо. Несмотря на позднее время, из высоких арочных окон падал желтоватый свет, нежными полотнищами ложился на заснеженные склоны. К парадному входу вела беломраморная лестница. По ней вниз торопливо бежал человек.
Денис опустил стекло:
– Миша, привет!
– Наконец-то! – проговорил, подскакивая к машине, худощавый молодой мужчина. – Рэм с Анастасией уже заждались. Вы оба целы?
– Денис ранен, – быстро проговорила Даша.
Миша распахнул дверцу, включил в машине свет, осторожно ощупал плечо Дениса.
– Кажется, навылет… А вы как?
– Со мной все в порядке, – заверила Даша.
– Хорошо. – Мужчина улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами, протянул Денису руку. – Опирайся на меня, пошли.
– А машина? – спросила девушка.
– Я позвоню, ее отгонят, – отмахнулся Миша.
Втроем они поднялись по лестнице к крыльцу, окруженному шестью колоннами. Миша толкнул тяжелую дверь, и Даша не смогла сдержать вздоха восхищения: перед нею простирался большой круглый зал. Именно таким она в детстве представляла себе замок Снежной королевы. Пол, сияющий, словно скованное льдом озеро, снежная белизна величественных колонн, сугробы банкеток и диванов, стоящих вдоль стен, сверкающие сталактиты хрустальной люстры и над всем этим – легкие облака лепнины на высоком потолке.
А вот и сама хозяйка – белокурая и прекрасная. Анастасия Станиславовна, в дымке нежно-голубого шелкового одеяния, выбежала навстречу сыну. За нею спешил Рэм Петрович.
– Мам, пап, я в порядке, – поспешно проговорил Денис, предваряя вопросы.
– Миша, веди его в мой кабинет, – встревоженно сказал профессор.
– А вы, Дашенька, пойдемте со мною. – Анастасия Станиславовна, увидев сына, сразу успокоилась и мягко взяла девушку под руку. – Я покажу вам вашу спальню.
Поднявшись на второй этаж, женщина привела Дашу в небольшую, затянутую светлым шелком, словно бонбоньерка, комнату. Девушка с надеждой покосилась на широкую кровать под атласным покрывалом, но тут же подумала, что вряд ли она сумеет уснуть: душу грызло беспокойство о Денисе.
– С ним все будет хорошо, – произнесла Анастасия Станиславовна, словно угадав ее мысли. – Отец о нем позаботится.
– Мне надо поговорить с Рэмом Петровичем, – сказала Даша.
Ей нужны были ответы на все вопросы. Разум требовал внятных объяснений происходящему, и девушка надеялась, что профессор сумеет их дать.
– Конечно, – улыбнулась Анастасия Станиславовна. – Утром ты не только встретишься с Рэмом, но и познакомишься со всей нашей семьей. Должны же они видеть, кого спас Денис.
– Вы знали… – Даша едва не расплакалась, пораженная благородством этой женщины. – Знали, куда он едет?..
– Конечно, – кивнула Анастасия Станиславовна. – У Дениса нет от нас секретов. Кстати, ничего, что я на «ты»?
Даша рассеянно мотнула головой. Какими же душевными силами надо обладать, чтобы отпускать единственного сына на борьбу с нежитью? А потом ждать его, зная: он может не вернуться? И теперь, вместо того чтобы рыдать от счастья и облегчения, еще вежливо, с удивительным спокойствием, интересоваться у спасенной, как можно к ней обращаться…
– Спасибо, – прошептала девушка.
– Не за что. – Анастасия Станиславовна едва заметно улыбнулась. – Это наш долг. Ты голодна?
Даша прислушалась к себе. Она не ощущала голода, а при мысли о еде ее затошнило. Вдруг вспомнился китаец с кровавой дырой во лбу…
– Нет, спасибо.
Ей хотелось только спать.
– Тогда тебе лучше лечь, – сказала Анастасия Станиславовна. – Я разбужу тебя рано.
Женщина вышла. Даша скинула куртку и сапоги, заглянула за шелковую ширму, где оказалась дверь в ванную. Встала под душ, с наслаждением смывая с себя пыль и грязь. Выйдя из ванной, рухнула на постель и мгновенно отключилась…
Ее разбудил голос Анастасии Станиславовны:
– Пора вставать…
– Доброе утро, – улыбнулась ей Даша, вскакивая с кровати.
Стоявшие в углу старинные часы с маятником показывали пять. Девушка выглянула в окно: за ним царила темнота, подсвеченная далекой бледной зарницей. Значит, недолго ей удалось отдохнуть… Но Даша чувствовала себя бодрой и свежей, как будто проспала всю ночь.
– Тебя ждут в столовой, – сказала Анастасия Станиславовна. – Ранний завтрак. Семейная традиция, – пояснила она, встретив удивленный взгляд девушки.
На женщине было свободное зеленое платье простого покроя, подчеркивавшее изящество ее фигуры. Глядя на нее, Даша вдруг вспомнила: ей не в чем выйти к столу. Серый свитерок никак не сойдет за приличный наряд. Но даже если бы и сошел, его не с чем надеть. Джинсы и сапоги, безнадежно испорченные катанием по склону, грязной горкой лежали в углу, где она их вчера оставила.
Здравый смысл подсказывал: вряд ли родственники Дениса ждут, что девушка, только что спасенная из лап вампиров, явится к столу в умопомрачительном туалете. А на душе было грустно: ей так хотелось быть красивой для любимого и его семьи!
– Приводи себя в порядок и одевайся, – проговорила Анастасия Станиславовна, указывая на стоявшее в углу кресло.
На спинке кресла висело белое платье из какой-то тонкой, приятной на ощупь ткани, рядом на полу стояла пара светлых туфель.
– Это мое. Думаю, будет как раз. И вот еще…
Она подала девушке запечатанную коробочку с роскошным комплектом нижнего белья и деликатно отвернулась.
Даша быстро приняла душ, оделась. Все пришлось впору. «Нужно что-то сделать с волосами», – подумала она.
– Позволь мне.
Анастасия Станиславовна взяла с туалетного столика щетку и принялась осторожно расчесывать густые Дашины волосы.
– Тебе не нужны никакие ухищрения, – тихо говорила она. – Ты красива естественностью и свежестью. Юность – вот твое главное украшение.
Она распустила волосы, окутав плечи, словно серебристым плащом:
– Вот так. Подойди к зеркалу, посмотри, как ты хороша.
Даша послушно подошла. Смотрела и не узнавала: зеркало отразило хорошенькую… нет, красивую девушку. У нее были правильные, тонкие черты лица. Платье красиво облегало стройную фигуру, а его белизна выгодно подчеркивала нежный румянец щек и яркость губ. И глаза у Даши были не просто серые, а цвета дымчатого топаза – блестящие, загадочные, опушенные темными длинными ресницами. И волосы не русые, а пепельные, серебрящиеся на свету. Наверное, впервые в жизни Даша понравилась себе, поверила в свою красоту, поняла, что увидел в ней Денис.
– Пойдем, нас уже ждут, – сказала Анастасия Станиславовна, направляясь к двери.
Покинув комнату, они прошли длинным коридором к лестнице. Даша ощутила, как затрепетало сердце: внизу ее ждал Денис. Все еще бледный, он тем не менее выглядел вполне бодрым и здоровым. Строгий серый костюм и светлая рубашка делали его старше и еще красивее. Денис смотрел на Дашу восхищенным взглядом.