Диана Рымарь – Лишняя в его семье (страница 4)
На секунду воцаряется полная тишина. Слышно только, как гудит компьютер и где-то за стеной стучит принтер.
А потом лицо Димы словно освещается изнутри. Глаза расширяются, на губах расплывается такая счастливая улыбка, что сердце екает от нежности. Он резко подскакивает с места, едва не опрокинув стул, бросается ко мне, хватает за руки.
— Правда?! Тонь, ты серьезно?!
Киваю, и он тут же усаживает меня на стул поближе к своему столу, сам пристраивается рядом на корточки, берет мои руки в свои теплые ладони.
— Я знал, что залетишь! У меня живчики — во, а ты еще сомневалась! — Он показывает большой палец и смеется. — А почему такое лицо, Тонь, ты не рада? Ты ж хотела ребенка.
Вот тут-то я и выдаю:
— Твоя мама сказала, что не потерпит ребенка в своей квартире! Сказала — на аборт идти. Прикинь!
Улыбка медленно сползает с Диминого лица. Он моргает, словно не понимает, что я сказала. Потом его рот приоткрывается, брови поднимаются чуть ли не к самой линии волос.
— Что… что ты сказала?
— То, что сказала! Она мне прямым текстом заявила, что мне нужно избавиться от ребенка!
— Я… Э-э… — мычит он нечленораздельно, явно пытаясь переварить информацию.
— Ты что, правда никогда не говорил с мамой о будущих детях? — спрашиваю я, цепляясь за последнюю надежду.
— Что ты, — тут же отмахивается он. — Конечно же, говорил. Что за глупости вообще?
А я и рада бы посчитать это глупостью, вот только не выходит при всем желании.
— Я лишь передаю тебе ее слова, Дим. Это ненормально!
Он встает, зарывается пятерней в светлые волосы, взъерошивает их.
— Может, ты что-то не так поняла? — спрашивает с надеждой в голосе. — Мама же не может такого сказать…
— Я все правильно поняла. — Поджимаю губы. — Она еще добавила, что с ее здоровьем ей нужен покой и уход, а не орущие дети.
Дима тяжело вздыхает, трет переносицу.
— Малыш, ты не переживай, мы сейчас поедем домой, и я поговорю с мамой. Я все решу…
Он так уверенно это говорит, что я ему верю.
Конечно, он все уладит. Он же мужчина, он же сын, мать его послушает.
Правда верю!
Тем неожиданнее для меня то, что происходит потом.
Визуал
Дорогие, любимые, я представляю вам визуал героев так, как вижу их я. Надеюсь, понравится!
Антонина, умница и красавица, работящая пчелка. Двадцать пять лет. Она обязательно со всем справится.
Дмитрий, тоже красавец и работящий муж, а с характером определимся позже. Тридцать лет.
Елена Анатольевна, яркая личность, в прошлом актриса театра, ныне преподаватель актерского мастерства в местном университете. Она обязательно обо всем пожалеет. Пятьдесят три года.
Как вам визуал?
Надеюсь, визуал вам понравился, а теперь возвращаемся к нашим героям.
Глава 3. Сама виновата
Тоня
Я еще некоторое время жду, пока Дима освободится, сижу тихонько в его кабинете на жестком стуле для посетителей. Наблюдаю, как он методично перелистывает накладные, что-то подсчитывает на калькуляторе.
Клацают клавиши, шуршат бумаги.