Диана Рымарь – Как они её делили (страница 20)
А он берет со стола телефон и показывает мне сообщение.
Оно от абонента «Настенька-звездочка».
Звездочка она для него, значит…
Читаю сообщение: «Извини, нам не стоило встречаться, это было ошибкой. Я тебя не люблю».
Охренеть откровенно. Я даже не знаю, что было бы больнее — это ее «не люблю» или признание, что я ее трахнул?
Настя — профессионал по препарированию грудных клеток и вырезанию наших сердец наживую. Сначала разобралась с моим сердцем той треклятой бутылкой, а теперь и с Арамом поступила так же. При этом даже правды не сказала, не снизошла до объяснений.
Резко становится понятно, отчего Арам сидит весь зеленый и морда у него кислая.
Вот только в том-то и разница между мной и им — я бы тут же побежал выяснять, чем ей не угодил. А он сидит сопли на кулак наматывает…
Соплежуй.
Жалко его, да. Но не позволять же ему зажигать с собственной девчонкой из-за этой жалости.
Хотя она, в общем-то, не моя. Если по факту, считай, ненадолго одолжил, причем у Арама.
Неожиданно меня накрывает мощным откатом, и потихоньку доходит, что я сейчас сделал. Настя ведь и вправду не моя, а я ее целки лишил только что.
Я выебал девушку своего брата. И она его кинула. Ушла в закат.
Обиделась? Наверняка.
И брат меня с какашками съест, как только узнает.
Что бы я сделал с Арамом, если бы Настя выбрала меня, а он ее поимел втихушку?
Прибил бы на хер.
И вот я уже не понимаю, о чем думал, когда трахал ее там.
Я хотел Настю до безумия, да. Но совсем не так планировал обставить наш с ней первый раз. Хотел отель дорогущий, так же, как и Арам. Чтобы номер люкс, спальня в розовых лепестках, романтика на максимум. А сам нагнул ее и кончил в три секунды.
Так мечтал, а в реальности лажанулся по полной.
Еще и презерватив так неудачно напялил с непривычки. Вроде дома тренировался, потому что не хотелось облажаться первый раз с девчонкой. Но в реале оно совсем по-другому вышло, криво, да еще и возбуждение так сильно давило на мозг, что вообще не до предохранения было. Вот теперь понимаю, почему пацаны не любят эти резинки, херня это все. Надо свою девочку заиметь, и спать с ней в свое удовольствие.
Да, если бы Настена не выбрала Арама, у нас все бы было по-другому! Без спешки, взаимных обид и прочего.
Сама виновата, шкода. Натворила дел и ожидала, что я просто это проглочу?
Не того я склада характера человек.
Меж тем Арам продолжает сидеть и пялиться в одну точку. Уже натурально напоминает зомби. А мне непонятно, почему он ничего не делает.
Но орущая музыка не располагает к беседе.
Спрашиваю у него, с трудом перекрикивая музыку:
— Почему ты за ней не идешь?
Он отвечает:
— Смысл?
Сдался, что ли? Так просто?
И тогда я подскакиваю с места.
Если Араму даже впадлу найти ее и поговорить, то мне не в падлу ни разу.
Честно и откровенно, я чувствую себя препаршивейше после нашего секса. Хочу узнать, куда делась Настя, и убедиться, что с ней все окей.
Не надо было ее вот так бросать.
На хер я вообще ляпнул ей про Арама в конце? Обязательно было унижать? А все, потому что она бубнила там мне: «Не люблю, не хочу, отпусти, пошел вон…» Это при том, что сама от одного моего прикосновения кончить может. Лгунья.
Однако, как только я встаю с места, Арам четко угадывает мои намерения.
— Не смей к ней ходить! — орет он так громко, что у меня в ушах звенит, и хватает меня за локоть.
Ишь ты, сам не идет и мне типа нельзя? Хера он угадал.
— Тебя забыл спросить, что мне делать. — Я отдергиваю руку.
Показываю, что мне до лампочки его желания.
В этот момент Арам на меня бросается.
Что есть силы лупит кулаком в висок, и от неожиданности я пропускаю удар. В общем-то, за дело получил. Но дальше брату разукрашивать свою физиономию не позволяю, отвечаю ударом на удар.
И начина-а-ается…
Глава 18. А куда делась Настя?
Настя
После того как за Артуром закрывается дверь вип-кабинки, у меня как по команде выступают слезы.
Вот только рыдать не время, я понятия не имею, может кто-то сюда зайти или нет.
Осматриваю себя и ужасаюсь.
Блузка мятая, одна пуговица оторвана. Юбка тоже мятая, но самое паршивое — у меня отвратительный потек крови на правом бедре. Как будто протекла…
И внутри все болит, словно во мне побывал не один Артур, а университетская футбольная команда.
Лезу в сумочку, достаю влажные салфетки, кое-как вытираю себя. Опускаю юбку как можно ниже, ругаю себя за то, что вообще решилась ее напялить. Скольких проблем можно было бы избежать, будь я в узких джинсах. Хотя он и туда засунул бы руку, и содрал их с меня после.
Аккуратнейшим образом выглядываю наружу, нет ли поблизости Артура или Арама. Только потом выхожу в коридор.
Меня тошнит при одной мысли, что надо сейчас идти к Араму, как-то признаваться, краснеть.
И я не иду к нему, наоборот разворачиваюсь в противоположную сторону от танцпола.
Тут на меня резко накатывают воспоминания о том, как Артур держал меня в согнутом положении и совал в меня свою громадину. Все внутри сводит судорогой. Глаза как по команде влажнеют. Становится стыдно, да так, что щеки горят.
Торможу у входа в зал клуба. Чтобы добраться до выхода, нужно его пересечь, но я не могу.
Вдруг столкнусь с Арамом?
Вдруг столкнусь с Артуром?
Я никого из них видеть не могу и не хочу!
Хочу спрятаться где-нибудь в углу, свернуться калачиком и рыдать.
— Девушка, с вами все в порядке? — Ко мне подходит официант. — Вас кто-то обидел?
Неужели по мне так видно?
Смотрю на него — какой-то взрослый детина, очень серьезный.
— Скажите, а в клубе есть черный вход? Чтобы я смогла незаметно уйти? Мне очень надо…
— Вам вызвать такси? — хмурится он.