Диана Рымарь – Арам и Лиза (страница 31)

Провожу пальцем по экрану, увеличиваю снимок. Да, натворил дел с этими синяками, тут спору нет.

Наверное, больно ей сделал, когда хватал, хотя в моменте она мне этого не показала. Стонала под ухом так сладко, что мозги отключились напрочь. Вообще я обычно не ставлю синяков девушкам в процессе контакта, это, можно сказать, единичный случай. Просто очень сильно ее хотел.

Как дикарь, себя повел…

Уж конечно, Лиза не преминула ввинтить мне это в вину. Она будто получает искреннее удовольствие, когда находит повод меня уесть.

Мстит за прошлые обиды? Очень на то похоже.

Еще и противозачаточные эти… Аж скулы свело от злости, когда она про них написала. Вот на кой Лизе нужно их принимать? У нее мать вообще-то гинеколог, могла и объяснить дочке, насколько это вредно. Угробит здоровье, дурочка! Как потом мне детей рожать будет, об этом она подумала?

А с последствиями в виде беременности уж как-то разобрались бы. Я ей вообще-то замуж предложил, так что не какой-то там проходимец с улицы, чтобы мою сперму из себя тут же вытравливать.

Оно понятно, что рано ей еще беременеть от меня во второй раз, но бог нас не спрашивает, когда наградить детьми.

Снова перечитываю нашу переписку, и каждое ее сообщение будто сочится издевкой.

В очередной раз убеждаюсь — Лиза меня сливает. По полной программе.

Все, чего хочет, так это, чтобы я отвалил.

На каникулах приезжай, ага… Может, еще к Лехиному восемнадцатилетию? Или пока Лиза замуж за другого не выскочит и детей ему не начнет рожать?

Лучше бы прямо так и написала: «Арам, иди нахрен со своими предложениями». Было бы честнее.

Ежу понятно, она обиделась.

На что именно, уже не суть важно — что в койку уложил с наскока, что синяков наставил или бросил семь лет назад. Тут поводов может быть много, а еще они могут друг друга заменять, усиливать.

Женщины… Как же они любят все усложнять, простое дело в многоходовку превращать.

Но все-таки тот факт, что Лиза решила из-за простых обид отрезать меня от Лешки, попросту недопустим. Неужели она не понимает, насколько сын для меня важен?

Как мне налаживать с ним контакт, если мать ставит палки в колеса? Как мне с ним начинать дружить? Участвовать в его воспитании… Да я даже не знаю, на какие кружки он ходит, с кем дружит, что любит есть на завтрак. Это ненормально, так быть не должно.

Хоть в суд иди, честное слово.

Лиза не понимает, на что меня толкает и какие могут быть последствия. Думает, я буду бесконечно упрашивать? Вот только я вообще не из тех, кто просит хотя бы дважды.

Однако если я в этот суд схожу, она ж за меня замуж потом ни за что не пойдет. Опять разобидится на годы вперед, и вообще перестанет общаться. А мне нужна не война, мне семья нужна.

Надо как-то деликатно, с чувством, с толком, с расстановкой убедить Лизу, что я для нее идеальный кандидат в мужья. Это все решит — и с переездом, и с Лешей, и с моей сексуальной жизнью. И с ее тоже, кстати.

Встаю с кровати, хожу по номеру туда-сюда, как заведенный. Настроение ни к черту, хоть об стенку головой бейся.

Четко понимаю, что если мы с Лизой продолжим в том же духе, то ни хрена никуда не продвинемся. Все, что умеем, — ругаться при встрече и по телефону. Даже когда переспали, умудрились сразу же поругаться.

Мне, если честно, надоело до зубного скрежета. Я нормально с ней общаться хочу, и с Лешей тоже.

Надо что-то глобально менять. Кардинально.

Знать бы — что?

Плюхаюсь обратно на кровать, в голове крутится одна мысль за другой.

Решаю подключить группу поддержки.

Звоню брату, наплевав на то, что уже вообще-то полночь.

Длинные гудки, потом хриплый голос:

— Ты сбрендил в такое время трезвонить? У меня дети спят, жена спит, собака даже спит!

— Вообще-то ты мне тоже звонишь когда угодно, даже в шесть утра. Выйди в другую комнату, помощь нужна…

— Ладно, что там у тебя? — спрашивает брат со вздохом.

— Быстро перечисли мне варианты, как ты обычно миришься с женой. Мне самые действенные, пожалуйста. Так, чтобы быстро, четко и безотказно… Чтоб наверняка, короче.

Слышу, как Артур куда-то идет, закрывает за собой дверь.

— С кем ты там мириться собрался? — спрашивает он уже совсем другим голосом. — С Миленкой, что ли? Поругались? А я думал, у вас все гладко.

Вряд ли можно поругаться с человеком, с которым и не общался последние три дня. Милена даже не звонила, не писала. Видимо, тоже взяла время на раздумья. И гладкими такие отношения уж точно не назовешь.

— Не с Миленой.

— Тогда с кем? Ты что, завел кого-то на стороне? Арам, ты совсем охренел? — Надо слышать, каким любопытным тоном Артур у меня это выспрашивает.

Плотно сжимаю челюсти, решая: сказать или нет. Все равно узнает рано или поздно, ни к чему наводить тень на плетень, брат все-таки. И совет действительно нужен.

— Я собираюсь разорвать помолвку с Миленой и жениться на Лизе.

Тишина. Такая звенящая, что уши закладывает.

Потом Артур взрывается хохотом:

— Ха! Вот это новости! Ну ты даешь, братишка! Трахнул?

— Еще как… — отвечаю, не подумав.

— И как оно?

В памяти всплывают кадры нашего с Лизой контакта — она подо мной, ее глаза, полуоткрытый рот, стоны… Аж жарко становится.

— Охренительно… — выдыхаю с чувством, но тут же спохватываюсь: — Я не собираюсь обсуждать с тобой детали, мне совет нужен, а не пошлые расспросы.

Но Артура несет, как обычно:

— А я говорил, начинай спать с Миленкой, тогда не было бы у тебя спермотоксикоза и не полез бы на свою Лизку. Теперь вот расхлебывай.

Брат у меня, конечно, еще тот циник.

— Я сейчас на самом деле очень рад, что Милену в койку не потащил. Иначе ее отец точно не слез бы с меня, пришлось бы жениться, раз дочку испортил. А так хоть совесть чиста.

— Типа он сейчас с тебя слезет, — продолжает посмеиваться Артур. — Что ее папаша, что наш. Они ж там во всю братаются, контракты на сотрудничество заключают, на поставку товаров и прочее. Там сделки на миллионы уже идут, я лично некоторые курирую. Ты в курсе вообще, во что влипаешь?

Охренеть новости. Уехал всего на каких-то два дня.

Неужели отец не мог подождать свадьбы? Или хотя бы времени, пока я не вернусь?

Представляю, как он взбеленится из-за разрыва помолвки. Но дико злит, что я еще не женился, а они уже вовсю бизнес-связи налаживают, причем у меня за спиной, когда я уехал. И даже не разрулил ситуацию с сыном! Ведь и отец, и несостоявшийся тесть в курсе моей ситуации. Подождать возвращения не могли, что ли?

— И что теперь? — выдаю Артуру с возмущением. — Мне сына тут бросать? И Лизу?

Не хочу, не могу, не буду. Уже один раз бросил и на семь лет сына лишился. И Лизы.

Никому это пользы не принесло.

— Не бросать, конечно, — тянет брат. — Но из-за разового пересыпа отменять помолвку… Ты вправду этого хочешь, Арам? Из-за секса такое творить. Подумай головой, а не тем местом.

— Дело не в сексе… Точнее, не только в нем. — Тру лоб, пытаясь подобрать слова. — Мне кажется, я за семь лет к ней так и не перегорел. То, что у меня с ней, это… По-особенному, в общем. По силе эмоций не сравнимо ни с какими другими моими отношениями. Понимаешь? Когда мы с ней рядом — искры летят.

Сам не знаю, зачем откровенничаю, потому что Артур тут же начинает высказывать свое ценное мнение:

— Знаешь, как называется это твое особенное у нормальных людей? Незакрытый гештальт. Ты хотел на ней жениться в восемнадцать, вот программа до сих пор работает. Ведь не женился же… А в нашей семье принято все доводить до конца, отец нам это с детства в головы вдалбливал. Теперь твой мозг банально пытается завершить начатое.

— Слышишь, анализатор гребаный, я тебе зачем звоню? Получить психологический анализ? Иди ты со своим анализом куда подальше! Оно мне не надо, я для себя все решил. Мне практические советы нужны!