Диана Маш – Как приручить дракона. Закрытая академия (страница 15)
– Лазурит, попроси горничную принести больше полотенец. У нас осталось последнее.
За дверью на мгновение все замерло, затем последовало приглушенное:
– Угу.
Удовлетворившись ответом, Кристалл начала мыть голову. Закончив, поднялась, высушила волосы, облачилась в шелковый халат и вышла. Снаружи никого.
Наверное, Лазурит ушла на поиски горничной. Вернется, можно будет спуститься в столовую и поужинать. После всех сегодняшних переживаний в животе у девушки начало урчать.
Вернувшись к своей кровати, она заметила лежащий на подушке белый конверт. Нахмурилась. Потянулась и взяла его в руки. Записка внутри была короткой:
Задержав взгляд на подписи, Кристалл почувствовала, как ноги подкосились, а в груди разлилось тепло. Девушка тяжело сглотнула.
Как это письмо оказалось здесь? Макс передал его через Лазурит? Раньше ей приходилось бегать за ним, сам он никогда не просил о встрече.
Кристалл задумалась.
Скорее всего он понял, что она злиться из-за его вчерашней выходки и хочет объясниться. Разумеется, она даст ему шанс.
Этот гордый герцог был всем, чего Кристалл желала. Она не раз умоляла отца надавить на короля, чтобы тот заставил Леррана на ней жениться. Но крепость была неприступна. Парень был с ней предельно вежлив, но никогда не делал первый шаг. Он держал ее на расстоянии – не близко, но и не далеко. Словно… раздумывал.
Неужели она дождалась?
Умойся кровавыми слезами, замарашка. Максу нужна только я!
Презрительно усмехнувшись, Кристалл медленно стащила халат с плеч и уронила его на пол. Затем шагнула к шкафу и принялась искать наряд, в котором собиралась предстать перед парнем свой мечты – минимум ткани, максимум обаяния и соблазна.
Остановив выбор на легком бежевом платье из сокрианского шелка, струящегося по коже и выгодно подчеркивающего все достоинства ее фигуры, Кристалл уложила волосы и нанесла легкий макияж.
Закончив сборы за рекордные четверть часа, она вышла из комнаты и направилась к мужскому крылу, не обращая внимания на оценивающие взгляды встречающихся на пути адептов. Пусть вся академия знает, что у нее свидание с самым горячим из парней. Особенно одна наглая белобрысая мерзавка. Чем быстрее эта новость дойдет до ее ушей, тем лучше.
В гостиной четвертого этажа царила кромешная темнота. Ни души. Лишь в камине потрескивал танцующий огонь, выбрасывающий в небольшую комнату обжигающие искры.
Неужели Лерран специально создал такую романтическую обстановку? Кристалл даже не подозревала о такой особенности его характера. Всегда мрачный, равнодушный, он казался предельно далеким от всего связанного с чувствами. А тут вдруг…
Она облизала внезапно пересохшие губы и сжала их, чтобы ненароком, широкой улыбкой, не выдать переполнявшей ее радости. Мать с рождения учила, что в девушке должна быть загадка, ведь мужчины не любят, слишком навязчивых.
Пройдя вглубь комнаты, Кристалл остановилась напротив небольшого диванчика.
Макс, где же тебя носит?
Неужели она так долго собиралась, что он не дождался и ушел?
Не успев обдумать пришедшую в голову мысль, девушка услышала раздавшийся за спиной шорох. Хриплый, приглушенный голос, отрывисто прошептал:
– Не оборачивайся. Сними платье. Я хочу на тебя взглянуть.
Она вздрогнула. Сердце забилось, как сумасшедшее, в ответ на прямой приказ. По телу побежали мурашки. Но, скорее, от возбуждения, чем от испуга.
– Макс… – сорвалось с ее губ заветное имя.
– Делай, как я сказал.
Судорожно сглотнув, Кристалл расправила плечи и принялась расплетать сильно затянутую шнуровку на поясе.
Она впервые раздевалась перед парнем, но, почему-то, не чувствовала смущения. Совсем наоборот. Сама наслаждалась представлением и потому делала все медленно. А когда платье, заскользив по изгибам ее фигуры упало к ногам, перешагнула и даже не подумала остановиться. Вскоре к нему присоединились тонкая сорочка и розовые, с оборочкой, панталоны.
Легкий вечерний ветерок от окна холодил обнаженную кожу. Прошла минута. Две. За спиной ни звука.
– Макс, ты…
Не успела она закончить, как внезапно погас камин и в гостиной воцарилась кромешная темнота.
Под ногами что-то зашелестело. Решив, что это мышь, Кристалл завизжала и отпрыгнула в сторону. Но не удержалась и приземлилась задом на диван, который оказался старым, пыльным. Одна из пружин впилась в филей, заставив девушку снова подпрыгнуть и истошно закричать.
Ее рука ухватилась за свисающую с окон плотную черную ткань, от которой несло сыростью и тленом. Та упала на пол. Гостиную озарил яркий лунный свет.
Кристалл принялась лихорадочно вертеть головой.
Никого. Лишь входная дверь на распашку. Одежда, вся до мелочей, куда-то пропала. А из коридора слышится приглушенный смех.
Кристалл быстро задышала. Обняла себя руками, пытаясь справиться со ступором, но ничего не выходило. Ее переполняло бешенство.
Гнилостное дерьмо! Да как эта мелкая шлюшка только посмела ее разыграть?
Все подстроила мерзавка Пайн со своими смрадными дружками. Кристалл в этом не сомневалась. Больше никому в академию и в голову бы не пришло подобное. Все здесь знают кто ее отец и на что он способен. Все, кроме тупой, как орк, Пайн.
Ну ничего, дайте только выбраться отсюда, от замарашки даже косточек не останется. За все ответит!
Не дожидаясь, когда в гостиную пожалуют зрители, девушка схватила ту самую черную ткань, которой были занавешены окна. Игнорируя разлетающуюся от нее пыль и стойкий запах плесени, обернулась в нее едва ли не с головой. Осторожно выглянула в темный коридор и, убедившись, что никого нет, рванула к лестнице.
Удача не долго сопутствовала ей.
Весь первый этаж мужского крыла был забит адептами мужского пола, что, при виде странной девушки, от которой несло, как от бочки с помоями, кривились и брезгливо морщили носы. Но из-за того, что она скрывала лицо, никто не мог ее узнать.
Не чувствуя под ногами землю, Кристалл выбежала во двор, освещенный красными, бумажными фонарями. И надо же было так случиться, что первой, на кого она налетела, оказалась Лазурит.
Ткань спала с лица. Узнав в незнакомке подругу, брюнетка захлопала глазами.
– Кристалл, это ты?
– Я, – прошипела рыжая, беспокойно оглядываясь по сторонам, не слышит ли кто их разговор.
– Что с тобой? – открыла рот Лазурит. – Я не нашла тебя в комнате, вышла поискать. А ты здесь, в таком виде…
Девушка открыла рот, собираясь во всех подробностях рассказать о случившемся. Но тут же его закрыла. Не хватало еще выставлять себя дурой, пусть и перед подругой.
Признаться, что ее разыграли – так легко обвели вокруг пальца – то же самое, что признаться в полном отсутствии мозгов. Никаких преимуществ, лишь полная потеря уважения.
Пока она придумывала ответ, вокруг них собралась небольшая группа адепток. Но все они смотрели не на Кристалл, а ей за спину. Лазурит тоже повернула голову.
– Ничего себе… гляди!
Девушка обернулась и задрала голову, проследовав взглядом за указательным пальцем брюнетки. На флагштоке, установленном на верхушке северной башни, вместо подсвеченного лунным светом бело-зеленого флага Норлинга, висели… женские панталоны.
Очень знакомые панталоны. Розовые, с оборочками.
Второй раз за день к ее горлу подступила тошнота.
– Аксель Пайн, – проскрежетала девушка не своим голосом. – Ты не жилец!
Глава 16. Кто вы?
С самого утра бросало то в жар, то в холод. Новое проявление болезни? И это вкупе с усиленной потливостью, обострившейся кожной сыпью и дрожью в конечностях.
Фиона с трудом досидела факультативное занятие по практической ритуалистике, где госпожа Готика Хардбрум учила адептов древнему валашскому заклинанию по запечатыванию упырей.
Выходила из кабинета на негнущихся ногах.
Успела доковылять до скамейки в саду и упала на нее без сил. Повезло, что свидетелей не было. Объясняться еще, силы тратить. Лишь рыжая голова Бабблса показалась из кустов, убедилась, что поживиться у хозяйки нечем и тут же спряталась обратно.
Может зря она целую неделю хранит все в себе, надеясь, что непонятные симптомы попросту рассосутся? С каждым днем ей все хуже и хуже. А вдруг она… умирает?
Фиона вздрогнула и вцепилась дрожащими пальцами в колени. В пересохшем горле застрял колючий ком.
Что делать? Идти к лекарям? Ни за что!