Диана Мамчур – Илона (страница 2)

— Сок алоэ помогает заживить раны, — стал объяснять он мне. — Но прежде чем сорвать лист, у растения нужно попросить прощения и объяснить, для чего ты это делаешь.

Потом художник посадил меня за стол, положил передо мной бумагу, акварель, кисточки и поставил граненый стакан с водой. Он стал учить меня рисовать. Мне казалось, что на бумаге происходит настоящее волшебство, он рисовал туман, то, что могла повторить и я в своем возрасте. Он хотел, чтобы я тоже почувствовала эту магию красок. Держал кисточку и мою руку в своей и водил ею по бумаге, напевая:

«Сиреневый туман над нами проплывает

Над тамбуром горит полночная звезда

Кондуктор не спешит, кондуктор понимает

Что с девушкою я прощаюсь навсегда»1

Художник был строгий под стать своей аристократической внешности. Все пытался меня воспитывать. А мама говорила:

— С ней так нельзя!

— Ребенка нужно воспитывать, — доказывал он.

А мама с ним спорила, чтоб отстал от меня, мол, я самостоятельная и плохо реагирую на грубость и принуждение к чему-либо. Что ж, права была моя защитница. Помню, как сильно я на нее обиделась, это было еще до встречи с Виктором, мне было около четырех лет, и я очень хорошо запомнила этот ее возмутительный поступок. Она дала мне в руки нож и картошку, грязную, нечищеную, и заставила чистить. Мол, учись. Я так на нее обиделась, вы даже представить себе не можете. Все думала: «А почему это я должна? Не она ли должна все делать?» А что касается моей самостоятельности, то вот еще одно воспоминание. В преддверии нового года каждый ребенок хочет, чтобы дома стояла елка, такая нарядная с игрушками, — вы не раз такую видели. И я тоже хотела так сильно, что сказала маме перед ее выходом из квартиры: «Без елки даже не возвращайся!» Моя любимая красавица мама очень ответственно отнеслась к моим словам. Вернулась с елкой на следующий день или в ночь. Бывало, что эта деловая женщина и потом оставляла меня одну на ночь. К самостоятельности приучила. А еще я редко улыбалась и была очень замкнутой, но с некоторыми людьми, такими как Виктор, я становилась маленькой веселой девочкой. А еще, когда мне разрешали делать прически маминым подругам, тогда от моей замкнутости ничего не оставалось. Этот же художник, несмотря на свою неординарность, скорее вызвал во мне интерес. Я хорошо реагировала на его попытки меня чему-то научить и уже даже прониклась к нему доверием. Он так трепетно отнесся к растению и с такой заботой о моей маме. Конечно, как Виктора я не смогла его полюбить, да и не так долго мы у него прожили. А даже если бы и долго, все равно не смогла бы, слишком уж строгий и требовательный. Я же любила добрых и легких в общении людей. А этот скорее был холодный и гордый, чей авторитет, казалось, был непоколебим. Но как же быстро этот авторитет разрушился, вы даже не представляете. Таких психов мне в том возрасте еще не приходилось видеть. В тот день его не было дома. Я разнервничалась, что мама осталась без своего чудо-лекарства, и взяла на себя роль лекаря, что мама одобрила. Сделала все, как нужно было: попросила прощения у алоэ, прежде чем сорвать лист, который был так необходим моей родительнице. Когда художник вернулся, он заметил, что одного листочка у растения нет, как вы поняли, он к тому же из тех, кто проверяет каждый угол. Так вот, после этого он перешел на крик, мол, нужно было сначала попросить прощения, мол, что я наделала. Мама сразу в защиту, что я все сделала правильно, он сразу успокоился, но, насколько помню, даже не извинился. В тот момент, когда он кричал, его лицо было изуродовано звериным оскалом, а еще казалось, что он задохнется от своей ярости. Жалкое зрелище, мы с мамой переехали, на этот раз уже по ее желанию.

Все не могу забыть вкус варенья из роз. Вы когда-нибудь пробовали? Я в своей жизни лишь раз. Ощущение более чем необычное. Десерт, который каждой женщине, девушке, девочке дарит не только запоминающийся вкус и аромат, а еще чувство, что ты особенная и сам момент очень важный. Ни с чем не сравнимые ощущения. Представьте себе мое удивление, когда я узнала, что розы, эти нежные розовые бутоны на кустах, растут не только во дворе, что их можно есть ложкой, запивая чаем. Мы с мамой какое-то время гостили у ее друга, не ухажера, не подумайте. Мама тогда была такой хорошей, она связала крючком салфетку и подарила матери своего друга, помогала ей с уборкой по квартире, готовила. А вообще она всегда держала жилое помещение в чистоте, где бы мы ни жили. Любила шить. И не просто любила, а очень хорошо умела, за этим занятием я тоже любила за ней наблюдать, не только когда она прихорашивалась у зеркала. Когда она шила, возникало ощущение стабильности и покоя. В квартире у ее друга жили кошки, маленькие вредные хозяева. В таких условиях мне дали попробовать это варенье. Оставили на кухне совсем одну с целой банкой. Банка упала на пол, не разбилась, но часть варенья вытекла. На полу лежал маленький круглый коврик, и я подумала, что правильно будет прикрыть им лужу из розового варенья. Наивно полагала, что никто не заметит, и была, честно, очень смущена, когда все узнали о моем гениальном решении. Мы там прожили недолго. Помню, у меня было платье такое красивое, мама купила его мне в детский сад на утренник, чтобы я там была снежинкой. В детский сад я ходила очень редко, только когда мы возвращались домой. А этот друг жил неподалеку. Помню, как я из окна заметила мальчика, который тоже ходил в тот же детский сад, что и я. Мы помахали друг другу, после чего я зачем-то взяла это платье и прямо с окна стала ему показывать. Зачем, сейчас и не вспомню.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.