Диана Кудинова – Миры (страница 14)
Через пару минут на столе уже дымился аппетитный ужин. Запах опьянял и манил. Но почему-то Олег заговорил не о еде.
–Почему ты стала такой?
–Какой-такой? – её брови взметнулись вверх.
–Преступницей…
Олег вдруг понял, что ему, и правда, интересно. Сейчас в стороне от банды эта женщина была немного другой – чуть более задумчивой и спокойной.
–Не твоё дело. Ешь, давай.
Олег жевал безвкусную курицу и всё же сказал:
–Твои близкие волнуются за тебя?
Её взгляд будто прожигал его насквозь. И показалось, что она может влепить ему оплеуху.
–У меня их нет. И я не желаю продолжать этот разговор!
Катя впервые столкнулась с таким понятием, как ответственность. Раньше она считала, что стресс – это когда вызывают к доске. Или никто не даёт списать на контрольной. Или Вася не обращает внимание, смотрит на других девочек и улыбается им… Сейчас всё было по-другому, надо было взрослеть. Катя вдруг осознала, что необходимо нести ответственность за свою жизнь, никто не примет за неё решение, никто не скажет, что надо делать дальше, никто не заступится и не поможет в трудный момент. Вокруг чужие люди. Нет даже милиции, скорой помощи, аптек… Катя всегда думала, что быть взрослым – это весело, это значит всегда делать то, что хочется – сплошной праздник. Но сейчас девочка понимала, что взрослые то же самое думают про детей. Ей стало страшно, но она запретила себе паниковать. «Сильные люди ничего не боятся», – решила она.
Ей вспомнилась фраза из книжки «Птичка певчая»: «Пускай я ничего не заработала, но я узнала людей». Фраза странно успокаивала. Главная героиня старалась радоваться мелочам даже тогда, когда было совсем трудно. И Катя пыталась найти позитивные стороны во всём происходящем, хоть что-то. В этом мире она каждый день встречала новых людей, чему-то училась у них, вдохновлялась и больше узнавала себя.
Иногда ей казалось, что всё это лишь сон. А иногда наоборот. Будто это и есть реальность. Родители, школа, друзья и контрольные остались где-то там: очень и очень далеко.
Порой она скучала, но иногда просто не думала об этом.
Здесь всё было сложнее. В чужой стране приходилось думать о том, что будет завтра. Дома не ждали родители. И самого дома не было. Надо было выживать. Но с другой стороны, было что-то хорошее.
Любопытство в ней боролось с одиночеством. Она научилась ценить самые простые вещи. Тёплый хлеб, что был сразу из печки. Улыбки простых людей. Цветы и озёра. Рассветы, закаты. И, конечно, тёплую постель…
Ближе к вечеру Катя и солдаты пришли в маленький город, где добрые люди дали приют. Девочка остановилась в семье крестьян, ей выделили просторную светлую комнату, очень милую, но было заметно, что здесь не живут, а принимают гостей. На столике был оставлен букетик ярких полевых цветов. Они источали лёгкий аромат, который смешивался с запахом еды – на кухне как раз готовили обед.
Большие окна выходили на сад, можно было любоваться на закат над деревьями, мягкий свет заливал всю комнату. От этого было уютно. Катя зажмурилась от удовольствия. На пару мгновений она почувствовала себя как дома. И только усталость во всём теле возвращала её к реальности…
А после заката все собрались в одном доме у камина и что-то живо обсуждали.
Катя сидела, слушала, улыбалась, кивала, снова улыбалась, снова кивала, опять улыбалась. А потом уронила голову на руки и разревелась.
–Что случилось? – спросила хозяйка дома, но Катя не ответила, потому что не знала, что ответить и как это объяснить. А на самом деле, ей просто стало страшно. Страшно, что она никогда не станет режиссером, как мечтала, никогда не увидит Европу, не обвенчается в церкви, её дети не увидят карусели и мультфильмы по телевизору. И вообще ей совсем не хотелось когда-нибудь рожать, как та женщина в деревне… Она поняла, что никогда не увидит свою школу, своих друзей и, самое страшное – маму и папу. Не услышит их голоса, не обнимет их, не скажет им что-нибудь глупое и смешное… Она ведь не задумывалась об этом, когда они были рядом. А сейчас она была одна, брат исчез, и думать было страшно, что с ним может что-то случиться. Абсолютно не известно, где он и что с ним. Она вспомнила, как переживала год назад, когда умер её кролик, и думала: «А что будет с родителями, если они поймут, что нас нет»…
Она плакала без остановки, её не могли успокоить минут пятнадцать. Кто-то даже замахнулся, чтобы ударить её, но перехватили руку.
–Пусть поплачет.
Незнакомая женщина села рядом с ней и обняла, так они просидели довольно долго.
А потом Катя успокоилась. Быть может, слёзы закончились у неё или просто пришла усталость, она чувствовала слабость и опустошение. Ей стало почти безразлично, что будет дальше. Она умылась холодной водой, стало немного легче.
–Я извиняюсь, – сказала она. – Просто очень устала, нервы.
–Я провожу тебя, – сказала эта приятная особа. – Тебе надо поспать.
–Да, пожалуй.
Катя пошла за ней следом, улеглась в тёплую кровать. Всё-таки надежда ещё осталась в её сердце. Должны быть какие-то пути, и Катя собиралась их найти. Возможно, она лишь игрушка в руках случая, судьбы, но она больше не будет плакать. Почти не будет…
Эндра сняла комнату в таверне – простое скромное помещение с небольшим окном. Кровати – такие узкие, словно рассчитаны на детей. Но Олег был рад и этому, здесь он почувствовал умиротворение и спокойствие.
И вдруг Эндра воскликнула.
–О да!
Она разбирала вещи и застыла в этот момент.
–Что случилось? – Олег взглянул на неё удивлённо.
На губах этой женщины вдруг появилась странная улыбка, чуть безумная, но счастливая.
–Я свободна. О, Боги! Я это сделала. Мы это сделали! Это свобода! Ты чувствуешь это запах? Нам больше не надо быть там!
Она подкинула в воздух деньги, что были в её руках и они разлетелись в разные стороны словно осенние листья. Эта вспышка радости и триумфа была неожиданной и приятной.
Олег кивнул и разобрал кровать.
–Да, запах… хороший. Наверное.
–Всё-таки намного приятнее спать в кроватях, а не в лагере под открытым небом, – протянула она.
–Согласен.
С этим было сложно поспорить.
–Раньше мне казалось, что это такая романтика – засыпать и смотреть на звезды. Наблюдать за лесом и тропами… Но знал бы ты, как мне это надоело.
Эндра всё же подобрала деньги и спрятала в сумку. Олегу стало интересно послушать про жизнь бандитов и он спросил:
–Вы всё время разбивали лагерь и спали в палатках?
–Иногда жили в городе, а иногда вот так, как ты видел, – ответила она.
Ему было немного странно, что он находится сейчас в чужом городе с этой женщиной, и она болтает с ним о бандитах и звёздах, завешивает шторки, готовится ко сну.
–Это было тяжело?
–Да. Но были вещи намного хуже…
Эндра села на пол, прислонившись спиной к кровати, немного запрокинула голову назад.
–Лучше даже не вспоминать… Мне всё время казалось, что если будет много золота, то я смогу выкупить свободу и закрыть на прошлое глаза. Смогу доказать что-то другим. Забыть. А роскошь залечит раны… Но радости и спокойствия не было. Только холодная пустота…
–Пустота, – Олег вздохнул и закрыл глаза. Он понимал, что если останется в этом мире, то часть его души будет утеряна безвозвратно. Со всеми воспоминаниями – хорошими и плохими. О том, как мама готовила шарлотку, как они смотрели фильмы всей семьёй в выходные, как ходили гулять. Во всех таких воспоминаниях появилась печаль. И боль.
–Расскажи, – с любопытством улыбнулась Эндра.
Он прекрасно понимал, что не стоит ей доверять, она – преступница. Она странная. От неё надо держаться подальше. Ещё недавно ему казалось, что она выломала ему руку.
Но вокруг больше не было никого. И он сам не понял, как так вышло, что он уже через минуту сидел на полу, рядом с ней и рассказывал о своё мире, о том, как они попали сюда, как смотрели на новый для себя мир. Эндра умела слушать.
В городе наступило утро, восход окрашивал небосвод в яркие тона. Новый день входил уверенно в этот мир. Но путникам надо было хоть немного поспать.
Женщина легла в кровать и укуталась в одеяло. Её лицо было таким умиротворённым.
–Спокойной ночи, Олег.
Впервые в этом мире кто-то, кроме сестры, назвал его по имени. Такой маленький жест внимания придал ему сил.
–Я как-то не очень похож на пленника, – заметил парень. – Ни верёвок, ни цепей. Ты не думаешь, что я убегу?
Эндра неохотно открыла глаза и улыбнулась.
–Какой хитрый. И куда ты пойдёшь?
–Не знаю.
–Вот именно. Нам обоим некуда возвращаться.
Это прозвучало как-то печально.