Диана Казарина – Лисичка для некроманта (СИ) (страница 31)

— А, эм, Эрик. А, может, я не пойду?

Тот аж поперхнулся:

— Что? Варя, ты вообще-то почетный гость. Никки мне ни когда не простит, если тебя не будет на свадьбе. Которая состоится, кстати, и благодаря тебе тоже. Так что ни каких отговорок!

Идти действительно не хотелось, ведь там наверняка будет Артур со своей пассией. Но и расстраивать молодоженов в такой день было бы не красиво с моей стороны.

— Хорошо, — я улыбнулась и взяла Эрика за руку, — я очень рада, что у вас все наладилось.

Торнэ-младший тоже улыбнулся, а потом засобирался, пробормотав что-то о ранней побудке и подготовке к свадьбе.

Проводив мужчину, пошла убирать оставшееся вино и еду. Было немного грустно и одиноко. Я понимала, что теперь младшенький все свое время будет уделять невесте, ну а потом жене, и времени на меня у него будет очень мало, если вообще будет. Даже ревность попыталась вонзить острые коготки в сердце, ведь Торнэ-младший единственный человек с которым я так сдружилась в новом мире. Но я быстро прогнала эти дурацкие мысли — не хватало, чтобы еще мой эгоизм проснулся. Кто-кто, а Эрик достоин счастья.

Вика. Я вдруг поняла, что очень давно не вспоминала про подругу. Стало стыдно. Сколько я уже здесь? Мысленно подсчитала и охнула — почти месяц! Викуся, наверно, считает, что я погибла. На душе стало еще гаже и печальнее. И весточки ведь ни как ей не послать, что жива и здорова.

С такими невеселыми мыслями и пошла спать. Но стоило закрыть глаза, как перед мысленным взором всплыло лицо умирающего Артура. Попыталась отогнать страшное видение, однако удалось мне это не сразу, и заснула я далеко за полночь.

На моих коленях лежала голова Артура. Глаза его были закрыты, по лицу разливалась болезненная бледность, а дыхание с трудом и хрипами вырывалось из легких. Я изо всех сил пыталась зажать рану на груди Торнэ-старшего, чтобы остановить кровь и понимала — это бессмысленно, я не могу спасти его. Не могу ни чем помочь своему любимому мужчине. Слезы отчаяния лились по щекам. Я кричала, звала на помощь, но ни кто не отвечал. Кругом царила непроглядная темнота, казалось, что мой голос увязал в ней, как в чем-то густом и вязком. А Артур вдыхал все реже и поверхностней. Лицо его напоминало предсмертную маску. И я осознавала — он умрет, сейчас умрет! Не спасу!

В порыве сделать хоть что-то прижалась к губам мужчины своими и поцеловала, вложив в этот поцелуй всю любовь и нежность, что испытывала к нему, а отстранившись прокричала:

— Нет! Открой глаза! Я люблю тебя! Слышишь? Люблю!

Мне необходимо было это сказать, необходимо чтобы он узнал, чтобы услышал.

Но как только были произнесены заветные слова, Артур сделал последний вдох, выдох и затих. Его сердце больше не билось. Я прижалась лоб к его лбу и закричала, не в силах вынести боль от потери любимого.

А из темноты, окружающей нас, раздался хриплый, торжественный смех и шипящий, знакомый голос:

— Теперь он мой! Ты не с-с-спас-сла его! Он мой!

Проснулась я в холодном поту и мокрыми от слез щеками.

Опять этот сон. Почему? Он что-то значит? Или это мои тайные страхи так себя проявляют?

Я всегда считала Торнэ-старшего сильным мужчиной, способным постоять за себя. И поэтому он не может умереть. Артур очень сильный и умный маг, он не подвергнет себя напрасной опасности.

Так я убеждала себя все утро, но червячок смутного беспокойства все равно подтачивал мою уверенность и эмоциональное равновесие. Я то и дело, прислушивалась — не открывается ли дверь, а проходя мимо окон выходящих во двор, присматривалась, не идет ли кто ко мне.

К обеду я так устала от нервотрепки, которую сама же себе и устроила, что решила выбраться из четырех стен и освежиться — поесть в каком-нибудь кафе и пройтись по магазинчикам, подыскать наряд на свадьбу.

Домой же вернулась довольно поздно, так как у одного милого кафе встретила Никки, утянувшую меня примерять свадебное платье. А потом, не слушая слабых возражений с моей стороны, потащила в ресторан отца ужинать.

Зато я тоже приобрела красивое платье в том же магазине, в котором девушка свое свадебное заказывала.

Спать ложилась с опаской, но напрасно — ни каких снов мне больше не снилось.

Остаток времени до свадьбы пролетел быстро и суматошно. Мне пришлось еще несколько раз наведаться в магазины, чтобы подобрать необходимые аксессуары к платью. И даже один раз я осмелилась выехать в другую часть города в салон госпожи Жанет, дабы договориться с ней о прическе и макияже.

Так же пришлось помогать Эрику в подборе костюма (а он капризничал хуже Никки!). Которая в свою очередь вытянула из меня обещание походить с ней и подобрать всякую свадебную мишуру. Складывалось ощущение, что я свое бракосочетание готовлю, а не чье-то. Домой, в прямом смысле, приползала. Сил хватало только на помыться и свалиться мешком в кровать. Не-е-ет, если я когда-нибудь соберусь замуж, моя церемония будет тихой, и присутствовать на ней будут только я, жених и пара самых близких друзей.

И вот ОН! Наступил долгожданный день!

Я подскочила на постели от противного звонка будильника. Шесть утра. У-у-у, и зачем согласилась помочь Никки со сборами? Но, ни чего не поделаешь, раз обещала надо выполнять. Пришлось быстро умыться, причесаться, запихнуть в сумку все необходимые вещи, взять чехол с платьем и отправиться на стоянку повозок-такси.

Ехать в дом Торнэ было боязно — вероятность, что встречу там Артура зашкаливала, и как вести себя после всего произошедшего и сказанного не знала.

Когда прошла через малые ворота и очутилась на скалистом берегу, с которого открывался чудесный вид на море и остров с домом братьев Торнэ, дух захватило. А еще одолела ностальгия. Казалось, что прошла целая вечность, как я покинула это место, хотя на самом деле чуть меньше двух недель.

Песчаная коса уже показалась из-под воды, и я беспрепятственно прошла к особняку и ожидавшей меня в нем невесте. Вскоре вошла в тихий и пустой холл и поняла — я скучала по этому дому. Оказалось, он засел в моем сердце так же глубоко, как и его хозяин.

Меня встретил Мориас, и не броситься ему на шею с объятиями стоило огромных усилий.

— Госпожа Варвара! Рад вас вновь видеть в этом доме. — И по потеплевшим и улыбающимся глазам было видно — действительно рад.

— Я тоже очень рада с вами встретиться Мориас! — Счастливо улыбнулась мужчине.

— Пойдемте. Госпожа Никки на втором этаже. Я провожу вас.

Дворецкий забрал у меня сумку с вещами и платье и повел к лестнице. Никки разместили в спальне погибшей жены Артура. Это немного обеспокоило. Почему? Не знаю. Но было не по себе.

Мориас довел меня до двери, спросил про завтрак и, получив согласие, удалился. А я тихонько постучала и вошла в спальню.

Комнату прибрали, сняли чехлы с красивой, добротной мебели, выполненной в золотисто-бежевых тонах, и разместили большое количество цветов на подоконниках и напольных подставках.

Никки сидела на краешке заправленной белым покрывалом кровати в одном халате и мокрыми волосами и нервно теребила махровый поясок, а в поднятых на меня глазах стояли слезы.

Что случилось? — Воскликнула, подбегая к девушке.

Она помотала головой и, всхлипнув, пробормотала:

— Я так волнуюсь, Варя. А если Эрик передумает?

Тьфу, ты! Напугала!

Я присела рядом и обняла Никки за плечи, притягивая к себе.

— Тебе не о чем волноваться. Эрик очень сильно тебя любит. И вообще, он столько времени добивался тебя и этой свадьбы не для того, чтобы в последний момент отказаться.

— Правда?

— Правда, правда. А теперь вытри слезы, улыбнись! Ты сегодня замуж за любимого выходишь, а не на похороны собралась.

Ощущаю себя мамочкой, успокаивающей неразумное дитятко. А ведь у нас с Никки не такая уж и большая разница в возрасте. Мои слова достигли цели, и девушка успокоилась и повеселела. Тут же в дверь постучал Мориас с нашим завтраком.

Быстро поев, мы начали потихоньку собираться. А вскоре пожаловала и госпожа Жанет с армией помощниц и понеслось!

До церемонии оставался еще час, но мы с невестой Торнэ-младшего были уже во всеоружии и любовались на отражения в большом, во всю стену зеркале. Никки была восхитительна и нежна в своем пышном с открытыми плечами, белом платье и распущенными и завитыми красивыми локонами, собранными на висках и заколотыми в виде розочки на затылке.

И я не отставала в своем синем платье в пол с длинными рукавами-фонариками, перехваченными узкими манжетами на запястье и пояском с золотистой вышивкой, подчеркивающим тонкую талию. Прическу мне сделали высокую, открывая красивую шею и добавляя роста. Скромненько и со вкусом.

Попрощавшись с госпожой Жанет и девушками, выглянула в окно. Из него было немного видно центральный вход и проходящих через него гостей.

«Где-то там, среди них Артур» — подумала. И тут же появилось трусливое желание остаться в этой комнате и ни куда не ходить. И которое я задавила в зародыше. Ибо не для того, чтобы просидеть весь день в помещении в одиночестве, я вставала в такую рань и терпела, пока мне накручивали волосы и тыкали в глаз кисточкой для туши.

Все оставшееся время Никки металась из угла в угол и заламывала руки от волнения. А я пыталась ее успокоить, что не очень хорошо удавалось.

В итоге, когда в дверь постучал Грэг, чтобы отвести дочь к алтарю, у меня дергался глаз и, периодически мелькали кровожадные мысли.