Диана Хант – Искра для снежного феникса (СИ) (страница 36)
Опять вспомнились рассказы помощниц, да и Джилла, посвящая меня в историю вражды Первой Королевы и Ворожеи упоминала…
– После смерти и возрождения феникс меняется? – озвучила я робко. – Становится кем-то другим? Новым? Даже прошлая вражда и старые обязательства перестают для этого обновлённого феникса существовать?
Вот теперь стало жутковато.
Просто выходит, что это не мой Фиар? Этот голый красавчик, который по-хозяйски обнял меня своими умопомрачительными крыльями – посторонний, по сути, мужчина?
Увы и ах, но последнее я произнесла вслух, и принц снова рассмеялся, только на сей раз искренне и весело!
– Это я, Искра. Может немного другой, но я.
Учитывая отсутствие на нас одежды и тлевшее во мне желание, я не удержалась от тихого комментария:
– Ага. Чего только не скажешь лишь бы затащить девушку в постель.
Снова смех! И поцелуй, пробирающий до мурашек!
Целомудренный, без перехода в крайности, но у меня сладко закружилась голова.
Мы застыли, опьянённые друг другом, и не знаю сколько времени провели бы в объятиях, но нас отвлёк громкий звук нового обрушения.
Кусок потолка – правда не над нами, а рядом, – всё-таки упал и раскололся мутными острыми льдинами. Из моей груди вырвался бессильный стон…
Что ж за гадость!
– Мы всё так же несовместимы, – горько усмехнулась я. – У тебя огонь на перьях, но мы по-прежнему…
Я осеклась перебитая жестом.
Феникс приложил палец к моим губам, его взгляд стал задумчивым.
А потом мне снова словно процитировали:
– Исторгни свою боль из сердца. Исторгни её.
Фиар замолчал.
– Я исторг боль, разве нет? – после паузы произнёс он. – Я исторг заклинание матери, и другую боль, – он посмотрел горько, и это был явный намёк на Варта.
Я хотела извиниться. Ещё раз, уже более внятно объяснить, что случилось, но тут за спиной снова что-то рухнуло.
– Я исторг боль, – медленно произнёс Фиар, – но замок продолжает разрушаться.
Меня не спрашивали, конечно. Но как тут не встрянешь?
– Получается, проблема не ушла? Проблема всё равно в сердце?
Тринадцатый замер. Глаза, в которых раньше блестел только лёд, полыхнули огнём.
– Фиар? – позвала я обеспокоенно.
– Сердце! – лицо феникса стало хищным. – Нам нужно Сердце Ледяной горы!
Глава 19
Он не поверил, когда это случилось. Когда капля тепла проникла в заледеневшее тело, и что-то изменилось. Он, не имеющий пламени, не только вернулся из непроглядной ночи, в которую падал, но и ощутил, что вот-вот вспыхнет.
Это было невозможно!
Зато абсолютно нормальным и даже самым правильным было увидеть перед сгоранием Её.
Искра. Его любовь, его личное пламя… Когда он, звавшийся когда-то Фиаром, осознал весь смысл ситуации, захотелось кричать.
Тринадцатый принц, бастард Императора, единственный сын Ледяной Ворожеи, который всегда, с самого детства ощущал себя куском льда, готовился вспыхнуть, как пропитанная маслом деревянная щепка.
Он понимал, что возрождение никто не гарантирует, но сделал этот шаг.
Миг, вспышка, и всё его существо пронзают потоки пламени! Пламя внутри и пламя снаружи. Пламя ревёт, безумствует, сходит с ума, безжалостно поглощая и увлекая в своё безумие. В дикий, первозданный, неиствующий танец! Весь мир, такой огромный и такой пустой прежде заполняет стихия. Гореть заживо – то ещё удовольствие.
К слову, и возрождение из пепла мало напоминало счастье…
Но это было раньше, словно в прошлой жизни, ну а теперь…
Теперь он бежал по коридорам собственного замка, увлекая за собой Искру. У него были силы на телепортацию, но окружающая магия сходила с ума и могла исказить поток. Следовало подойти ближе! Добраться до колодца, а для этого найти выход из замка, который плавился словно кусок воска.
Потолок рушился, стены дрожали, огромные балки падали, а под ногами хлюпала ледяная вода!
Поворот, ещё один, и вот, наконец, окно, которое не оплавилось и которое можно выбить.
– Держись крепче! – приказал феникс любимой.
На бегу подтащил её ближе, обнял и закрыл крыльями. Собственным телом вышиб и оконную раму, и стекло.
Началось падение. Стремительное, но недолгое. Тот, кого ещё час назад звали Фиаром, расправил крылья и полетел, улыбаясь громкому девичьему визгу. В крике Искры, как и в прошлый раз, звучали толика страха и чистый безудержный восторг.
Взмах крыльями, ещё один – тут налетел ледяной порыв северного ветра. Облизал обнажённое тело, отступил и вернулся снова.
Ветер удивлялся крыльям. Таким блестящим, таким необычным, и таким… нет, звавшийся когда-то Фиаром пока не мог подобрать слова.
Да и думал во время этого короткого перелёта к потайному колодцу совсем о другом.
Он вспоминал события, предшествовавшие его трансформации. Как населяющие замок существа – частички его магии – начали слабеть. Он видел тонкие трещины в стенах, ощущал беспокойство и потерю сил, но списывал всё на огненную природу Искры и такую логичную несовместимость.
Только… разве может посторонняя, несовместимая девушка вызывать такие эмоции? Разве может чужая, не твоя, воспламенить?
В ушах набатом звучали фразы:
–
– Где. Моё. Могущество?! – ревел в ответ феникс.
–
Он вспоминал, как увидел Искру в Звёздном колодце, как не удержался и призвал в свой мир, потратив на это и слезу Ворожеи и каплю крови Императора.
И сейчас как никогда понимал, что Искра не чужая. Нет и не было никакой несовместимости. Они не могли друг друга отторгать.
Зато Озеро…
Много лет назад Фиар растопил сердце Ледяной горы и дал клятву, которая связала их очень крепко. Фиар и озеро были одним целым, в отличие от отданного Искре пера, связь с которым можно было прервать.
И Фиар не различал – физически не мог отделить собственные ощущения от урона, наносимого Сердцу. Да и предположить, что кто-то способен навредить Озеру – это было слишком. Ведь там идеальная защита. Врагам не пройти!
А тут ещё Ледяная Ворожея, которая шептала о неправильности выбора, и сама Искра с разговорами о несовместимости…
Зато сейчас картина складывалась – медленно и сурово.
Кто-то желающий Тринадцатому принцу зла добрался до священного озера и принёс Боль!
Кто мог? Вспоминалась её величество змеюка О и шаль, столь очаровавшая легковерную Искру.
Случайно ли эта шаль так понравилась, или в кусок красивой ткани была вплетена скрытая магия? А то, что красивая вещь упала в озеро и вспыхнула? Случайность или нет?
А ведь если вещь личная, да ещё с магией, то она оставляет след, по которому можно пройти, отыскав даже самое потайное место. Даже пещеру, которая спрятана и окружена бесчисленным количеством ловушек. Даже колодец, который ведёт к Сердцу Ледяной горы.
И вот когда они с Искрой попали в колодец, когда началось это знакомое плавное падение, а на стенах заиграли старинные изображения, стало понятно, что О тут точно была – не просто прошла потайным путём, а ещё и отметилась!