Диана Хант – Искра для снежного феникса (СИ) (страница 28)

Ведь Фиар по-прежнему снежный, а я по-прежнему огненная, и кто знает, что получится если мы позволим себе соединиться?

Ему от одного моего присутствия в замке плохо, а что будет, если лягу в постель?

От этих мыслей сердце защемило, и как ни хотелось отмахнуться от всего, проблема нашей несовместимости оставалась слишком очевидной.

Феникс обещал, что всё решит! А после купания в мерцающем бассейне ему действительно стало лучше! Но…

Это «но» раздирало изнутри и не давало спокойно думать. Я снова и снова возвращалась к мысли, что всё может быть гораздо хуже, чем предполагает Фиар.

Он упрямец с замашками всемогущего альфа-самца, а такие склонны переоценивать собственные силы. Фиар из тех, кто скорее одобрит заведомо неудачный план, чем признает, что выхода нет.

В какой-то момент я заметалась по комнате… Мне требовался совет кого-нибудь по-настоящему опытного, способного оценить обстановку трезво, без всей этой альфа-самцовой дури.

Но я и без совета понимала, что сейчас существует лишь один способ обезопасить Тринадцатого от моего пламени – я должна временно покинуть ледяной замок. И где же, позвольте спросить, обещавшая помощь в побеге О?

Я ринулась к окну в неадекватном желании проверить – вдруг помощь близко? Может там внизу, целая огненная процессия? Или за окном, за завесой снежной пурги, висит помощник, готовый вот прямо сейчас унести в Огненный дворец? Под крыло к всемогущему Императору?

Насчёт огненных я ошиблась.

Зато мои размышления всё-таки имели продолжение – в гости пожаловала слишком уж опытная гостья.

Едва я приблизилась к стеклу, кружащие снаружи снежинки резко соединились, преображаясь в строгое лицо Ледяной Ворожеи. Секунда, и створки окна распахнулись, впуская в комнату подозрительно спокойную «свекровь».

Глава 15

– Приветствую, Искра. – Тоном королевы-матери изрекла Ворожея. Тут же сделала вид что спохватилась и бросила насмешливое: – То есть леди Искра.

– Не спится? – в ответ на моё приветствие «свекровь» в знакомом жесте заломила бровь. – Мне показалось, или ты чем-то встревожена?

– Вы… наблюдали за мной?..

Это был даже не вопрос. Констатация факта. И слово «следили» я в последний момент удержала на языке. Нет, я, конечно, хотела посоветоваться с кем-то опытным, но всё же не настолько… Не настолько опытным и не настолько злым. Причём злым на меня.

И, что хуже всего – гнев Ворожеи был оправдан.

Она вышагивала по комнате – величественная, статная, уверенная в себе и своей правоте. Прошлась леденящим взглядом по балдахину над кроватью, заморозив нарядные кисти, покрыла изморосью зеркало в тяжёлой кованой раме, скривилась на весёлое потрескивание камина. Языки пламени, до того бойкие и прыгучие, замерли и робко втянулись в угли. Ну конечно, замок ведь волшебный. Как и всё в нём, в том числе и пламя.

«Свекровь» молчала и выжидательно смотрела на меня, скорбно поджав губы. Я тоже не очень-то спешила развлекать её светской беседой. В конце концов, у меня тут жизнь рушится, счастье на кону… и не я к ней в спальню непрошенной гостьей пожаловала.

– Наблюдала. – Когда я уже не ждала ответа, прорезал вдруг тишину её ровный голос. – Только не за тобой, моя дорогая леди. А за своим сыном, которого ты, значит, твёрдо решила свести в могилу.

– Что? – обвинение было таким чудовищным, что на какое-то время я утратила не только дар речи, но и способность соображать.

За короткое время я успела изучить характер ледяной свекрови, прекрасно видела, что она не из тех, кто станет ходить вокруг да около.

И всё же подобное было слишком даже для неё!

– Вы с ума сошли. Я никогда…

– Признайся! – Перебила меня Ворожея. – Это ведь О тебя наняла?

Я замотала головой.

– О чём вы… – Вырвалось у меня растерянное. – Это же Фиар меня выбрал! На балу! Причём здесь госпожа О?

– Так я и думала. – Не слушая меня, продолжала «обличать» Ворожея. – Выходит, раз меня достать не удаётся – решила действовать через сына? Огненная тварь…

Последнее Ворожея выплюнула в адрес Госпожи О, но смотрела при этом прямо мне в глаза. Пальцы помимо воли сжались в кулаки, а в глазах защипало от несправедливой обиды.

– Я не желаю Фиару зла! – выкрикнула я.

Ворожея заломила изящную бровь.

– Тогда что ты здесь делаешь? Или в твоём мире не знают, что огонь и лёд несовместимы по своей природе?

– Я…

– Что. Ты. Здесь. Делаешь. – Каждое слово «свекрови» падало ледяной глыбой.

Так и не найдя что ответить, я устало опустилась на пуф.

– Только не нужно изображать, будто тебе не всё равно.

– Думайте, что хотите. – Покачала я головой. – Только я говорю правду. Фиар… Я ведь его…

Я замолчала. Ворожея всё равно не поверит. А мне не хочется, чтобы моё первое признание вслух восприняли, как попытку что-то доказать. К тому же попытку жалкую…

– Фиар небезразличен мне. – Беря себя в руки, закончила я.

– Какая бы я ни была, я всё же мать, Искра. – Произнесла Ворожея неожиданно нормальным тоном. – Фиар – мой единственный сын. Если ты говоришь правду, докажи это.

– Как?

– Оставь Фиара. Отпусти. Прямо сейчас. Дай мне руку – и я выведу тебя из замка. Ну?

Она протянула мне руку в очень знакомом жесте. И это был тот самый случай, когда инстинкт опережает разум. Я вскочила на ноги, как вскочила бы навстречу Фиару, но вскочив, застыла на месте.

С одной стороны, Ворожея предлагала выход. Реальный выход! Стоит мне покинуть волшебный замок, пусть даже на время, Фиару станет лучше. Мы сможем встретиться где-то на нейтральной территории и вместе придумать, что делать…

А вот с другой… Собирается ли Ворожея допустить подобную встречу? Ох, не думаю.

– Не бойся. – Превратно истолковала мою нерешительность Ворожея.

Я покачала головой и ответила полуправдой:

– Я не боюсь. Просто вот так бежать из замка, ночью, не объяснив ничего толком… Это неправильно. Не по-человечески.

Ворожея даже зашипела от возмущения.

– Что ты собралась объяснять?! Кому? Фиару?! Совсем с ума сошла? По-твоему, мой сын отпустит тебя? Плохо же ты его в таком случае знаешь! Упрямством он весь в отца. Ну же. Решайся! Любишь моего сына? Тогда отпусти.

Голос Ворожеи вился позёмкой, отскакивал мелодичным эхом от потолка и стен. С каждым словом он становился всё более ровным… тихим… завораживающим… Какая же она всё-таки красивая! Особенно глаза… голубые… прозрачные, как лёд… светящиеся…

Тело почему-то стало ватным. Каждым движением приходилось преодолевать воздух, как бывает во сне. Не в силах оторваться от свечения из глаз Ледяной Ворожеи, я сделала шаг вперёд. Ещё один…

Грудь больно кольнуло. Ровно в том месте, где теперь находился узорный завиток, в который превратилось перо.

В ту же секунду гипноз развеялся.

Я застыла, как вкопанная, жадно хватая ртом воздух.

В том, что Ворожея действительно радеет за единственного сына, нет никаких сомнений. Как она сказала – какой бы ни была, всё же мать. Вот только что-то подсказывает: моей жизнью, в отличие от жизни сына, Ворожея дорожит куда меньше.

И вот что делать-то?

Занавески над распахнутым Ворожеей окном вдруг взмыли от резкого удара ветра. Зашелестели, запузырились по потолку. Ворожея нахмурилась, когда чернильный сумрак выплюнул на подоконник бумажную птицу.

Я сразу узнала в птице феникса – даже несмотря на то, что после полёта сквозь метель феникс этот был откровенно потрёпан. И огненную печать на сургуче узнала. О!

Ворожея метнулась к письму, опережая меня. Вот только попытка поймать птицу обернулась крахом. Феникс вынырнул из-под её ловких пальцев и закружил над моей головой.

Я машинально протянула птице руку и та вдруг вспыхнула!

– Искра, умница моя! – Раздался бодрый голос Первой Королевы. – Поздравляю! Наш план сработал! Бастард слаб, как никогда! Всё, что тебе нужно – снять амулет, который он дал тебе, чтобы разорвать вашу связь и шагнуть в портал. Это важно! Иначе Тринадцатый разыщет тебя, где угодно. Поспеши! Всего один шаг – и ты дома, милая! Ах да, портал откроется, как только догорит письмо. Не пугайся и до скорой встречи!

Бумажный феникс догорел и пепел от него образовал гексаграмму портала. Тот вспыхнул сам собой, открывая врата в Огненные чертоги.

Потрясённо сглотнув, я обернулась к Ворожее.