Диана Гэблдон – Скажи пчелам, что меня больше нет (страница 22)
Он зашагал обратно по дороге. Кливленд, несмотря на свои габариты, тотчас его догнал.
– Если хотим собрать ополчение, без оружия не обойтись. С этим-то вы не поспорите?
Заметив, что Джейми не расположен отвечать на риторические вопросы, он попробовал зайти по-другому:
– У индейцев оружие есть. Британское правительство ежегодно выделяет чероки изрядное количество дроби и пороха для охоты. Вы об этом знали, когда были агентом?
– Доброго дня, мистер Кливленд.
Джейми ускорил шаг, хотя от этого заныла раненая нога. Кливленд схватил его за локоть и рывком остановил.
– Поговорим об оружии потом, – предложил он. – Есть еще один вопрос, который я хотел обсудить.
– Уберите руку.
Интонация Джейми заставила Кливленда разжать пальцы, однако сдаваться он не собирался.
– Живет тут человек по фамилии Каннингем. – Маленькие карие глазки так и впились в Джейми. – Бывший военно-морской капитан. Тори. Лоялист.
При этих словах в животе у Джейми похолодело. Капитан Каннингем действительно был лоялистом, как и дюжина других арендаторов.
– Ненавижу тори, – медленно выговорил Кливленд, покачивая головой, и сверкнул глазами из-под полей шляпы. – Повесил нескольких у себя. Остальные разбежались от страха.
Он кашлянул и сплюнул, комок желтоватой мокроты приземлился у ног Джейми.
– Так вот… Этот Каннингем пишет письма. Статьи в газеты. И если кого-то волнует благополучие капитана, возможно, стоит с ним поговорить. Как по-вашему?
Вернувшись к дому, Джейми увидел, что костер уже разложен. Из котла вкусно пахло варевом, Роджер и Йен о чем-то беседовали с Клэр, а крики играющих детей эхом отдавались среди деревьев у ручья. Ах да, Дженни придет сегодня на ужин. Он чуть не забыл – так его заболтал треклятый Кливленд.
Вообще-то совет был дельный, но это ничуть не улучшило его расположения духа. Джейми не любил угроз и снисходительного отношения. А уж чего точно не терпел, так это когда над ним брал верх какой-нибудь здоровяк. Новости Кливленда ему тоже не понравились, впрочем, вряд ли стоило его за них винить.
Атмосфера мирной домашней жизни окутала Джейми, даря покой, искушая присоединиться к семье, выпить холодного пива, которое Фанни вытащила из колодца, сесть и дать отдых ноющей ноге. Однако он все еще внутренне кипел и не хотел ни с кем обсуждать их с Кливлендом разговор, пока сам не разберется.
Джейми махнул Клэр и прошел по участку туда, где рядом с наполовину вырытым туалетом оставил лопату. Физическая работа его успокоит и даст время все хорошенько обдумать. Так он надеялся.
Роджер увидел, как Джейми тихо скрылся в тени за недостроенным дымоходом, и решил, что тесть пошел отлить. Но когда через несколько минут тот не появился, Роджер оставил собеседников, которые теперь обсуждали бесконечные варианты настоящего имени для малыша Оглторпа, и последовал за тестем в темноту.
Он нашел Джейми на краю большой прямоугольной ямы погруженным в созерцание ее глубин.
– Новый туалет? – спросил Роджер, кивнув на яму.
Джейми поднял взгляд и улыбнулся, отчего у Роджера на душе потеплело – по нескольким причинам.
– Да. Я хотел устроить обычный, знаешь, для одного человека. – Джейми махнул на яму. Его кожа и волосы отливали золотом в последних лучах солнца. – Но с вами четырьмя… а там, глядишь, и еще пополнение… Ты ведь сказал, что вы остаетесь?
Он искоса взглянул на Роджера и вновь улыбнулся.
– Кроме того, у Клэр все время народ. На прошлой неделе приходил мальчишка Кромби за лекарством от поноса и так долго кряхтел и стонал в туалете у Бобби Хиггинса, что всей семье пришлось бегать в лес. Эми, скажу тебе, после его ухода была вовсе не в восторге от состояния уборной.
Роджер кивнул.
– Значит, вы хотите ее расширить? Или сделать две отдельных?
– Вот в чем вопрос. – Джейми понравилось, что Роджер столь быстро ухватил суть проблемы. – Видишь ли, в большинстве семейных домов есть уборная, где могут разместиться сразу двое. У Макхью туалет даже с тремя дырками – просто загляденье. Шон Макхью мастер на все руки – весьма кстати, когда у тебя семеро детей. Но дело в… – Он слегка сдвинул брови и повернулся к огню, в настоящее время невидимому за темной кладкой дымохода. – В женщинах, понимаешь?
– Вы о Клэр и Брианне? – Роджер сразу догадался, о чем толкует Джейми. – Да уж, у них свои понятия о приватности. А как насчет маленькой щеколды на внутренней стороне двери?
– Да, я думал об этом, – отмахнулся Джейми. – Трудность в другом: как они отнесутся к… микробам.
Он произнес это очень осторожно и быстро глянул на Роджера исподлобья, будто проверяя, правильно ли сказал и существует ли такое слово вообще.
– Хм… Этого я не учел. Вы имеете в виду больных, которые сюда приходят, – после них могут остаться…
Роджер махнул рукой в сторону ямы.
– Да. Видел бы ты, какой тут поднялся переполох после ухода мальчишки Кромби: Клэр настояла на том, чтобы ошпарить туалет Эми кипятком со щелочным мылом и влить туда скипидар. – При одном воспоминании Джейми втянул голову в плечи. – Если она станет делать это каждый раз, когда к нам в туалет зайдет больной, мы тоже будем бегать в лес.
Однако тесть рассмеялся, и Роджер тоже.
– Тогда и то и другое, – сказал он. – Туалет с двумя дырками для семьи и отдельный для посетителей. Вернее, для хирургической. Скажете, что ради удобства. Вы же не хотите выглядеть заносчивым, не пуская людей в свою уборную.
– Да уж, это не дело.
Джейми молча затрясся от смеха, потом замер и еще немного постоял с опущенной головой и легкой улыбкой на губах. Запахи сырой, вскопанной земли и свежеспиленного дерева густо окружали их, смешиваясь с запахом костра, и Роджер будто воочию увидел, как из дыма вырастает дом.
Отвлекшись от своих мыслей, Джейми повернул голову.
– Я скучал по тебе, Роджер Мак, – сказал он.
Роджер открыл рот, чтобы ответить, но в горле словно булыжник застрял, и он смог выдавить лишь приглушенное хрюканье.
Джейми улыбнулся и тронул его за плечо, направляя к большому камню, который, как предположил Роджер, обозначал фасад дома. Камень стоял под прямым углом к фундаменту. Судя по всему, дом будет огромным, возможно, даже превзойдет первоначальный Большой дом.
– Пройдешься со мной по фундаменту?
Кивнув, Роджер последовал за тестем и с удивлением заметил высеченное на камне слово «ФРЭЗЕР», а под ним дату – «1779».
– Мой краеугольный камень, – сказал Джейми. – Я подумал: если дом снова сгорит, люди хотя бы узнают, что мы здесь жили, так?
– А… м-м, – выдавил Роджер. Он с усилием прочистил горло, кашлянул и втянул воздух, чтобы обрести дар речи. – В Лаллиброхе… в-ваш отец… тоже выбил дату, – он указал вверх, на воображаемую притолоку.
Лицо Джейми просветлело.
– Точно. Значит, дом все еще стоит?
– Стоял, когда я его видел… в последний раз. – Эмоции постепенно схлынули, и ком в горле исчез. – Хотя… если подумать…
Роджер запнулся, вспомнив, когда именно в последний раз видел Лаллиброх.
– А я все гадал. – Джейми повернулся спиной и пошел вдоль будущей наружной стены. От костра долетал запах жареного мяса. – Брианна рассказала мне о нежданных визитерах. – Он осторожно покосился на Роджера. – Ты тогда отправился на поиски Джема.
– Да.
И Бри была вынуждена покинуть дом – их дом – и бросить его на милость воров и похитителей. Булыжник переместился из горла в грудную клетку. Однако, не видя смысла думать об этом сейчас, Роджер затолкал образ негодяев, стрелявших в его жену и детей, подальше в глубины памяти – до иных времен.
– Вообще-то, – сказал он, догоняя Джейми, – в последний раз я видел Лаллиброх… еще раньше.
Джейми застыл на месте, приподняв одну бровь, и Роджер откашлялся. Он пришел сюда, чтобы сказать именно это, и сейчас самое время.
– Когда я отправился на поиски Джема, то начал с Лаллиброха. Сын знал это место, там был его дом. Я подумал, если он каким-то чудом сбежит от Кэмерона, то, возможно, вернется туда.
Джейми задержал на Роджере взгляд, потом перевел дыхание и кивнул.
– Дочка упоминала… 1739 год?
– Вам было восемнадцать. Вы учились в университете в Париже. Вся семья очень гордилась, – мягко добавил Роджер.
Джейми резко отвернулся и замер, не дыша.
– Дженни, – сказал он. – Ты встречался с Дженни. Тогда.
– Да. Ей было, наверное, двадцать. Тогда. – С тех пор для Роджера едва ли минул год. А сейчас Дженни сколько – шестьдесят? – Я подумал… я собирался вам кое-что сказать, прежде чем снова ее встречу.
– Чтобы от удивления она не рухнула наземь?
– Вроде того.